— Кому надо, тому известно, кто мы, — оборвал его Кален, взваливая на себя самый грузный ящик.
Одна из целей, которых добивался Альезан, беря с собой отряд, состояла в устрашении и демонстрации силы. И Гох, и другие кесеты знали, что Сеха приняли в отряд магов, и никто не должен был сомневаться в том, что перед ними гвардейцы. А те из вождей, кто обладал магическими способностями, наверняка передадут остальным, каково истинное могущество охранников лорда.
— Если честно, я тоже думал, что мы будем не под прикрытием, — пожаловался Сех.
Судя по взглядам, которые он бросал на соплеменников, ему было обидно из-за того, что нельзя похвастаться мундиром первого в Кинаме сехена-гвардейца.
— Такое уж у нас в этот раз задание, — резонно заметил Сони, выхватывая крошечный ларец из-под носа у Дьерда, пока тот колебался, не взять ли соседний.
— Скромный Сони выбрал себе самую тяжелую ношу, — фыркнул Виньес, вытаскивая из телеги сундук не меньше, чем у Калена, но явно слишком громоздкий для тощего мага.
Сони хмыкнул.
— Охота надорваться — твои проблемы. А мне перенапрягаться нельзя, я еще болен.
Виньес, согнувшийся в три погибели, неразборчиво выругался.
— Побери вас Бездна, — протянул Дьерд.
В считанные мгновения телега была разобрана, и перед ним лежал последний ящик — размером не меньше его самого.
— Довыбирался? — насмешливо спросил Кален.
Дьерд грустно вздохнул, развел руками и с внезапной легкостью вскинул сундук на плечи, вызвав восторженные охи у наблюдающих за ним сехенов. При этом рыжий маг старался не отходить от Сони, а облачко магии, которое исходило из его груди, поредело. Сони цыкнул. Хорошо быть магом… Может, назло Дьерду обогнать его, чтобы постарался так же, как и остальные?
Виш повел Альезана на окраину деревни, и топать с сундуками на плечах пришлось прилично. Вероятно, кесет поступил так нарочно, но смысл этого от Сони ускользал. Он ловил лишь множество взглядов от сехенов, как будто случайно остановившихся на пути к домам гостей. В основном это были женщины — как известно, все они досужие сплетницы. Скрюченной годами старухе-сехенке, конечно, именно в этот момент нужно было спуститься, чтобы вытряхнуть мусор, а потом долго стоять рядом с соседкой, держась за поясницу и посматривая в сторону гостей. Да и молоденькой девушке-канатчице, которая смело улыбнулась Сеху, понадобилось тянуть длинные нити для свивания прямо сейчас, и никак не позже. А уж об остальных бессчетных хозяюшках и говорить было нечего. У Сони заболела голова, когда он представил, как вечером вся Нехенха будет перемывать чужакам кости.
— Эй, Сех! — крикнул Дьерд, который заметил, как мальчишка смутился от улыбки канатчицы. — Ты там про свою подружку Шен, гляди, не забудь среди таких красоток.
Расчет насмешника оправдался — канатчица, услышав слово «подружка», отвернулась и принялась яростно сматывать веревки.
— С вами забудешь, — досадливо протянул Сех, наблюдая за ее гибкими движениями.
На единственного сехена в отряде, конечно, смотрели, но больше всего внимания удостаивался Альезан. Его сафьяновые сапоги с затейливым рисунком утопали в почве, а длинный зеленый плащ из тонкой шерсти, до этого тщательно задираемый чуть ли не до пояса, волочился по утоптанному лесному грунту, и Альезана это как будто нисколько не волновало. Полчаса назад раздражавшийся из-за каждой мелочи, сейчас он воплощал в себе все мировое благодушие и царственно вышагивал за Вишем. Его глаза лучились любовью к братьям-сехенам, а детям он улыбался с такой нежностью, словно был им родным отцом. Актерскому мастерству у него стоило поучиться. Заметив, с каким восхищением его провожают сельчане, возможно, ни разу в жизни не видевшие лорда, Сони покачал головой. Для здешних сехенов не существовало ни Тэрьина, ни тем более Невеньен. Они могли веками жить на этом ствилле, выходя из Нехенхи разве что в ближайшую деревню присмотреть новую утварь у горшечника взамен расколотой. Поэтому человеком, с которым они заключали союз, была не мятежная королева и не Тьер, а Альезан. Это он ездил к ним, беседовал с ними и раздаривал обещания. Он сумел создать идеальный образ представителя власти, которая намеревается облагодетельствовать помощников. Невеньен понятия не имела о каком-то там лорде Альезане Тветте, а он обеспечил ей союз, который приведет ее на трон.
Почти обеспечил. У Сони потихоньку складывалось ощущение, что все держится на соплях. Слишком нервничал Альезан по пути в Нехенху. Слишком уверен в себе был Гох. Слишком много недружелюбных взглядов смотрело вслед отряду. Слишком… Проклятье. Он осознал, что инстинктивно подыскивает пути отхода — запоминает боковые дороги, оценивает размеры амбаров и их расположение относительно других построек, сложность замков и почву, на которой не будут слышны шаги. Полезная привычка. Когда ты в большом городе и тебе есть, где спрятаться, а не когда ты в деревне, где все живут на деревьях, и вокруг тебя глухой лес.