— Сомнительный комплимент, — вставил реплику Виньес, но Кален усмехнулся.
— Ты неисправим, Дьерд. Сони, Виньес, я уже просил вас и за ним присмотреть? А то если он надоест Эмьир и она погонит его из дома, ему и податься будет некуда.
— Уж найду куда, — фыркнул рыжий маг. — Так что, пить-то будем?
— Может, все-таки не за меня? — намекнул командир.
— У меня есть отличная идея для тоста, — вдруг сказал Виньес. — Давайте выпьем за всех нас. За братьев, которые не давали друг другу упасть и напоминали, что правильно, а что нет, и за старшего из нас, который не подавлял остальных, а всегда старался нас выслушать.
— Начало было хорошим, а потом не очень, — поморщился Кален, хотя было заметно, что ему приятно. Он провел ладонью по щетине на заострившемся подбородке, в которой виднелись седые волоски, и все же поднял кружку. — За братьев.
— За братьев, — вторил ему Дьерд, обрадованный тем, что можно наконец выпить.
— За братьев, — тихо произнес Сони.
«За самого достойного из них», — мысленно добавил он, зная, что то же самое сейчас думают и Дьерд с Виньесом.
Они пили до дна, и когда их выдохи после долгого глотка слились в один общий звук, Кален впервые за все время в Кольведе широко и искренне улыбнулся.
Вечер прошел хорошо, хотя был недолгим — Кален очень быстро устал, и они оставили его отдыхать. За весь этот час с небольшим о задании его никто не спрашивал. Что такое секретность, никому рассказывать не надо было, да и все равно он бы промолчал в ответ, поэтому болтали обо всякой чепухе, стараясь не затрагивать болезненные темы. Виньес вспомнил пару смешных случаев из тех лет, когда он только поступил в гвардию и его начал тренировать молодой гвардеец-северянин. По словам горбоносого, тогда Кален казался ему злобной тварюгой, которая не пускала его молиться Тельет по ночам — в единственное свободное время — и угрожала сжечь отвлекающие от службы книги по изучению законов. Оба хохотали до слез, когда Виньес говорил об этом.
Дьерд, вместо того чтобы обсуждать прошлое, омраченное горечью по Келси, рассуждал о будущем. Когда они разгромят када-ра и Таннеса и вернутся в Эстал, вот тогда-то, по его словам, и начнутся сытые, настоящие деньки. Можно будет вдоволь нагуляться за потраченные, истерзанные в разъездах по Кинаме годы, совершенно открыто заходить в любые таверны, щеголяя эмблемой орла на груди, — и уж тогда точно все девчонки будут сходить по рыжему магу с ума.
Сони же предпочитал больше слушать. Хотя его история пребывания в отряде была короткой по сравнению с шестнадцатью годами Виньеса и шестью — Дьерда, он мог сказать многое, но не хотел. Чувствовал, что самообладание все-таки подкачает и горло сведет судорогой.
Прощаясь, командир выглядел умиротворенным. Напоследок он попросил его не искать после этой ночи — слуги будут отвечать, что ему стало хуже и он не выходит из своих комнат, но внутрь не пустят. А потом Кален пообещал, что если с ним все будет в порядке, то он сам найдет подчиненных, но Сони ему не поверил. Командир и так был похож на тень, а за этот день вообще истончился, словно часть его души уже улетела на Небеса, не желая терпеть на земле несколько оставшихся дней или даже часов.
Он не выживет. Сони знал это точно, но Кален проклятое задание ждал как будто бы с облегчением и даже надеждой. Это лежало за гранью понимания Сони.
Расставшись с Виньесом и Дьердом, он решил не возвращаться в казармы до утра, чтобы не наткнуться там на Оллета или его помощников. Отрабатывать наказание прямо сейчас не хотелось совершенно. Лучше было прогуляться по наполовину опустевшему Кольведу, заодно развеяв мрачное настроение. Кален-то вон отчего-то радовался предстоящей гибели… На дворе стояла ночь, однако Сони это не пугало — сегодня ярко светили оба Ока Бездны, к тому же за два месяца патрулирования города он выучил улицы, как свои пять пальцев. Проблемы могла создать только стража у ворот. Они обязаны были останавливать любого, кто покидал замок в неурочный час, и если у него не оказывалось при себе разрешительного документа, то задержанного до выяснения обстоятельств отправляли в сторожку и передавали офицерам.
Беспрепятственно выскользнуть из замка можно было разве что с каким-нибудь припоздавшим патрулем, благо Сони за два месяца перезнакомился с большинством патрульных. А уж те в обмен на какую-нибудь плевую услугу наверняка согласились бы выдать его за своего. Оставалось лишь найти таких отставших ребят и немного потолковать с ними не на глазах у стражи.