- Не совсем. Ее дал мне человек, который командует всеми разбойниками в центральных землях. Он сказал, что если я надену сережку и ее увидят те, кто знает ее владельца, то мне сразу помогут.
- М-м, так вы с лордом Иньитом все-таки… - служанка захихикала, прикрывая рот одной из двух толстых кос.
Невеньен громко откашлялась.
- Ничего неприличного. Он мой советник и беспокоится за мою жизнь, вот и все.
Допустим, не все. Но ведь никому об этом не нужно знать, правда? Особенно когда они в плену у Гередьеса. Неизвестно, как он поступит, если прослышит об истинных отношениях Невеньен с Иньитом. Ведь убийцу Нэньи так и не нашли…
Сехенка продолжала хихикать. Ну что за легкомысленная девица! Невеньен попыталась настроиться на рабочий лад.
- Так, хватит. Мы сейчас должны думать над тем, как отсюда выбраться, а не кто там с кем и чего, ясно?
Шен кивнула, продолжая держать косу у губ, уголки которых никак не опускались.
- Гередьес сказал, что Джори он нанял недавно и что он бывший разбойник, - напомнила Невеньен. – Помните, когда нас схватили, Джори упомянул, что погибли трое его людей? Мне кажется, что он бы не стал так реагировать, если бы они не были членами его банды.
Девушки растерянно переглянулись. Никто из них в разбойничьих шайках не разбирался.
- Может быть, - развивала мысль Невеньен, - кто-то из них знает Иньита, и служба ему важнее, чем служба Гередьесу. Или среди стражников есть еще разбойники, которые решат нам помочь. Вот почему я спросила, была ли ты, Шен, в казармах. Ты могла услышать какие-нибудь разговоры на эту тему.
- Пока никаких. Я разведаю еще.
- Хорошо. Ну а я пока…
Невеньен поднесла серьгу к уху, готовясь вдеть крючок, когда Бьелен сжала ее запястье.
- У тебя мозги вообще есть? – зашипела она.
- Что такое?
Бьелен закатила глаза; в полутьме сверкнули белки.
- Пречистые Небеса, ты соображаешь медленнее курицы! Во-первых, люди Иньита знают, кому он служит и кто ему враг. Они бы не нанялись к Гередьесу, если только они не шпионы. А шпионы и так передадут Иньиту все необходимое. Во-вторых, Гередьес знал, какой дорогой мы поедем к генералу Стьиду. Если это он подделал письмо, то он мог быть уверенным только в том, что мы покинем замок, но не какой тракт мы выберем. У него есть соглядатаи в Остеварде, и я руку на отсечение готова дать, что один из них сидит или в совете, или где-то близко к тебе. А если так, то ему известно и о значении серьги Иньита. Гередьес не дурак, он отберет ее у тебя, не успеешь ты до нужника дойти, и не будет спускать глаз со всех, кто живет в замке. Он уже дал понять, что ему приказать казнить человека – как раз плюнуть. Стоит кому-нибудь косо поглядеть – и конец. Хочешь, чтобы из-за тебя еще кого-нибудь на погребальный костер отправили, как Лиму и гвардейцев?
Она говорила грубо, зато доходчиво. Невеньен поежилась. Действительно, как-то она об этом не подумала.
- Что тогда нам делать? – расстроилась она. Ведь если они никому не покажут сережку, то и помощи ждать будет неоткуда.
Бьелен расправила плечи, ощутив себя главной.
- Шен, ты будешь держать ушки на макушке. Присматривайся к тем, кто не слишком доволен своим хозяином. Такие люди наверняка согласятся помочь за вознаграждение.
- А чем мы их наградим? – перебила Шен.
- Выберемся – придумаем, - отрезала Бьелен. – Итак, о чем это я? Невеньен, сережку держи в секрете. Ее нужно будет показывать определенным людям, причем так, чтобы Гередьес о ее существовании никогда не узнал.
- Будет сделано, госпожа! – бодро ответила сехенка.
Невеньен пожевала губами. То, что у нее перехватили инициативу, ей не понравилось. Но, в конце концов, Бьелен говорила дело. Она была самой старшей и самой опытной. Ее следовало по меньшей мере выслушать.
- Ладно, - буркнула Невеньен. – Я пока буду дурить голову Гередьесу и изображать нерешительность.
- Договорились, - царственно кивнула Бьелен. – Ну что, кому-нибудь еще есть, что сказать?
- Мне! – шепнула служанка. Она взяла за руки изумленных леди и широко улыбнулась. – Мы обязательно сбежим из Гайдеварда!
* * *
На холщовую скатерть с глухим стуком приземлилось огромное деревянное блюдо. Невеньен дотянулась до черпака и положила себе немного вареных овощей. Запеченную свинину она решила не трогать – ее надо было разделывать самой, а пачкаться Невеньен не хотелось. Это был не Остевард, где еду ей приносили в собственную комнату, заранее мелко порубив на порции. Без аппетита потыкав ложкой в тарелку, Невеньен отложила прибор и окинула помещение взглядом.