Невеньен прокашлялась и выпрямила спину. Дверца кареты отворилась, и королеве подал руку лейтенант Кален, склонившийся с таким изяществом, которое трудно было подозревать в матером вояке. На груди северянина, исполнявшего сегодня роль личного телохранителя королевы, скрывался забранный у Анэмьита майгин-тар — Сердце Сокровищницы, один из самых дорогих волшебных кристаллов Кинамы. Зачерпнутой из него мощи Калену хватило бы на то, чтобы одним махом уничтожить половину жителей Острых Пик. Однако он не будет этого делать, пока Невеньен ему не прикажет.
Она ступила на мерзлую землю и окинула взглядом двор, заполненный солдатами. Они поместились не все, да и не должны были — часть на всякий случай окружила поместье, и небольшой отряд наблюдал за территорией позади Острых Пик. Слуги где-то прятались; лишь мрачный конюх готовился принимать лошадей и еще два человека жались в закутках, явно жалея, что вынуждены встречать непрошеных гостей. На внушительном каменном крыльце, уперев руку в бок, хмурился Стьид. По двору рассеялись охранники — около двух десятков, — державшие мечи и луки. Невеньен узнала лица двух магов. Охрана была той же самой, как и в день, когда генерал отправил свою младшую дочь в Серебряные Пруды. Значит, она рассчитала все правильно.
Невеньен шагнула вперед, не дожидаясь, ни пока сойдет с приступки Тьер, ни пока спешится Ламан, ни тем более пока прибудут кареты Вьита и Мелорьеса. Она королева — все должны подстраиваться под нее.
— Я истинная королева Кинамы Невеньен Идущая, покровительница эле кинам и владычица центральных и южных земель, — объявила она. — Да светит вам солнце, генерал Стьид.
— И тебе светит, дочь, — коротко бросил он, нарушая все правила этикета. — Зачем пожаловала?
Прозвучало это скорее как «какой Бездны ты сюда заявилась». Надеется разозлить ее? Она улыбнулась.
— Нас связывает договор, генерал Стьид, и я приехала проследить за его соблюдением.
Он криво усмехнулся, обводя взглядом заполонивших его двор гвардейцев.
— Это заметно. Ну, проходи в гости, обсудим твой договор. Только молодчиков своих оставь тут.
Она кивнула и неспешно направилась вперед, сопровождаемая Каленом. Остальные как раз должны были ее догнать. Подниматься по ступенькам, наверху которых щерились охранники поместья, было страшно, однако Невеньен удалось сохранить непроницаемый вид. Поравнявшись со Стьидом, она на мгновение задержалась.
— Пожалуйста, прикажите своим людям убрать оружие в ножны. Мы здесь не для бойни.
Он помедлил. Выполнение ее просьбы для него могло означать, что он показывает перед ней слабину. Пойдет ли генерал на такое? Наконец, он повернулся к начальнику стражи — Невеньен хорошо помнила этого мужчину с седыми усами, который в детстве строгал для нее палочки и таскал пригоршнями ягоды, а сейчас смотрел, как на бешеного пса.
— Скажи всем, пусть расслабятся, — приказал Стьид. — Я не буду затевать драку с собственной дочерью.
Убедившись, что его слова переданы, он снова взглянул на Невеньен.
— Истинная королева Невеньен Идущая, — он хмыкнул, жестом приглашая ее в дом. — Позвольте я провожу вас по своему скромному обиталищу.
Что ж, начало могло быть гораздо, гораздо хуже.
Генерал Стьид шагал по просторной гостевой зале перед застывшими в ожидании гостями. Меньше года назад в этом же помещении он заключал брачный договор своей дочери. С тех пор оно нисколько не изменилось, да и отец остался таким же, каким Невеньен его запомнила — грубым, насмешливым, жестким, как будто из него повсюду топорщились ежовые иглы. И очень умным. Стьид остановился возле стола с бумагами, взял один из документов и почти сразу же бросил его обратно. Ему не требовалось скрупулезного изучения, чтобы понять, что перед ним.
— То есть вы хотите сказать, — он распахнул полу коричневого мундира, который не снимал даже дома, — что благодаря какому-то секретному плану корона, считай, в ваших руках, что на самом деле вы контролируете большую часть моих войск и что сотня ваших солдат — это почетный караул и охрана для королевы, а не захват меня в плен. Вы издеваетесь надо мной?