Если бы однажды Стильин не зашел в какую-то лавку в Эстале и не увидел красавицу, которая подавала ему товары, Бьелен и Невеньен никогда бы не встретились. Они не ругались бы из-за Акельена и никогда бы не сидели, прижавшись друг к другу коленями, как будто они настоящие сестры, хотя в глубине души ненавидели друг друга.
Невеньен открыла окно впустить свежести и развеять дурноту от спертого воздуха. Нет сомнений, грусть и плохие мысли нагонял именно он.
Кареты еле плелись. Никто не рассчитывал, что они так задержатся в пути, и спереди доносилась тихая ругань кучера на кривую дорогу, лошадей, темень и вообще все подряд. В окошко лениво залетали снежинки. Бьелен во сне причмокнула губами и пошарила в поисках сползшей накидки. Невеньен пару мгновений поколебалась и подвинула к ней край ткани. Бьелен натянула ее на плечи, так и не проснувшись. Невеньен отвернулась. Сделала бы эта женщина для нее то же самое? Вряд ли.
Высунув нос наружу, Невеньен обнаружила, что маячивший рядом с экипажем Жевьер отстал и крутил головой, к чему-то прислушиваясь. На тракте, пролегающем через рощу, стояла тишина. Ни пения птиц, ни ветра – ничего, только стук копыт, скрипение экипажей и шорох падающего на землю снега.
- Затти, - позвал Жевьер второго гвардейца, трусившего с другой стороны кареты, - двинь-ка к лорду Тьеру, попроси подождать. Мне не нравится, что мы так далеко от них.
Конь зафырчал, когда Затти его пришпорил. В этот же момент впереди раздалось дикое ржание лошадей и грохот ускорившейся повозки. Кучер погнал упряжку? Но зачем, ведь так недолго и перевернуться? Заинтересованная Невеньен высунулась еще дальше, надеясь что-нибудь разобрать в свете подвешенного к карете фонаря.
Она могла поклясться, что стрела в спине Затти взялась из ниоткуда. Древко просто появилось там – с белым оперением, торчащее из тела наполовину. Недоумевающий гвардеец дернул поводья, останавливая коня, и медленно завалился вбок, запутавшись в стременах. Невеньен в ужасе наблюдала за ним, не осознавая, что он уже мертв.
- Атака!!! – заорал Жевьер.
Вскрикнув, Невеньен подалась назад. Ох, Тельет! Кому понадобилось нападать на кареты? Неужели Иньит не предупредил своих разбойников о том, что здесь поедет его возлюбленная? Разве что… Невеньен сжала спрятанную на груди серьгу. Нападали вовсе не разбойники.
- Что случилось? – разбуженная воплем Бьелен вонзилась в Невеньен ногтями.
- Я… Кажется, одного гвардейца убили.
Теперь свист стрел слышался явственно. Кучер закричал, хлестнув лошадей. Карету резко тряхнуло, с такой силой, что Невеньен швырнуло вперед. Что-то лопнуло, треснуло, и кузов, накренившись, замер. Ржание лошадей удалялось. Невеньен, врезавшаяся в противоположную стену, потерла лоб. Внутри экипажа было слишком темно, чтобы что-то разглядеть. Что вообще происходит?
- Слезь с меня! – зашипела Бьелен, отталкивая рухнувшую на нее родственницу. – По-моему, они отрезали нас от упряжи. И… - она прислушалась и добавила дрожащим голосом: – Небеса, кажется, там сражение.
Что? Нет! Невеньен подскочила, распахивая дверцу. Нужно срочно бежать отсюда! Они же всех перебьют!
Наружу она так и не шагнула. Бьелен вцепилась ей в платье и дернула обратно.
- Дура, не лезь под стрелы! Помереть хочешь?
Прежде чем упасть внутрь кареты, Невеньен успела заметить около десятка людей, выступивших из заснеженной рощи. У большинства из них были в руках луки, у некоторых – мечи. Следующий за королевским экипаж перевернулся. Окровавленный кучер лежал на тракте, а упряжка из двух лошадей билась в агонии, издавая страшные, режущие уши крики. Из крупов животных торчали стрелы. Несколько мужчин уже взбирались на кузов, открывая дверь. Изнутри слышался женский визг.
Жевьер смотрел на Невеньен всего миг. А потом развернулся и, срываясь на хрип, закричал:
- Эсти!!!
Впервые выражение его лица изменилось настолько сильно. Написаны на нем были отчаяние и страх. И совсем не за свою королеву.
Невеньен наконец грохнулась в карету, больно ударившись задом. Сразу же, не давая пошевелиться, ее обхватила за плечи Бьелен, которую била крупная дрожь.
- Ч-что там? – заикнувшись, спросила она.
- Б-богиня Тельет, - забормотала Невеньен, – сохрани нас и восстанови… О, Небеса… - нос предательски захлюпал. – Восстанови порядок…
Зубы стучали так, что выговорить что-то было невозможно. Невеньен замолчала и прижалась к Бьелен. Боги смеются над ней, заставляя умирать в объятиях соперницы. Однако Невеньен сейчас не оттолкнула бы ее ни за что в жизни. Женщина рядом перестала быть ненавистной любовницей мужа и превратилась в единственное существо в мире, которое сейчас желало не причинить зло, а того же, что и Невеньен. Жить.