Максин вдруг поняла, что ее только что обвели вокруг пальца. Как и Колдуэлл, она предположила, что Делани зачитывает результаты осмотра, хотя на деле ни в каком отчете грязное постельное белье не упоминалось.
— Ваша честь! — На скулах Колдуэлла катались желваки. — Я очень хотел бы знать, откуда у мисс Делани сведения про ночное недержание и простыни. Из каких источников? Уж не сорока ли на хвосте принесла?
(Ага, сорока! — усмехаясь про себя, подумал Спенсер. — Все увидела, подсмотрела, а потом клювиком настучала электронное письмо.)
— Свидетель подтвердила тот факт, что ее дочь мочилась в постель, — вслух сказал он. — Кроме того, она также доложила суду, что вынесла грязные простыни из спальни Касси. Откуда у защиты такие сведения — не имеет существенного значения. Прошу продолжать.
Делани, однако, не хотела прямо так сразу продолжать. Ей было нужно, чтобы присяжные точно поняли, что же сейчас произошло. Кроме того, требовалось еще раз подчеркнуть, что свидетельница лгала в предыдущих своих показаниях.
— Когда я задавала вам вопрос, не покидали ли вы спальню в ночь убийства, — сказала она, — вы ответили «нет». Мало того! Миссис Арнольд, вы три раза подряд это отрицали! Отрицали категорически, чуть ли не до истерики. Вы сказали, что не были в спальне Касси. А теперь вы признаетесь, что действительно покидали свою комнату и действительно заходили в спальню Касси. Девочка обмочила постель, испугалась и позвала вас, не так ли? Вы зашли к ней, помогли переодеться в пижаму и поменяли простыни. Теперь вы держитесь этих показаний?
— Да, — холодно ответила Максин. — Этих. Я просто забыла.
В течение нескольких следующих минут она продемонстрировала такую сторону своего характера, о которой не подозревал ни один присяжный. Куда только подевались слезы? Сейчас из свидетельского кресла поблескивал глазками злой ощетинившийся зверек. Словно палкой, Делани своими вопросами била его по носу и тыкала в шкуру, раздражая еще больше.
Когда вы пришли к дочери в спальню, она плакала?
Вы кричали на нее, ругались?
Вас захлестнул гнев?
Вы затолкали Касси в ванную комнату и заставили лезть под душ?
В тот вечер вы пили?
Вы всегда смешиваете алкоголь с болеутоляющим?
Брызжа ненавистью, Максин выплевывала ответы.
Наконец Делани решила, что довела ее до той стадии, когда уже можно протыкать гнойник.
— Вы потеряли голову и зверски избили дочь, потому что она обмочила постель?
— Как вы смеете? — Максин затравленно оглянулась на Колдуэлла, вновь ожидая помощи, однако прокурор даже не шевельнулся.
— Ваша честь! Не могли бы вы повлиять на свидетеля и все-таки заставить отвечать на мои вопросы?
Максин передернуло, но все же она попыталась взять себя в руки:
— Как и у всех любящих и ответственных родителей, у нас в семье были такие случаи — очень редко, очень немного, — когда мне приходилось прибегать к принуждению. Детей надо дисциплинировать, это знают все. Порой я могла ее отшлепать… или постучать пальцем по руке, если она уж очень расшалится. Все это требовалось, чтобы привлечь ее внимание… и по большей части, когда она была маленькой.
— Доктор Нан доложила суду, что на пояснице и ягодицах Касси обнаружены синяки, — заметила Делани. — Одни из них появились раньше, другие позже. Вынуждена напомнить вам, миссис Арнольд, что вы находитесь под присягой. Еще раз повторяю вопрос: вы ударили Касси, когда обнаружили, что она опять обмочила постель?
— Я уже говорила, у меня страшно болела голова. Просто раскалывалась, когда Франк меня разбудил. Я была совершенно измучена в тот вечер, можно сказать, очнулась из забытья. Я не помню каждый свой жест, только могу сказать вам, что любила свою дочь и никогда, никогда не причинила бы ей боль!
— Вы опять не ответили на вопрос. Еще раз повторяю: в ночь убийства вы — каким-либо образом — физически наказывали дочь? Я вас спрашиваю: вы избивали ее? руками? ногами?
Максин с ненавистью выдавила:
— Может, пару раз и шлепнула по заднице! Но не избивала!
— Шлепки, как вы выражаетесь, не оставляют после себя таких синяков, — возразила Делани. — Тем более многочисленных, как доложила нам доктор Нан. Повторяю еще раз! В гневе вы потеряли голову, обнаружив мокрую постель дочери! Так?!