Чем больше я искала какие-то ответы, тем больше множились вопросы. К ужину я спустилась в еще большем раздрае, чем была на момент, когда зашла в свою комнату. За столом чувствовалось напряженное ожидание. Не было обычных разговоров. Словно что-то назревало.
— Ваше Величество, — мой голос в общей тишине прозвучал неожиданно громко, — Не будет ли большой наглостью нарушить общее молчание раньше, чем это сделаете Вы?
Переглядывания родителей прекратились. Оба молча смотрели мне в глаза, пытаясь найти там остатки моей задумчивости. В их глазах читалась тревога. Ах, да! Надо было до ужина зайти к ним и все рассказать, а я заблудилась в своих дебрях из вопросов. Нацепила на лицо самую искреннюю улыбку из своих арсеналов.
— Помниться вчера утром, батюшка, Вы подали мне отличный совет по поводу моего практикума. — Отец явно ожидал моего признания на другую тему, да и по практикуму я советов не просила. — Так вот. Я прислушалась к нему. Вы были абсолютно правы. А сегодня Верховная развеяла мои сомнения. — В глазах отца появилось понимание. — И даже убедила меня поступить именно так.
Рука отца незаметно сжала ладонь матушки. Обсудили, значит. А я-то по наивности думала, что пока не станет ничего ей говорить.
— Рад за тебя дочка. Что ж, вижу, разговор предстоит серьезный. Предлагаю перейти в гостиную. Там будет удобнее. Ральф, распорядись, чтобы чай подали в гостиную. — Отец поднялся.
Матушка задержала меня в столовой.
— Инка, девочка, ты почему сразу не рассказала, как приехали из Храма. Я волновалась.
— Прости, матушка. — Я в качестве извинения поцеловала ее в щеку. — Все происходит так быстро. Я не успеваю сориентироваться. А события в Храме… У меня появилось столько вопросов у самой к себе, что немного потерялась во времени. А сейчас все в сборе. Может быть, и ответы появятся.
— Но ведь все хорошо? — Я прямо кожей чувствовала ее волнения за меня.
— Хорошо, не беспокойся. Идем, сама все узнаешь, если не опоздаем к началу.
В гостиной действительно ждали только нас. Даже неугомонные мальчишки прониклись висящей в воздухе тайной, и не сбежали, как обычно, по своим делам. За эти два дня они подружились. А у Фрама появились новые благодарные ученики. Их манера боя отличалась от того, какую чаще использовали братья. Вот на тренировке в академии и проверю, чему успели научиться Эрики.
— Ваше Величество, — А вот то, что разговор начнет Сайрон, я не ожидала. — Я еще раз приношу свои извинения за тот сумбурный разговор в академии неделю назад. — Не сомневаюсь, что пока я отлеживалась в целительском крыле отец успел вытрясти из Сайрона все, что тот мог знать о произошедшем с нами. Но каков отец! Мне даже намеком не выдал, что конкретно успел выяснить. Да и я хороша. Только сейчас сообразила. — Для остальных поясню. Эйрена моя истинная пара. Я прошу у Вас разрешения считать вашу дочь моей невестой. Сегодня в Храме мы получили благословение Пресветлой. А сейчас я хочу получить ваш ответ и услышать, что решила моя айлине.
— Ну что сказать. Шустрый у тебя мальчик, Эберон. — Отец с улыбкой смотрел на такого же довольного друга. Как два кота у ополовиненной плошки сметаны. — На Ваше счастье мы с Красминтой знаем, что для дракона значит истинная пара. А уж для пробужденного дракона жизнь и счастье айлине выше собственного благополучия и счастья. За прошедшую неделю я свыкся с мыслью, что рано или поздно ты придешь к нам с этой просьбой, Сайрон. Поэтому мы готовы ответить тебе согласием. Но. — Отец сделал паузу, а я на время этой паузы перестала дышать. Да и Сайрон видимо тоже. — У меня есть несколько условий. Первое, я поклялся, что дочь сама сделает выбор. Эйрена, сколько тебе надо времени, чтобы дать ответ? — отец повернулся ко мне. Тишина установилась такая, что я бы подумала, что меня накрыло куполом. Что, дышать тоже все перестали?
— Мне не нужно время, отец. Я уже дала свое согласие на помолвку Сайрону. И не собираюсь менять решения. Должна добавить, что вчерашняя встреча у нас в доме не была первой. Впервые мы встретились больше года назад. Мельком. Но мне хватило, чтобы навсегда запомнить карие глаза, которые часто спасали меня от кошмаров во сне. Другие глаза я не смогла бы полюбить.
По мере того, как слова слетали с губ, в этих глазах разгоралось такое пламя, что не будь я Владеющей Даром огня, сгорела бы в нем без остатка. Я не видела эмоций других людей. Сейчас и здесь были только мы.