— Наверное, ветер развеял запах жареной картошки. Вы пахнете как после стирки.
Мэл была разочарована. Все в Дили было неаккуратно, от жидких невзрачных волос до испачканных краской туфель. Он не был похож на человека, который может управлять рестораном. Если бы не его мягкий голос и приятные манеры, Камелия сразу развернулась бы и ушла.
— Здесь такой хаос, — сказал он, дружелюбно улыбаясь. — Надеюсь, у вас хорошее воображение и вы сможете представить, как все это будет выглядеть после окончания работ. Я быстро покажу вам кухню, а потом мы поболтаем за чашкой чая и я все подробно вам расскажу.
В узком коридоре сильно пахло краской и новым пластиком. Дили повел ее наверх по голым ступенькам, а потом они прошли еще две ступеньки вниз. Как только они зашли в кухню, Мэл сразу оживилась.
Если не обращать внимания на разбросанные по полу инструменты, куски древесины и пару листов пластика, кухня была великолепной. Взглянув мельком, Мэл сразу поняла, что Конрад разбирался в том, что делал. Он тщательно продумал дизайн кухни. Двойная раковина, огромная плита, холодильник и большой рабочий стол были расставлены максимально функционально, а светло-зеленая кухонная утварь придавала кухне очень симпатичный вид. От пола до потолка стены были обложены кафелем, чтобы их легче было мыть. Когда Мэл пришла, Конрад распаковывал новый набор сковородок с медным дном, предназначенных для профессионалов.
Снаружи было темно, но благодаря большому окну, стеклянной двери, ведущей на задний двор, и прекрасному освещению здесь было светло, как днем. Мэл представила, как приятно тут будет работать, и была готова закричать от радости, настолько ей надоела темная, неудобная, грязная кухня в кафе «У Пегги».
— Я ищу того, кто будет работать со мной, а не на меня, — заметил Дили. — Моя цель — сделать «Конрадз Саппер Румз» особенным местом, которое привлечет посетителей со всей юго-западной части Лондона. Здесь будут подавать вкусное мясо, лучшую рыбу и свежие овощи. Это будет простая еда, но хорошо приготовленная и красиво оформленная. Пока я не увижу результат, я не смогу набрать много работников. Поначалу нам придется все делать самим.
Камелии понравилось, что он сказал «нам». Когда он открыл шкафчики и стал рассказывать о тех принадлежностях, которые он заказал, Мэл напрочь забыла о его внешности. Она была очарована его энтузиазмом и поражена его познаниям в приготовлении пищи.
Затем Дили повел ее наверх, в комнату, до потолка забитую столами и стульями, и начал рассказывать свою историю. Когда-то он работал учителем в школе для мальчиков, но потом ушел, потому что хотел стать писателем. Он устроился работать в ресторан, чтобы не умереть с голоду.
— Когда я начал работать, я не знал, как чистить картофель, — засмеялся он. — Я мыл посуду, потом стал официантом и понял, что это мое призвание.
Рассказывая с молниеносной скоростью о ресторане в Хемпшире, о семье, которая осталась в Ирландии, и о том, каким бездарным учителем он был, Дили успел сделать чай. Он придвинул к камину стул для Мэл и задал ей несколько вопросов. У него было бледное лицо, маленький рот и острый подбородок, но за толстыми стеклами очков весело поблескивали большие карие глаза.
Конрад, или Кон, как он просил себя называть, родился в Лимерике в большой семье.
— Если бы я был щенком или котенком, — весело сказал он, — родители меня утопили бы, — и, не останавливаясь, стал объяснять почему.
— Видишь ли, я не вписывался в обстановку, всегда был больным и бестолковым. Поэтому, как только мне исполнилось девять, они отослали меня в Галвей к старенькой тетушке Бриджит. К счастью, мы с ней поладили. Она была такой же странной, как и я, понимаешь? Если я не хотел идти в школу, она оставляла меня дома. Я читал книжки, или мы вместе гуляли по пляжу. Она умерла, когда мне было тринадцать. Я ненадолго вернулся домой, но не смог устроиться в школу, в которой учились мои братья, поэтому меня отправили в Англию к дедушке, брату тетушки Бриджит. Дедушка мне понравился. Он был старым развратником, свои деньги он заработал, занимаясь строительным бизнесом. Ему было далеко за семьдесят, но он все так же ухлестывал за женщинами. К тому же он мог бы стать капитаном ирландской команды пьяниц! Он отослал меня в школу в Вейбридж, где я наверстал упущенные знания. Мы с ним очень сдружились. Когда дедушка умер, я уже учился в университете, и он оставил мне все свои деньги.