О работе Петрова тут же доложили его святейшеству, он примчался в собор, обозрел фреску, впечатлился и, посоветовавшись с настоятелем собора отцом Андреем, решил доверить Александру завершающий этап реставрации главной святыни храма — иконы святителя Николая Чудотворца. Сам художник, буквально обалдев от такой чести, поначалу категорически отказался, но Святослав сумел его убедить, что Саша, без всяких сомнений, справится, тем более опытные реставраторы должны были присмотреть за процессом, и работа закипела. Завершающие штрихи на икону Шура нанес сегодня утром, а когда краска подсохла, пригласил духовенство храма и остальных реставраторов оценить результаты своей работы. Тут-то все и случилось — от увиденного батюшки дружно бухнулись на колени, за ними реставраторы, и все они без перерыва повторяли: «Чудо! Чудо!» Первым в себя пришел настоятель собора и тут же кинулся звонить его святейшеству.
— Когда я приехал, то, признаюсь, тоже… проникся, — вздохнул он. — Еще как проникся! Прошу следовать за мной, дамы и господа, сейчас вы тоже проникнетесь чудом Господним.
Святослав с важным видом подошел к мольберту с иконой и приказным тоном попросил батюшек, реставраторов и Александра с Кристиной постоять у иконостаса, пока их императорские величества с высочествами будут лицезреть образ святителя Николая Чудотворца. Команда была выполнена без промедления, и упомянутые величества, высочества и сопровождающие их лица смогли наконец увидеть то, за чем их так срочно вызвали в Ниццу.
Первой на колени упала тетка Наташа, за ней тетка Катя, а вот моя не особо впечатлительная царственная бабуля осталась стоять, но и она, как я чуял, прониклась увиденным и сейчас усиленно крестилась, шепча слова молитвы. Старшие Романовы, князь Пожарский, Владимир Иванович Михеев и Прохор следовали примеру императрицы, а вот мои братья — Коля и Саша — просто стояли с приоткрытыми ртами и широко раскрытыми глазами. Одни только мы с Ванюшей пытались взирать на Чудо с точки зрения своей профессиональной деформации. Да и то Кузьмин, как я чуял, несмотря на весь свой цинизм, проникся тоже.
И было от чего! Образ святителя Николая Чудотворца едва-едва, но светился! Еще сильнее светился нимб над его головой! И это свечение я наблюдал своим обычным зрением! Это же свечение присутствовало в моем специфическом спектре виденья! Но самым главным было другое: от иконы исходила мощнейшая эмоциональная аура, волны которой шли во все стороны! Спокойствие, умиротворение и гармония были такой силы, что создавалось полное ощущение прикосновения к благодати Господней!
Да, умеет Шура удивлять! Или он тут ни при чем, а случившееся является настоящим Чудом?..
Глава 3
Похоже, мне ничего другого не остается, кроме как попытаться хотя бы приблизительно разобраться в произошедшем…
Перейдя на темп, я проверил общее состояние Шуры Петрова. Так, признаки усталости присутствуют, но ничего критичного. Теперь икона, и вот с ней, как подсказывала чуйка, шутить не стоило, поэтому я как можно нежнее постарался проанализировать увиденное. Первое время у меня ничего не получалось: икона, являющаяся фактически террафимом (заряженным предметом), за десятилетия впитала в себя огромное количество энергетики и эмоций молившихся на образ Николая Чудотворца паломников, и сейчас вся эта накопленная мощь ударила по моему сознанию. Кое-как справившись с дурнотой, я попытался уловить в быстро сменяющих друг друга энергетических потоках образ Шуры Петрова, и вскоре мне это удалось, но лишь на мгновение: художник пропал, а на его месте появился фантом облаченного в церковное одеяние худощавого старца с белой бородой, светящимися глазами и нимбом над головой. И этот старец плавным движением осенял меня крестным знамением.
Сознание поплыло от доселе не испытываемых по силе эмоций: счастья и умиротворения, — ноги подогнулись, и последним, что я увидел, прежде чем потерять сознание, были «небеса» — красивейший свод собора Николая Чудотворца…
— Алексей!.. Алексей, как ты себя чувствуешь?..
Я рывком уселся на твердом полу и открыл глаза. Первым, кого я увидел, был дед Михаил, смотревший на меня с тревогой. Рядом с ним стояли мои старшие родичи.