Маг, поклонившись, ушел. Гередьес бросил перо и отодвинулся от стола, запрокинув голову и уставившись на потолок. Несмотря на тяжелый вздох, выражение лица лорда было сложно назвать опечаленным. Он то хмурился, то улыбался, то его взгляд пропадал где-то вдалеке. Наконец, Гередьес поморгал, приходя в себя, и повернулся к Невеньен.
- Пожалуйста, сядьте рядом со мной.
Она послушалась. Лорд потер бороду, о чем-то вспоминая, и достал из ящика стола стопку документов. Приглядевшись, Невеньен узнала брачный контракт.
- Я молил Небеса, чтобы у нас было больше времени привыкнуть друг к другу, - словно извиняясь, сказал Гередьес. – Но у богов другие планы, которые не сходятся с нашими. К сожалению, я больше не могу ждать и должен получить ваше согласие прямо сейчас. Леди Невеньен Идущая, вы согласны выйти замуж за меня, Гередьеса Лютарда, короля Кинамы, покровителя эле кинам и владыки центральных и южных земель?
Невеньен попыталась ответить – и не смогла. Она прикрыла ладонью рот, из которого, вопреки ее воле, не выходило ни звука. Мышцы как будто парализовало. Тэрьин умер! Проклятье, почему так скоро? Почему бы этой старой развалюхе не пожить еще хотя бы годик, а? Почему?!
- Леди Невеньен? – взволнованно спросил Гередьес.
- Я… Э… - голос осип. Лорд услужливо протянул ей кубок с вином. Поднося его ко рту, Невеньен случайно вдохнула спиртовой дух и закашлялась. Ситуацию улучшил только глоток кислого напитка, ударивший в голову и, как ни странно, ее прочистивший. – Простите, лорд Гередьес. Это так внезапно.
Она попыталась улыбнуться. Глаза беспощадно слезились – то ли из-за вина, то ли из-за того, что ей придется сказать.
- Не переживайте так, вам не придется исполнять долг жены сегодня же, - Гередьес, судя по всему, решил, что ее это должно успокоить. Невеньен захотелось истерически рассмеяться. – Коронация произойдет еще не скоро. Сведения о смерти короля Тэрьина скроют на несколько дней, чтобы подготовиться к возможной реакции лордов, которые поддерживают мятежные настроения, а позже последует обязательный восьмидневный траур. Мне лишь нужно знать, готовы ли вы стать моей женой. Так вы согласны?
- Да, - ответила она. – Конечно. Разве может быть иначе?
Глава 13. Орлы Гайдеварда
На крыше донжона было невыносимо холодно. Ветер сбивал с ног и заставлял пальцы коченеть, стоило им покинуть меховые рукава. Веревка, как страшный флаг, моталась на виселице из стороны в сторону и не позволяла стражникам себя поймать. Все они были злыми и намеренно грубыми, ругаясь самыми грязными из известных им выражений. Никому не хотелось заниматься тем, чем им приказали.
На помосте лежал сын поварихи. На лицо, неразличимое под синяками и коркой крови, падали, не тая, снежинки, а длинные ресницы покрылись инеем, придав мертвецу загадочную красоту, которой он никогда не обладал при жизни. Парня избили так, что он не дожил до своей казни, но Анэмьит все равно решил повесить его тело всем в назидание. После такого ни у одного человека на несколько миль вокруг не возникнет мысль передавать послания от королевы мятежников.
Мать убитого в донжон не пустили. Она находилась внизу, сдерживаемая мужем и другими сыновьями, которые прекрасно понимали, что Анэмьиту, которого уехавший в Эстал Гередьес оставил вместо себя главным, ничего не стоит приказать вздернуть всю семью. Вопли обезумевшей от горя женщины проникали через завывания вьюги и резали слух звучащим в них отчаянием.
В городах казни собирали множество народа, который веселился и издевался над осужденными. Для простого люда это было развлечение, и в толпе мальчишки даже разносили орехи и семечки, чтобы щелкать ими во время «представления», или тухлые овощи для закидывания преступников, если зрители вдруг не захватили гнилье из дома.
Сегодня все было не так. Сын поварихи не был ни вором, ни убийцей. Единственное, в чем он провинился, это передал кому-то записку от невесты своего господина. Смерти Тори никто не радовался – парень рос на глазах у большинства живущих в Гайдеварде, и его знали как простачка, доброго малого, который не заслужил такой смерти. По крайней мере, Анэмьит обещал, что через два дня для мертвеца можно будет сложить погребальный костер. Закапывать парня в землю, чтобы обеспечить вечное проклятие его душе, никто не собирался.
Невеньен било мелкой дрожью, но не только от мороза. Она робко прикоснулась к Бьелен, чьи волосы выбились из-под капюшона и время от времени рваными волнами взлетали в воздух. Сестра тотчас сжала ее руку. За ними пряталась необычно притихшая Шен. Внизу, переступая с ноги на ногу и тихо переговариваясь, ждало казни население замка.