Или всего одну. Эмьир не была похожа на ту, кто спустит Дьерду его разгульный образ жизни.
— Выздоравливай, — громко сказал командир. — Нам пора идти.
— Эй! — Дьерд на мгновение ожил, повернувшись к гвардейцам. — Я слышал, что нас назвали Орлами Гайдеварда. Если будут в кои-то веки раздавать награды, не забудьте про меня, лады?
— Не волнуйся, не забудем, — Кален помахал ему рукой на прощание. — Отдыхай.
Гвардейцы вышли из шатра и встали в стороне, ожидая приказов от командира, что им делать. Несмотря на то что они выполнили задание и вернули королеву, настроение у всех было подавленное. Кален поднял голову к небу и тяжело вздохнул.
— Значит, нас осталось всего четверо.
Из них один новичок, на которого сложно было положиться, и один вор без способностей к магии. Пополнить отряд Калену было некем. Ему впору было рвать на себе волосы от отчаяния. За много лет пребывания с мятежниками у него погиб лишь Эйрен, а в последние несколько месяцев отряд таял, как летний туман поутру. Тэби, Келси, Лейни, а теперь выбыл и Дьерд — может, и балбес, но опытный маг.
— Придется долго ждать, чтобы Дьерд с леди Эмьир устроили нам пополнение, — с сожалением произнес Кален.
— Зато он остепенится наконец, — сварливо заметил Виньес.
— Думаешь? — спросил Сони.
Он лично в этом сомневался.
— Дьерду, считай, повезло, — задумчиво сказал горбоносый. — Его семья не особенно богата, но они его поддержат. Вернется домой, женится, наплодит детишек. А нам теперь веселье на четверых делить. Гередьес наверняка все три армии Кинамы на нас спустит.
— Выкарабкаемся, — уверенно произнес Сони.
Выбрались же они после Аримина и предательства Тэби, после Могареда, после атаки на Гайдевард. Главное — держаться вместе.
— Выкарабкаемся, — повторил Кален. — Но тебя, — вдруг сказал он Сони, — я все-таки накажу.
— За что?
Что и когда он успел натворить?
Командир упер в него холодный взгляд.
— Спасибо за то, что вытащил Дьерда. Я ценю твою смелость. Но то, что ты сделал, было самоубийством. Если бы не счастливая случайность, я бы лишился сразу двух гвардейцев, и по совершенно глупой причине — потому что Дьерд сам загнал себя в ловушку. Второй раз тебе так не повезет, и я не хочу, чтобы ты подставлялся. Ясно?
Сони поколебался. Командир мудро не стал требовать согласия с его точкой зрения. Не то чтобы Сони считал ее ошибочной — она была более чем правильной. Бросаться в одиночку на пятерых бойцов — сумасшествие в высшей степени, и он сам это прекрасно понимал. Полгода назад ему такое и в мысли бы не пришло, но сейчас эта идея уже не казалась дикой.
И, в конце концов, они оба выжили.
— Ясно, — кивнул он.
Гвардейцы еще немного постояли, утаптывая снег тяжелыми сапогами.
— Так и что теперь? — наивно спросил Сех. — Задание выполнено. Нам положены награда и отпуск?
— Ты еще не понял? — Кален усмехнулся, потрепав сехена по ярко-рыжей шевелюре. — Отпусков у нас не бывает, а награда для нас — это то, что мы выжили. Что теперь? Будем ждать новых приказов от королевы и молиться, чтобы в следующий раз нас не отправили в Бездну за яйцами Шасета.
Гвардейцы рассмеялись этой несмешной шутке. Да и шутке ли? У Сони зрело предчувствие, что их работа совсем не упростится.
Невеньен со вздохом откинулась на спинку стула. До чего же хорошо! Было холодно, вокруг нее трепыхался походный шатер, из мебели внутри были только кровать и столик, вокруг неумолчно шумела армия, но это безумие, этот плен и осада закончились. А все остальное можно потерпеть…
Полог шатра шевельнулся, и внутрь вошла Эсти с подносом, на котором стояло несколько накрытых блюд. Служанка старалась не поднимать взгляд от земли и вела себя тише обычного. Что случилось с Жевьером, Невеньен еще не знала и не горела желанием узнавать. Скорее всего, он боялся показываться госпоже на глаза — и правильно делал. Ни его, ни Эсти ей видеть не хотелось, но если гвардейцев и магов вокруг было достаточно, то служанок явно не хватало.
— Ваш завтрак, моя королева, — сказала девушка, расставив тарелки на столе.
— Спасибо, — сухо ответила Невеньен.
Как только служанка отошла, Невеньен убрала еду в сторону. Желудок все еще бунтовал после того, как солдаты протащили ее на руках через весь лагерь. Они, похоже, считали, что это очень весело, но ничего приятного в ощущении, что тебя вот-вот уронят, Невеньен не нашла. К тому же в этой суматохе она потеряла Бьелен и Шен. Наверное, они у лекаря или разошлись по своим палаткам. Невеньен вздохнула. Ее саму Залавьен промучил невероятное количество времени и только-только ушел. Больше всего его интересовало, не испытывает ли она тошноту по утрам и прочая чушь, касающаяся того, не забеременела ли она вдруг в Гайдеварде. Врач был поразительно настойчив, хотя Невеньен не раз пыталась его выгнать. Наверное, распоряжение удостовериться, что истинная королева не заимела ребенка от их главного врага, поступило от Тьера.
Она потерла веки. В визите врачевателя все же был положительный момент — он отвлек от нее людей, которые начали ее донимать какими-то вопросами, требованиями и предложениями, стоило ей оказаться в пределах лагеря. А ей так хотелось после всех этих криков и сумасшедшей ночи побыть в одиночестве, тишине, отдохнуть и, самое главное, выспаться… Но сейчас было не до того. Даже если она ляжет, ее тут же поднимут снова. И будут правы — армия ждать не может.
Вежливое покашливание за пологом сообщило, что к Невеньен пришел старый советник.
— Заходите, лорд Тьер, — пригласила она.
Приподнявшийся полог прочертил белую линию на противоположной стороне шатра. После бессонной ночи Тьер выглядел уставшим, но его глаза по-молодецки светились. Принюхавшись, Невеньен уловила слабый спиртовой запах бодрящей настойки — она сама в Серебряных Прудах, во время траура, принимала такую, когда решила, что ей не по силам справиться с наплывом дел.
— Моя королева, мы можем поговорить наедине? — спросил Тьер.
— Конечно. Эсти, оставь нас.
Когда служанка исчезла в тканевом проходе, стало на удивление легче. Невеньен и не замечала, какое напряжение у нее вызывает присутствие этой девушки. Оно было напоминанием о тех неприятностях, которые пришлось пережить в Гайдеварде. А Невеньен старалась выкинуть их из головы сразу, как только оказалась в безопасности. «Ничего этого не было», — говорила она себе. Ее не унижали, из-за нее не погибали люди, она не подписывала позорный брачный договор… Если погрузиться в это, то она просто ляжет на землю и не сможет исполнить то, что задумала.
— Моя королева, — начал Тьер, сев рядом с ней на стул. — Я бы очень хотел дать вам отдохнуть, но есть решение, с которым нельзя медлить.
— Какое же?
Было столько решений, с которыми нельзя медлить, что Невеньен и близко не догадывалась, какое советник имеет в виду.
Объяснить ему не дали. Полог шатра резко взметнулся вверх, впуская Ламана. От него сильно пахло потом, несмотря на то что на нем были надеты всего лишь шерстяная рубашка и кожаный жилет.
— Извините, моя королева, — северянин растерянно оглянулся на полог, запоздало сообразив, что вторгся в женскую обитель без спроса. — Можно мне войти?
Интересный вопрос, особенно после того, как он уже вошел.
— Простите, лорд Ламан, мы с лордом Тьером собирались поговорить наедине.
— Уверен, что на самом деле мы хотим обсудить одно и то же.
Невеньен вообще ничего не хотела обсуждать, но выбора у нее не было. Тьер наверняка не одобрит, что их уединение нарушили, зато выслушать обоих советников сразу означало сократить время, потраченное на дипломатическое лавирование.
— Хорошо. Лорд Тьер, вы не против?
Он покачал головой.
— Если только вы согласны стать свидетельницей очередного горячего спора между нами, — получив от нее кивок, он продолжил: — Моя королева, пора отдать приказ армии снимать лагерь и возвращаться в Остевард. Желательно, чтобы вы сами сказали это офицерам. Они должны видеть, что вы готовы ими управлять, невзирая на то что всего пару часов назад находились в плену.