— Давайте глянем на промежность, которая не продается, — проговорил американец, наклоняясь вперед и хватая Камелию за бедра. Разрывая колготки, он снова потревожил ее ногу. По телу прошла новая волна боли. Потом он потянулся к ее трусикам. Его пальцы, разорвав ткань, врезались в нежную плоть. Почувствовав холодный воздух, Камелия поняла, что она обнажена, но это было не страшно по сравнению с невыносимой, мучительной болью.
Хенк опустился на колени. Его лицо скрывала тень, дергающийся локоть вырисовывался при свете уличного фонаря, стоявшего прямо за высоким забором. Почему никто не идет мимо? Как могут люди спать, когда такое происходит под их окнами?
Хенк заворчал, остановившись на минуту, а затем снова задергался.
— Ты, сучка, — внезапно заорал он на Камелию. Звук застегивающейся молнии был похож на жужжание осы. — Ты даже тут меня обокрала!
Камелия не видела, как он размахнулся, только почувствовала, как он ударил ее изо всей силы прямо между ног.
— Я думаю, к нам кто-то ворвался, — сказала Диана Бутон, растолкав спящего мужа. — Гордон, проснись, в саду кто-то есть — я слышала, как скрипели ворота.
Гордон Бутон сел в темноте, прислушался и почесал голову. Он ничего не слышал, но Диана настаивала на том, чтобы он проверил.
— Хорошо, — вздохнул он, зажигая лампу возле кровати.
— Не включай свет, — прошептала она с опаской. — Если они увидят его, то могут нас убить. Просто проберись в темноте и посмотри, а если что-то заметишь, позвони в полицию.
Гордон нащупал халат. Днем в офисе, когда он отдавал приказы, его служащие просто подпрыгивали. Но дома, а особенно ночью, он во всем слушался Диану.
Он сначала пробрался в гостиную и немного приоткрыл штору. Чугунные ворота были открыты, но в саду никого не было. Он пошел в кухню и выглянул оттуда.
Ничего не было видно, кроме белых цветов на фоне темной лужайки.
— Пьяный решил справить нужду в саду, — пробормотал Гордон про себя, и взвыл, ударившись пальцем о ящик с вином, который он притащил вчера вечером.
Ворота заскрипели на ветру, и Гордон остановился на полпути в спальню. Диана всю ночь не заснет, если он их не закроет.
Он осторожно пошел по выложенной камнем тропинке к воротам. Пьяницы могли нагадить у него в саду, а он был босой. Гордон осторожно закрыл ворота, а когда обернулся, увидел что-то белое на газоне рядом с домом.
Сначала он подумал, что это лебедь спрятался под своими крылышками. Он моргнул и всмотрелся получше, потом побежал к дому и включил свет на крыльце.
— Боже праведный! — ужаснулся он, не веря своим глазам. — Диана! — крикнул он изо всех сил. — Вызывай полицию и «скорую»!
Камелия скорее чувствовала свет, а не видела его — розовое мерцание, которое не исчезало. Она пыталась поднять руку и потереть глаза, но рука была слишком тяжелой.
— Привет, — раздался рядом мужской голос. — Ты меня слышишь?
Она не могла ответить. В голове вертелись ответы на вопросы, но она не в силах была произнести ни слова. Она издала какой-то хрип и опять провалилась в сон.
В следующий раз Камелия проснулась, когда чья-то рука коснулась ее и послышался звук накачиваемого воздуха.
Открыв глаза, она увидела медсестру в платье в голубую и белую полоску.
— С возвращением, — сказала медсестра. — Вы так долго не приходили в себя. Вам больно?
Камелия не могла ответить, ее удивил этот вопрос. Лента на руке затягивалась все туже, Камелия вопросительно посмотрела на сестру.
— Я просто проверяю ваше давление, — пояснила она. — Вы помните, что произошло вчера вечером?
Память вернулась к Камелии, когда она попыталась пошевелиться и заговорить. На шее у нее была веревка, рука потянулась ее развязать. Четко вспомнилось лицо Хенка.
Когда она попыталась повернуться на бок, чтобы облегчить боль внизу живота, судорога свела ее ноги. Она потянулась, чтобы унять боль, как вдруг заметила пластырь на одной руке.
— Хенк Беквис, — наконец удалось ей вымолвить.
Камелия запуталась. Разные фрагменты проплывали в памяти: зажженная сигарета на Фулхем-роуд, Денис наливает ей выпить, канапе под цветущим вишневым деревом. Но горло болело очень сильно, и она не могла задавать вопросы, которые ее так мучили.
Ей очень помог полицейский.
— Вы в больнице святого Стефана. — Его глубокий голос успокоил Камелию. В какой-то момент она подумала, что это Берт Саймондз. — На вас напали на Бифорт-стрит примерно между двенадцатью и тремя часами ночи. Вас нашли в чужом саду. Сейчас уже девять часов вечера, вы перенесли сложную операцию на колене. Но мы не знаем, кто вы такая и где живете. Попытайтесь сказать нам, чтобы мы могли поймать мужчину, который сделал с вами такое.