Невеньен уже собралась соврать про болящий живот, чтобы прекратить игру, как в ее покои кто-то постучал.
— Лорд Иньит просит аудиенции, — объявила порхнувшая к двери Эсти.
— Впусти его! — радостно ответила Невеньен.
Бросив взгляд на Тьера, она вздрогнула от того, какими колючими на мгновение стали его глаза. Однако в следующий миг он снова превратился в добродушного разомлевшего старика.
— Лорд Иньит! — воскликнул он, кивая входящему лорду. — Не ожидал вас здесь сегодня увидеть.
Если раньше Невеньен было жарко всего с одной стороны, то теперь запылало все лицо. Вроде бы безобидная реплика Тьера намекала сразу на две вещи. Во-первых, час для дружеского визита был поздний — время ужина давно прошло, и в ночном небе висели серпы обеих лун. Во-вторых, Иньит и так провел около королевы полдня. Такая ненасытность для общения грозила стать благодатной почвой для дурных слухов, но удержаться Невеньен не могла.
Как и он.
— Простите, моя королева, лорд Тьер, — Иньит изящно поклонился, разметав полы камзола. — Я узнал, что вы ведете здесь за Кинаму бои не на жизнь, а на смерть, и не мог не присоединиться.
— Конечно, ничего страшного. Проходите, лорд Иньит, — быстро проговорила Невеньен, пока Тьер не выслал мужчину прочь.
Иньит миновал застывших у входа Жевьера и Эсти и остановился у стола, рассматривая фигурки оттайрина.
— Кажется, у вас тяжелая позиция, моя королева, — сочувственно сказал он.
— Как и у нас всех, — заметил Тьер. — Я как раз жду ответного хода королевы.
— Которого я перебрала уже тысячу вариантов, — пожаловалась Невеньен.
— Они еще есть, — терпеливо произнес советник. — Неизвестно, будут ли они выигрышными, но варианты есть.
Да, они наверняка были. Но где и какие? Если бы не присутствие Иньита, Невеньен бы без всякого стеснения застонала.
— Вы не против, если я немного помогу королеве? — с улыбкой спросил Иньит у Тьера. — Кажется, ей не справиться без твердой мужской руки.
Брови пожилого мужчины сошлись у переносицы. Сегодня вечером его мимика была на удивление богатой — обычно он не позволял себе никаких признаков чувств. Может быть, Тьер действительно оттаял у камина? Впрочем, после смерти Акельена он стал менее жестким, чем раньше, а через его непроницаемую маску все чаще пробивались эмоции. Однако чем он недоволен сейчас, Невеньен не понимала. Брать помощника в оттайрине не запрещалось — так вырабатывались навыки командной работы.
— Спрашивайте у королевы, желает ли она этого, — уклончиво ответил Тьер.
Королева, естественно, желала.
Иньит взял стул и сел слева от нее, под столом коснувшись ее коленом. Она спешно отдернула ноги, тут же пожалев об этом. В конце концов, он же нечаянно… Невеньен подняла на него робкий взгляд, но Иньит уже увлекся партией.
— Ситуация на редкость пакостная, — пробормотал он. — Со спины не ударить, попытка захватить нейтральные крепости принесет только вред, осаду нам не выдержать, вражеские отряды поодиночке тоже не разбить…
У Невеньен открылся рот. Иньит понял все это, лишь взглянув на фигурки?
— Кажется, вы опытный игрок в оттайрин? — спросила она.
— Я? — Иньит легкомысленно пожал плечами. — Нет, что вы. Я играл очень мало. Ваш муж показал мне основы, а разобраться с остальным не составило проблем.
Если он не проверял эти варианты игры, то он прирожденный полководец!
— Неужели у вас такой боевой опыт?
Иньит засмеялся.
— Оттайрин всего лишь игра, рассчитанная на логику. Управление людьми в бою — это не переставление фигурок с клетки на клетку, и этому не научишься, попивая чай и болтая о героях древности. Оттайрин не слишком подходит даже для обучения. Например, будто это живой человек, стоящий неподалеку от меня с войсками, — он указал на Ревета Желчного, бога из свиты Шасета, — я бы нашел способ сыграть на его зависти к другим вражеским полководцам или отправил убийцу к его семье и переманил на свою сторону угрозой их жизням. Подобное часто происходит в жизни, но оттайрин этого не предусматривает. И наоборот, нелепые благословения Каэдьира, которые на доске действуют даже для отдаленных фигур, в жизни никогда не удержат людей в приграничных фортах.
— Вот как… — пробормотала Невеньен.
Загадочная игра представала теперь совершенно в ином свете. Если полученные с ее помощью знания не применимы к управлению государством и людьми, то зачем Тьер так упрямо заставляет повторять одну и ту же позицию?