Иногда хочется намеренно сойти с ума, чтобы посмотреть, как там оно НА САМОМ ДЕЛЕ. В детстве кажется, что в стремлении родителей отвергнуть истинную историю сотворения мира кроется желание скрыть ПРАВДУ. И потому так отчаянно хочется верить в необычайное…
Они достигли просторной круглой залы, посередине которой возвышалась массивная красноватая колонна, подпирающая каменный свод. Она была испещрена искусной резьбой. Возле нее Ричард вновь увидел отца. Тот, опустив голову, что-то тихо говорил.
Фагуст с рыцарями удалился, оставив принца наедине с королем. Вильгельм обернулся к Ричарду.
— Ну, что, ты готов выслушать еще одну легенду от старика-отца или достаточно на сегодня? — шутливо спросил он.
— Отец, — смутился Ричард. — Я уже просил у тебя прощения за недоверие, но если надо…
— Хорошо, хорошо, — улыбнулся король и продолжил уже серьезно, указывая на резную колонну: — Это Столп Бытия. Говорят, его основание уходит прямо в ад, где прошлое сгорает без следа, а вершина впитывает волю богов, знаменуя грядущее, и доносит ее нам, людям, в настоящее, которое мы называем словом «судьба». Смотри, — король указал на спиралевидные узоры. — Здесь всесильным временем выбиты события, то есть то, что происходит с нами, а потом, как и все, происходившее когда-либо на земле, уходит в небытие. — Вильгельм указал вниз.
— Я слышал от Гилберта о том, что существует этот Столп, но и предположить не мог, что он находится под Соулвиллем! — восторженно проговорил Ричард и провел пальцами по рельефному рисунку. — Оу! — вскрикнул он, отдергивая руку. — Он горячий!
Вильгельм усмехнулся:
— На самом деле Столп Бытия есть под каждым городом нашего королевства и в десяти, к нему примыкающих. Они устанавливались в основании каждого королевского замка по распоряжению драгов членами ордена Рыцарей Тени. Именно благодаря им правители королевств могли узнавать о нападении врага или других важных событиях. И только при посредстве Столпа по сей день собирается Совет Гильдии Мудрейших.
Ричард вгляделся в узоры. По затылку пробежал холодок и спустился ниже, вызывая короткую нервную дрожь во всем теле. Он увидел изображение двух рыцарей с мечами. За спиной одного из них стояла огромная бесформенная тень.
— Эдем, — тихо проговорил Ричард.
— Да, — кивнул отец.
Ричард перевел горящий взгляд дальше.
— А почему здесь нет рисунка?
— Потому что боги еще не продиктовали свою волю хранителю Книги Бытия, письмена которой хранятся в вечной летописи времени и отражаются тут, — король указал на колонну, — едва хранитель начертает их в Великой Книге.
Ричард не мог отвести взгляд от загадочной колонны. Вильгельм мягко положил ему руку на плечо:
— Пойдем, нас уже ждут на заседании Гильдии.
Король твердым шагом направился в сторону ярко освещенного входа в следующую залу, но внезапно остановился и посмотрел на сына:
— Ты не боишься?
— Чего?
Вильгельм усмехнулся:
— Каждый человек чего-то боится: темноты, высоты, смерти, наконец! Ты не боишься переступить порог, за которым нет дороги назад? — Отец подался к Ричарду. — Ты выслушал последнюю сказку, больше их не будет, а теперь, как я и обещал, начинается быль…
В словах отца Ричард почувствовал подвох.
— Ты не уверен во мне? — с зарождающейся обидой в голосе спросил он.
Вильгельм сделал несколько шагов в сторону и поманил за собой принца, открывая тяжелую дубовую дверь:
— Иди сюда.
Сквозняк, ледяными пальцами потянувший в дверной проем теплый воздух из круглой залы, разметал седые пряди отца. Этот сквозняк внушал недоверие, но в глазах Вильгельма читался вызов, и принц не мог не принять его. Он переступил порог и обернулся к королю, который так и остался стоять в коридоре.
— Удачи! И храни в сердце наш девиз, — сказал король и захлопнул за принцем дверь.
Не успел Ричард ничего понять, как почувствовал странное ощущение, что под ногами у него нет тверди. Он медленно отвел взгляд от двери и посмотрел под ноги.
Это было похлеще, чем знакомство с фантастическими тварями в подземелье Соулвилля! Ричард действительно странным образом висел в воздухе, высоко над землей, и тот холодный сквознячок на пороге был не чем иным, как слоем ледяного воздуха на той высоте, где летают, пожалуй, только орлы.
Ричарду показалось, что он стоит на небольшой монете, которую он видеть не может, точно так же, как и отрицать тот факт, что он все-таки на чем-то стоит.