Виньес скис. Тема, на которую перешел Кален, ему явно не нравилась. А Сони услышанное и вовсе ошеломило. Кален считает, что виноват во всем он? Чушь. При первой встрече он сказал, что у Сони нестандартное мышление. Но если у кого мышление и нестандартное, то у Калена. Зачем вешать на себя чужие преступления? Он же не вынуждал Тэби предавать отряд! И державу Сони открыл бы все равно, даже если бы его сто раз предупредили об опасности. Собственно, его предупреждали. Он и без Калена с Виньесом слышал множество историй о созданиях Шасета. Трагедия случилась исключительно по его вине. Это было его собственное решение. Его собственное идиотское, паническое "идите!".
Он мог бы поспорить с Каленом. Объяснить, что все это неприятная случайность — ведь, по сути, так и было. Но Сони продолжил прятаться за амбаром, прислушиваясь к разговору гвардейцев.
— Святой Порядок, Кален, — проворчал Виньес через какое-то время. — Знаю тебя четырнадцать лет, а все поражаюсь тому, как ты у тебя получается повернуть беседу в то русло, в которое тебе нужно. Не нужно делать вид, что ты не пытаешься меня вразумить и наставить на путь истинного командира и тем более не нужно пугать меня историями о том, как тебя казнят. Тьер этого не допустит, даже если король потребует твоей казни. Мы оба это отлично знаем. И вообще, я пришел к тебе за другим.
Кален сузил глаза, и в отблесках огня фонарей, придавших его волосам рыжины, стал похож на лису.
— Четырнадцать лет тебя вразумляю, а ты все не вразумляешься. Может, пора уже? — они усмехнулись, как могут только старые друзья. Однако после этого командир погрустнел. — По поводу казни я бы не был так уверен. Мы теряли форты, сдавали города, но еще ни разу по вине нескольких человек не гибло столько людей. И погибнет еще больше. Неизвестно, какое король примет решение. Наш провал утаить невозможно — о задании знает Малый совет, люди начнут болтать… Захотят Тьер и король или нет, им придется найти виновного и казнить, чтобы успокоить народ. Ты же видел казнь мнимых убийц короля Ильемена. Мы и сами разыскивали таких "виновных".
— Виновный есть, — перебил его Виньес. Он заговорщицки наклонился к Калену, и его шепот стало почти не разобрать. — По удачному стечению обстоятельств он уже мертв. Только не говори, что не думал о такой версии. Подсовывать Сони в качестве козла отпущения значит расписаться в собственном слабоумии. Мы можем сказать, что это Тэби освободил када-ра в попытке убить нас и спасти себя. Я читал хроники, в которых упоминается держава и ее свойства. Никто не проверял, может ли сломать замок на ней сильный маг. Тэби рискнул — и сломал. Представив события в таком свете, мы выгородим Сони.
— Ты поговорил с Дьердом?
— Конечно. Мы с ним состряпали гладкую историю.
Когда они успели? Сони видел их большую часть дня — за работой, рядом с собой. Похоже, гвардейцы гораздо изворотливее, чем он думал.
По исхудавшему лицу Калена бегали тени. Он задумчиво смотрел на белую фигуру на погребальном костре, словно гадая, не кощунственно ли прямо перед ней обсуждать ложь ради спасения человека, из-за которого погиб Кьёр. Пожилой лорд и его жена по-доброму отнеслись к "паломникам". Они же принесли одному смерть, а второй горе. Кьёр, солдат старой закалки, наверняка хотел бы, чтобы мужчину, выпустившего Детей Ночи, казнили. Но в жизни не бывает справедливости.
— Хорошо. Я надеялся, что неуемная фантазия Дьерда сработает и в этот раз.