— Они еще есть, — терпеливо произнес советник. — Неизвестно, будут ли они выигрышными, но варианты есть.
Да, они наверняка были. Но где и какие? Если бы не присутствие Иньита, Невеньен бы без всякого стеснения застонала.
— Вы не против, если я немного помогу королеве? — с улыбкой спросил Иньит у Тьера. — Кажется, ей не справиться без твердой мужской руки.
Брови пожилого мужчины сошлись у переносицы. Сегодня вечером его мимика была на удивление богатой — обычно он не позволял себе никаких признаков чувств. Может быть, Тьер действительно оттаял у камина? Впрочем, после смерти Акельена он стал менее жестким, чем раньше, а через его непроницаемую маску все чаще пробивались эмоции. Однако чем он недоволен сейчас, Невеньен не понимала. Брать помощника в оттайрине не запрещалось — так вырабатывались навыки командной работы.
— Спрашивайте у королевы, желает ли она этого, — уклончиво ответил Тьер.
Королева, естественно, желала.
Иньит взял стул и сел слева от нее, под столом коснувшись ее коленом. Она спешно отдернула ноги, тут же пожалев об этом. В конце концов, он же нечаянно… Невеньен подняла на него робкий взгляд, но Иньит уже увлекся партией.
— Ситуация на редкость пакостная, — пробормотал он. — Со спины не ударить, попытка захватить нейтральные крепости принесет только вред, осаду нам не выдержать, вражеские отряды поодиночке тоже не разбить…
У Невеньен открылся рот. Иньит понял все это, лишь взглянув на фигурки?
— Кажется, вы опытный игрок в оттайрин? — спросила она.
— Я? — Иньит легкомысленно пожал плечами. — Нет, что вы. Я играл очень мало. Ваш муж показал мне основы, а разобраться с остальным не составило проблем.
Если он не проверял эти варианты игры, то он прирожденный полководец!
— Неужели у вас такой боевой опыт?
Иньит засмеялся.
— Оттайрин всего лишь игра, рассчитанная на логику. Управление людьми в бою — это не переставление фигурок с клетки на клетку, и этому не научишься, попивая чай и болтая о героях древности. Оттайрин не слишком подходит даже для обучения. Например, будто это живой человек, стоящий неподалеку от меня с войсками, — он указал на Ревета Желчного, бога из свиты Шасета, — я бы нашел способ сыграть на его зависти к другим вражеским полководцам или отправил убийцу к его семье и переманил на свою сторону угрозой их жизням. Подобное часто происходит в жизни, но оттайрин этого не предусматривает. И наоборот, нелепые благословения Каэдьира, которые на доске действуют даже для отдаленных фигур, в жизни никогда не удержат людей в приграничных фортах.
— Вот как… — пробормотала Невеньен.
Загадочная игра представала теперь совершенно в ином свете. Если полученные с ее помощью знания не применимы к управлению государством и людьми, то зачем Тьер так упрямо заставляет повторять одну и ту же позицию?
— Это так — отчасти, — возразил Иньиту советник. — Оттайрин развивает мысль и видение ситуации в целом, а также учит пониманию того, что ради победы необходимы жертвы. Человек, который никогда не бывал в сражениях, но учился оттайрину, лучше подготовлен к руководству, чем тот, кто не знает ничего и вынужден постигать простейшие вещи на собственных ошибках.
Они пристально посмотрели друг на друга несколько мгновений.
— Согласен, — кивнул Иньит, возвращаясь к осмотру позиции небесного воинства. — Ну так что, поищем выход из этой неприятности? Возможно, он подскажет, как нам быть с нашими вполне настоящими войсками.
Он подбадривающе улыбнулся Невеньен, и все сомнения по поводу игры сразу вылетели из головы. С Иньитом партия будет необычайно увлекательной.
— Как вы собирались походить? — спросил он.
Невеньен задумалась, склонившись над столом. Так, что она еще не пробовала…
— Передвинуть половину армии во главе с Тельет к ближайшей крепости и завоевать ее.
— Богиня порядка, — Иньит фыркнул. — Не самая полезная для боя фигура, к тому же такое действие не даст результата. Мы потеряем много сил, пытаясь взять эту крепость, не получим почти никакой выгоды, и противнику в итоге будет только легче нас разбить.
— А что предлагаете вы? — проговорила Невеньен, проглотив возмущение по поводу того, как пренебрегают ее покровительницей и одновременно любимой фигурой.
Лорд пошарил по доске глазами. Тем временем к нему подошла Эсти с подносом в руках.
— Травы? — брезгливо спросил он, унюхав терпкий запах из чайника.
У себя в покоях Иньит пил исключительно вино и никогда не предлагал чай приходившим к нему гостям. Невеньен хотела отправить Эсти за вином, однако лорд уже махнул рукой, отсылая служанку.
— Ладно, сосредоточимся на игре. Это у вас что? — спросил он, указывая на небольшую группу фигурок на краю доски.
— «Слуги», — несколько удивленно пояснила Невеньен.
Неужели он сам не знает, кого обозначают эти статуэтки, самые маленькие и незначительные из всех? Када-ри, Дети Солнца, легко уничтожались более крупными фигурами. Один из немногих вариантов их использования заключался в том, что ими, как свитой, окружали важную фигуру, и если на нее нападали, то она успевала сбежать, отдав на растерзание врагу «слуг» — поэтому их так и назвали. Тьер их практически не трогал, и Невеньен тоже забыла о них почти с начала игры, оставив на изначальных позициях и не подтянув к своим укреплениям.
Когда Иньит уверенно переставил первую крошечную фигурку, Невеньен удивилась еще больше. Тьер, лукаво сощурившись, направил к «слугам» самую быструю боевую единицу, чтобы препятствовать их перемещению. До этого он так никогда не поступал, насмешливо наблюдая за метаниями Невеньен по доске и копя силы для последнего разрушительного удара по замку.
— Зачем вам «слуги»? Они же бесполезны!
— Внимательно смотрите, — Иньит усмехнулся, переставляя оставшихся када-ри к первой.
— Хороший замысел, — одобрил Тьер. — Я надеялся, что королева сама догадается об этом решении, но так уж и быть. Я даже поддамся немного для красоты примера.
Невеньен надула щеки. Она вовсе не дурочка. Это же совершенно бессмысленное решение, к тому же в самом начале она его пробовала, по очереди доставляя када-ри в замок! Обижало и то, что Иньиту почему-то можно было поддаться, а ей — нет.
Однако Иньит избрал иную тактику. Он держал «слуг» плотной кучкой, не позволяя им делать чересчур широкие «шаги», на которые они были способны. В таком построении они с легкостью проглотили несколько приближающихся по одному врагов. Их потрепал только Ночной Охотник, который съел статуэтку, пожертвованную для безопасного отхода остальных. Вопреки мнению Невеньен, считавшей, что слабые фигуры следует отправлять в замок, Иньит их туда так и не довел, зато захватил пару нейтральных укреплений по пути, пополнив свою маленькую армию. Дальше он сделал безумную вещь — стал понемногу освобождать главное укрепление от войск.
Сообразив, к чему стремится лорд, Невеньен смяла ладонями платье на коленях.
— Это же самоубийственная атака! — воскликнула она.
— Все в порядке, — отозвался Иньит. — Количество вражеских солдат не всегда означает их однозначную победу. Главное — найти слабое звено в цепи и выбрать правильный момент для нападения.
К этому времени они с Тьером лихорадочно переставляли фигуры, чуть не сталкиваясь руками над доской. Это было совсем не похоже на ту тягучую, как смола, игру, которую советник вел с Невеньен. Глаза обоих мужчин горели, недопитый чай Тьера давно остыл, а Иньит не разгибался, склонившись над столом в поиске новых ходов.
Вскоре Невеньен уже засомневалась в том, что положение небесного воинства настолько трагично, как казалось еще полчаса назад. Под твердым управлением Иньита оно шло к центру, где собрались основные силы Бездны, истребляя встречающихся по пути врагов.
— Внезапное нападение на столицу с малыми войсками? Сумасшествие, — пробормотал Тьер, убирая фигуры с границы своей территории и перемещая их к сердцевине «земель» для защиты от стремительно приближающегося Каэдьира.
— Только не говори, что вы с Ламаном об этом не думали, — фыркнул Иньит. — Взять нахрапом — единственная возможность. Горожане сразу наложат в штаны, если однажды утром внезапно обнаружат у себя под боком разозленных солдат.