В шатре воцарилась суматоха. Только что выцарапывающие друг другу глаза вожди бросились спасать товарища. Несчастного кесета поливали водой, хлопали по щекам, трясли и чего только с ним не делали. Слегка растерянный Гох в одиночестве стоял позади толпы. Судьба Виша его явно не беспокоила.
Сони плавно поднялся на ноги. Это был его шанс подбросить мешочек с камнями в сумку Гоху, а потом дать знак Ирту или Лосу и…
- Наверняка вы все подстроили!
Не находиться в центре внимания Гох не мог. Стоило моргнуть, а он уже, широко раздувая ноздри, снова тыкал пальцем в Альезана. Кален загородил лорда плечом, но тот отодвинул северянина в сторону, демонстрируя отсутствие страха перед Гохом. Сех, поколебавшись, на всякий случай встал между ними.
- Что подстроили? – сухо осведомился Альезан. – Я понятия не имею, что случилось с кесетом Вишем. Кажется, вы обедали с ним сегодня. Не вам ли выгодно затягивать совет?
Сони тихо выругался. Пришедший лекарь как раз отталкивал людей от Виша, поэтому обмен любезностями Гоха и Альезана неизбежно привлек внимание кесетов. Несколько сехенов обернулись и стали с интересом прислушиваться к перебранке.
- Не пытайся обвинить меня в том, чего я не делал, лорд, - Гох с красным от гнева лицом погрозил Альезану.
- Я ни в чем не обвиняю, - переговорщик пожал плечами и устало сел, уходя от ссоры. – Я лишь удивляюсь, почему вы так равнодушны к внезапной болезни своего друга. Мне, например, хочется, чтобы он как можно скорее выздоровел и продолжил вести совет.
Гох презрительно фыркнул.
Полог юрты подняли. Внутрь заглядывали любопытные сехены. Кто-то позвал жену Виша; она охала над мужем, больше мешая лекарю, чем помогая ему. Вождя продолжало рвать, хотя изо рта не выходило ничего, кроме слюны и жидкости.
Лекарь тихонько завыл молитву, посыпая Виша сухими травками и поминая Сатоса. Вопросы, что с кесетом, он игнорировал. Это должно было намекнуть всем, что он в душе не знает, какая беда приключилась с вождем, но обязательно с ней справится. Гох махнул рукой и вышел из шатра, сопровождаемый двумя сехенами. Момент был упущен.
Сони со вздохом приблизился к Альезану, который последовал примеру Гоха и отправился на свежий воздух. Сквозь кроны ствиллов на иссиня-черном небе мигали звезды, а над площадью завис серп Великого Ока. Сегодня ночью дыхание прихватывал морозец, превращая его в пар.
- Провались в Бездну все эти сехены, - пробормотал лорд, как только отряд отдалился от юрты.
Переговорщик подставил лицо ветру и распахнул камзол с серебряным шитьем, наслаждаясь холодом. Бледные щеки Альезана в жаркой юрте должны были приобрести алый цвет, но вместо этого кровь отхлынула от кожи, сделав ее похожей на лист бумаги. Всего за два дня пребывания в Нехенхе скулы лорда заострились, под глазами пролегли тени, а прежде облегающая одежда начала на нем свободно болтаться. Привыкший к мягкой постели, он плохо спал ночью на коврах, под колючим одеялом. Однако причина дурного самочувствия состояла не в неудобстве, а в постоянном беспокойстве из-за переговоров.
Альезан занимался ими почти год – подготавливал почву, налаживал связи, прощупывал настроения сехенов. Работа была не из приятных. Сони подумал, что его она могла бы довести до погребального костра. Терпеть постоянные перепады, глупость, жадность старейшин и вечно сталкиваться лбами с такими личностями, как Гох? Увольте.
- Господин Альезан, - позвал Сех.
- М?
- Зачем вы этим занимаетесь?
Лорд повернул к Сеху голову. В отсветах фонарей, установленных вокруг площади, было видно, что белки его глаз сплошь покрыты красными прожилками.
- Переговорами?
- Да.
Альезан огляделся. Настолько близко, чтобы их слышать, стоял лишь Кален.
- И почему не бросаю это проклятое дело, провались оно в пасть Шасета? – он криво улыбнулся. – Ты сын кесета. Как ты сам считаешь?
- Я… - Сех растерялся. – Я не знаю. Я думал, вы стараетесь ради того, чтобы трон заняла истинная королева. Ради блага Кинамы и ее народа.
Лорд издал нервный смешок.
- Мальчик, поверь, ни один человек не будет стараться ради некоего эфемерного блага страны и народа. Из-за них почтенные старцы не вцепляются друг другу в бороды и не расквашивают носы. Даже твой отец – он затеял все это не ради блага сехенов, как он сам утверждает, а ради мести. Например, до смерти твоей матери что он делал для… освобождения своего народа от гнета лордов – так вы это называете?
Сех перемялся с ноги на ногу. Видимо, ничего.
- Песни менестрелей о благородных героях, не жалеющих ничего ради королевства, это выдумки, - жестко произнес Альезан. – Каждый старается ради себя.