— Я встретила одного очень симпатичного австралийца, он туда ходит, — ухмыльнулась Сьюзан. — Он сказал, что там крышу срывает. Мы могли бы туда сходить, просто посмотреть. Я думаю, Кэрол тоже пойдет. «Палас» ей уже до чертиков надоел.
— Давайте пойдем туда в субботу, — предложила Камелия. — Но мне надо сказать мисс Пит, что я останусь у тебя. Твоя мама сможет написать записку?
С приближением субботы Камелия только и думала о предстоящем гулянье. Она помогла Сьюзан набить сумочку вещами в раздевалке, а за это получила такой дикий наряд, что даже не думала, что когда-либо осмелится его надеть: красную вельветовую тунику, коротенькие шорты и большой тяжелый ремень на бедра. На белые узкие и длинные ботинки она потратила примерно четвертую часть зарплаты. Все это она упаковала и оставила у охранника Вилфа. Камелия зашла к Сьюзан домой выпить чаю и переодеться. В доме у Конноров не устанавливали комендантский час, и Сьюзан сказала родителям, что они, скорее всего, не вернутся до тех пор, пока не начнет ходить метро.
Клуб «Центр Земли» открывался только в половине десятого. Девочки приехали после одиннадцати. Группа «Крим» выкрикивала песню «Странный напиток» так неистово, что они чуть не оглохли. Как им и рассказывали, внутри было как в пещере. Сидеть можно было только на планках, расположенных ярусами. Камелия именно так все себе и представляла. На белых стенах отражалось цветное шоу. На каждой стене под каждый удар прыгали и мерцали разнообразные рисунки.
— Подумать только, а я волновалась, что буду выглядеть странно! — засмеялась Сьюзан.
Она была одета как индианка — в кожаное замшевое коротенькое платьице, отделанное бахромой и бисером. Вокруг лба было еще больше бисера, а на ногах красовались высокие коричневые сапоги.
— Я никогда еще не чувствовала себя более нормальной, — пробормотала Кэрол. Поддавшись на уговоры подруг, она решила оставить имидж девочки-куколки и надела кружевное кремовое бабушкино платье в викторианском стиле, в котором выглядела потрясающе. — Я думаю, мне надо будет чаще устраивать набеги на бабушкин гардероб.
Девушкам казалось, будто они находятся в кадре фильма или попали на маскарад. Сотни людей были в одежде разных стилей и эпох. Девушки нарядились в вечерние платья двадцатых и тридцатых годов, многие были в прозрачных разлетающихся халатах, в джинсах, мини-юбках и брюках клеш с диким рисунком, в сари и цыганских юбках. Одна девушка оделась так, словно собиралась исполнить танец живота, на бедрах сверкали золотые цепочки. Мужчины тоже были ярко одеты, во всем клубе, пожалуй, не нашлось бы ни одного в строгом черном костюме. Они были в вельветовых штанах, в пиджаках из парчи, в украшенных бисером кожаных индейских штанах и рубашках. На одном парне были только яркие шорты до колен, его ноги и грудь отливали золотисто-коричневым загаром, а волнистые волосы походили на ореол. Кстати, волосы у всех парней были такой же длины, как и у девушек.
— Должно быть, это танцор балета, — сказала Сьюзан, когда он сделал пируэт и подпрыгнул. К нему присоединилась чернокожая девушка на роликах. Ее бедра соблазнительно двигались под длинным облегающим красным платьем, на щеках были нарисованы цветочки. Повсюду были зажжены ароматические палочки, звенели колокольчики. Это было похоже на веселую сказку или на карнавал — такой дом удовольствий для молодежи.
Камелия разочаровалась, узнав, что Кэрол и Сьюзан было скучно.
— Здесь нет выпивки, — без конца повторяли они. — И все тут какие-то странные. Музыка слишком громкая, может, нам надо было пойти в «Палас».
Музыка была не громкой, а оглушающей. У Камелии было такое чувство, будто она оказалась в центре всех тех событий, о которых читала.
— Не будьте занудами, — взмолилась она, — посмотрите, как другие веселятся.
— Они все под кайфом, — сказала Сьюзан с надутым видом. — Возможно, если бы нам удалось раздобыть «пурпурное сердце», нам тоже было бы весело.
Камелия не была ханжой. Если какие-то таблетки сделают Кэрол и Сьюзан счастливыми настолько, что они останутся, то она была готова пойти на это.
Она села на одну из платформ сразу за Кэрол и стала наблюдать за Сьюзан, которая подошла к высокому брюнету в парчовом пиджаке. Он был очень стройным, черные волнистые волосы были почти такой же длины, как и у Камелии. Когда Сьюзан заговорила с брюнетом, он повернулся, и Камелия почувствовала, как волосы у нее на голове встают дыбом. «Пират из детских сказок» — вот первое, о чем она подумала. У незнакомца было продолговатое лицо оливкового цвета, густые брови и широкая ослепительная улыбка.