Казалось, эта неделя никогда не закончится. К тому же внезапно испортилась погода, в саду теперь было темно, мокро и холодно. В четверг днем Мэл поехала на Кенингстон-Хай-стрит, чтобы купить себе новое платье — так, на всякий случай. В воздухе пахло осенью, именно в это время с Мэл происходило все самое непредсказуемое.
Наступила суббота, а новостей все еще не было. Мэл решила, что это было просто совпадение. В конце концов, если бы у Бонни была такая известная подруга, она бы кричала об этом на каждом шагу.
Вечером Конрад и Мэл чуть с ног не сбились. Компания из десяти человек была очень требовательной и шумной, и остальные столики тоже были заняты. Хотя у Мэл было полно дел в кухне, она то и дело бегала в ресторан, чтобы помочь Джону, новому официанту, и Конраду.
Около десяти вечера, когда они уже убирали со столов, Камелия увидела, как какой-то мужчина заглядывает в окно через кружевные шторки. Шел сильный дождь, мужчина весь промок. Он был похож на немца, у него было угловатое и костлявое лицо, светлые волосы и живые голубые глаза.
Она улыбнулась ему, и он вошел, вытирая с лица капли дождя.
— Слишком поздно для ужина? — спросил он, закрывая за собой дверь.
Акцент у него был английский, а не немецкий. Он выглядел старше Мэл. На первый взгляд ему можно было дать лет сорок. Он был очень высоким и держался чрезвычайно прямо.
Обычно Камелия не обслуживала клиентов в столь поздний час, но ей не хватило наглости выгнать его обратно на улицу в такую погоду.
Незнакомец был похож на фашистского офицера: белоснежные волосы, проницательные голубые глаза, широкие светлые брови. По его загару и атлетическому телосложению можно было подумать, что он работает на улице, но, в то же время, в дорогом светло-сером костюме и рубашке с накрахмаленным воротником он выглядел очень элегантно. Несмотря на правильные черты лица и белоснежные зубы, его нельзя было назвать красивым. Его губы были тонкими, а глаза холодными. Но все равно он был необычайно привлекательным.
Камелия осмотрела ресторан. Большинство клиентов все еще сидели над главным блюдом, разговаривали и смеялись так, как будто у них еще вся ночь была впереди. Этот мужчина успеет поесть и уйти, прежде чем другие перейдут к десерту.
— Нет, не поздно, если только вы подождете, пока я уберу этот стол, — ответила Мэл, приветливо улыбаясь. — Присядьте пока у бара.
Она налила ему стакан вина.
— Это за счет заведения, — сказала она, пощадив его кошелек. — К сожалению, вам не очень повезло, у нас остались только отбивные и куриная запеканка.
— Милое у вас место, — проговорил незнакомец, когда Мэл проходила мимо него с полным подносом. — Вы хозяйка?
— Нет, — улыбнулась она, останавливаясь и придерживая поднос у бедра. — Я всего лишь повар. Ресторан принадлежит Конраду Дили. Он сейчас в кухне, но выйдет к вам через минуту.
— Мэл! — крикнул Конрад из кухни. — У нас закончился шоколадный мусс.
— Он в холодильнике, — крикнула Камелия в ответ, а затем посмотрела на незнакомца и пожала плечами. — У него много талантов, но поиски — это не его конек. Я лучше пойду.
— Мэл — это сокращенное от Мелани? — спросил он.
— Нет, меня зовут Камелия. — Мэл уже давно перестала скрывать свое имя. Кон был прав: у людей слишком короткая память и никто с Окли-стрит сюда не приходил.
— Очень красивое имя, — произнес он, оглядывая ее с головы до ног. — Оно вам подходит.
Мэл пошла в кухню, нашла мусс для Конрада и вручила ему чистую скатерть, чтобы он застелил стол, который она только что убрала.
— Я сказала «нацисту» в баре, что у нас есть только отбивные и куриная запеканка, — прошептала она, — поэтому не уговаривай его ни на что другое. Уже слишком поздно.
Конрад улыбнулся, щелкнул каблуками, отдал честь и пошел в зал.
Через несколько минут он вернулся в кухню и взял два десерта.
— Думаю, ты ему понравилась, — прошептал он. — Он спросил, не моя ли ты жена. Но я все испортил — сказал, что ты всего лишь спишь со мной.
Мэл улыбнулась. Она знала, что он не мог такое сказать, потому что был джентльменом.
— Он что-нибудь заказал? — спросила она.
— Я еще до него не дошел. Четвертый столик скоро освободится, мне надо принести им счет. Но с ним все в порядке — не похоже, чтобы он спешил.
Из-за большого количества заказов на десерты Мэл больше не возвращалась в зал. Только через двадцать минут она выглянула из двери и удивилась, увидев, что блондин ушел.