— Ориентироваться очень легко, — отмахнулась Невеньен. — Нужно только понять, какие войска здесь расположены, а наш шатер всегда в центре.
— Но ведь эти палатки такие одинаковые, — возразила Эсти.
Невеньен и сама не могла объяснить, как находит дорогу. Для нее все было элементарно — она просто шла по дорогам, сверяясь со знаменами. Да и лагерь был не настолько огромным, чтобы в нем заблудиться. Вот, например, за этим поворотом покажется ее шатер…
В груди защемило. Возле ее палатки замер, глядя в мутное небо, Иньит. Он был, как всегда, невероятно красив в своем черном камзоле, украшенном серебряными пуговицами, и плаще, подбитом черно-бурой лисицей. За спиной лорда возвышался Бирди, в последнее время превратившийся в такого же щеголя, как и его хозяин. Однако могучую фигуру слуги Невеньен даже не заметила, ускорив шаг, чтобы поскорее приблизиться к Иньиту.
Им не удавалось поговорить наедине с того самого момента, как он спас ее от Анэмьита, и поэтому она чувствовала себя неблагодарной. То, что должно было произойти после ее спасения, Невеньен представляла себе по-другому. Не так, что их растащит толпа солдат, потом осадят советники, а после этого почти сразу придется скакать в Острые Пики. Все должно было быть совсем иначе. И не здесь — не в военном лагере, где на них глазеют все кому не лень.
Иньит увидел ее издалека, и на его губах расцвела улыбка. Невеньен ощутила, что глупо улыбается в ответ. Стереть дурацкое выражение счастья никак не получалось. Да и надо ли было?
— Моя королева.
Иньит изящно склонился, прикрыв лицо сцепленными ладонями. Невеньен отметила, что сегодня он опять забыл надеть накладки на ногти. Какой позор для высокопоставленного лорда! Однако когда он выпрямился и любяще взглянул на нее, то все мысли о ногтях моментально выветрились из головы.
— Я скучал по тебе, — тихо произнес Иньит.
— Я… — Невеньен вдруг охрипла. — Я тоже.
Если бы не свидетели, она бы не выдержала и бросилась ему на шею. Но пока они не были женаты, так делать было нельзя. По лагерю и так ходила молва, что королева пляшет под дудку лорда-разбойника, выполняя каждую его прихоть. Кое-кто обвинял Иньита в том, что он метит слишком высоко, а некоторые поговаривали такие вещи, которые Невеньен было стыдно повторить даже в мыслях. Чтобы узнать об этом, не требовались шпионы. Люди частенько забывали о том, что стенки шатров не из камня, и чтобы услышать все, что за ними произносится, нужно всего лишь встать неподалеку. По совету Тьера Невеньен пару раз так сделала и осталась в легком ужасе. Среди солдат разносились большей частью ложь и домыслы, однако поощрять их распространение она не собиралась, так как это навредило бы в первую очередь самому Иньиту. Поэтому скрепя сердце Невеньен сдержала душевный порыв.
— Лорд Иньит, — с затаенной надеждой сказала она, — слуги известили меня, что накрыли обед в моем шатре. Не изволите ли вы присоединиться?
— Буду рад, — ответил он.
Гвардеец откинул для них полог, и Невеньен и Иньитом вошли в шатер — в ту его часть, которую Невеньен именовала «кабинетом» и где находилось ее рабочее место. Слуга, отправленный с кухни, уже расставил блюда на узком столике. На нем было слишком мало места для двоих, и приборы лежали всего на одного человека. Невеньен смутилась. Пригласила, называется…
— Я попрошу, чтобы принесли еще набор, — она обернулась к слуге.
— Не надо. Честно говоря, я уже поел, — шепнул Иньит.
Он по-хозяйски подхватил второй из двух стульев в шатре и уселся сбоку столика, налив себе вина в свободный кубок. Слуга, поняв, что его помощь больше не требуется, исчез; следом за ним за пологом скрылись Окарьет и Бирди, которому Иньит приказал подождать снаружи. В шатре осталась одна Эсти, начавшая открывать блюда. Невеньен устроилась рядом с Иньитом, касаясь его коленями. Служанки можно было не стесняться — если она чего-то и не знала, то давно догадалась. К тому же если бы слухи исходили от нее, то они появились бы гораздо раньше.
— Эсти, можешь убрать еду, — сказала Невеньен. — Я не голодна.
Ей действительно не хотелось есть. Не после того, что ей устроил отец. И, конечно же, она не будет жевать перед Иньитом, когда им наконец-то выдался момент поговорить по душам.
— Печенье! — с присущей ей непосредственностью ахнула Эсти, обнаружив на круглом подносе сдобные кругляшки. — Как только повар исхитрился тут, на полевой кухне, их приготовить? Моя госпожа, еще теплые! Вы же так мечтали о сладком в Острых Пиках… Точно не будете? Оно же остынет! Может быть, вы, лорд Иньит?