В прозрачном полотне магии вокруг наследника трона не было ни малейшего пробела. Маг, опоясанный золотой лентой — потоком энергии из майгин-тара, стоял навытяжку, выпятив грудь с крупной пчелой на табарде. Непонятная болезнь, скосившая половину его сослуживцев в зале и уведшая их толкаться в очереди к уборной, этого гордого красавца, еще одного пресветлого када-ри, трогать и не думала. Может быть, у него был луженый желудок, а может быть, он не ужинал сегодня в замке. Не важно — от него нужно было избавиться. Сони, не выходя из своего стремительного танца, размахнулся и со всей силы швырнул в голову мага тяжелый кувшин. В яблочко — залитый красным сантийским, лучшим в Кинаме, телохранитель без сознания рухнул на пол. Щит рассыпался в пыль.
Кто-то вскрикнул. Гередьес, прервав беседу с лордом по правую руку, удивленно оглянулся назад и встретился взглядом с Сони. Их зрительный контакт длился всего одно короткое мгновение, но за него карие глаза наследника, блестевшие от выпитого вина, успели сменить несколько выражений: изумление, недоумение и страх, — а затем потускнеть. Нож, торчавший из горла Гередьеса, сделал свое дело.
Сони кинулся прочь. В мгновение ока в зале поднялся страшный шум — девушка, сидевшая слева от Гередьеса, истошно завизжала, стража завопила «Убийца!», а следом закричали за компанию и гости. Всеобщий испуг, как ни странно, сыграл Сони на руку — все поспешно убирались с его пути, опасаясь, что убийца сотворит что-нибудь плохое и с ними. На стражников это, увы, не повлияло. Тот самый пресветлый када-ри, который только что мило растолковывал что-то престарелой леди, встал поперек выхода и попытался проткнуть Сони мечом. Однако в скорости с бывшим могаредским вором ему было не потягаться — Сони проскользнул мимо него прежде, чем он успел вытащить оружие, и оттолкнул с дороги остолбеневшую женщину.
— Ловите слугу-убийцу! — заорал гвардеец.
Прислуга в коридоре бросилась врассыпную, роняя новую подачу блюд. Сони ускорился, резко свернув в боковой коридор и заставив тянущийся за ним шлейф из стражников разбиться о стену. Двое из них, однако, оказались достаточно проворными, чтобы продолжить его догонять, и причем весьма успешно. Городские «истуканы» на их месте давно бы уже отстали (если бы вообще рискнули погнаться за преступником), но в королевской гвардии слабаков не держали.
За каждым поворотом к погоне добавлялись новые участники, и уже в следующем коридоре Сони приобрел дыру на камзоле. Один из двух дежуривших там стражников попытался схватить его за рукав, но Сони удалось вырваться, отделавшись треснувшим на плече швом, и в этот момент второй стражник, не успевающий достать меч, подставил ему подножку. Сони перепрыгнул через нее лишь чудом, не замедляясь и продолжая бежать. Хотя он прошел по замку всего один раз вместе с продажным стражником, ноги, как часто бывало в таких ситуациях, вели его сами: через лестницы, прямые и витые, и коридоры, узкие, широкие, ярко или вообще не освещенные, — к выходу.
— Закрывайте ворота! — разнеслось по замку.
Из окна Сони мельком увидел, как задвигался дубовый массив ворот Эстальского замка, отрезая его от города. Теперь отсюда можно было уйти, только прыгнув с крепостной стены или из окон в левом крыле здания — единственных широких проемов, которые выходили на внешнюю сторону замка, но это грозило смертью от превращения в лепешку. Замок стоял на холме, и откуда ни выпрыгни, падать было слишком высоко.
Наступило самое время удариться в панику, однако Сони было весело. Он злой дух. Он хитер, ловок и умен, как истинный сын Бездны. Его не поймать.
Изрядно удивив своих преследователей, он внезапно свернул в противоположную сторону от ворот и направился на второй этаж левого крыла. Один раз в него выстрелили из арбалета, но, к счастью, промахнулись. Хорошо, что на пути так и не встретилось ни одного мага. Их и так было немного, а благодаря яду все они, похоже, собрались у отхожего места.
Ворвавшись в последний, самый темный коридор, он понял, что сглазил. Наперерез ему бежала окутанная золотистым сиянием фигура в желтом табарде. И она, заметив Сони, уже начинала создавать волшебный дротик. «Черные Небеса!» — вспомнил Сони ругательство Дьерда. Дороги ни вперед, ни назад больше не было.
Он остановился и отступил к окну. Теперь надежда только на подстраховку. Если ее нет, то все равно умирать.
Из незастекленного отверстия дохнуло холодом. Не дожидаясь, пока в него метнут «дротик», Сони вскочил в проем, оттолкнулся ногами и ринулся в ночь.
— Идиот! — заорали сзади.
Он усмехнулся.
— Чтоб тебя!!! — прозвучало следом за этим.
Навстречу Сони, которого хлестали струи воздуха, раскрылось маленькое золотое поле с тянущимися вверх ростками. Они подхватили тело в полете и мягко опустили его на землю, поставив рядом с несколькими сехенами в масках и плащах, которых окружали вихри из сверкающих пылинок. Спустя мгновение маски были переодеты, плащи вывернуты, и беглецы, рассредоточившись, скрылись между окружающими холм домами. На месте, куда должен был упасть Сони, остались лишь желтые рубашка и камзол.
Мит все-таки не подвела.
Невеньен мерила шагами «кабинет» в своем шатре. Пространства хватало всего на четыре шага — от полога и до занавески, а потом столько же обратно. Но руками при этом размахивать было нельзя, иначе они грозили задеть Тьера, кесета Виша или Иньита, прислонившегося бедром к столу. Все три мужчины были мрачными. Иньит, без которого в последнее время не обходилось ни одно мало-мальски важное собрание, сложил руки на груди и хмурился, изредка теребя серьгу. Его шрам багровел — недавно между главным советником и лордом-разбойником закончилась очередная стычка Тьер постукивал по подлокотнику кресла ногтем — жест, который выводил из себя. Вдруг замерев, Невеньен подумала, что она тоже наверняка крепко всем надоела своим мельтешением, и вернулась на предназначавшееся ей место за столом.
— Ночь уже на исходе, — нервно произнесла она. — А ваши люди так и не подали сигнал.
Она не обращалась ни к кому конкретно. За успехом — или провалом Сони в Эстальском замке — следили тайные агенты и Виша, и Тьера. Они должны были зажечь огни на крепостной стене уже давно, но до сих пор на них не было и намека.
— Значит, задание еще не выполнено, — спокойно заметил Тьер.
Невеньен сдержала рвущийся наружу вопрос, не переловил ли Гередьес всех их шпионов, завершив начатую вчера работу, когда было схвачено множество сехенов. Вероятно, Вьит каким-то образом успел сообщить ему несколько имен, услышанных на совете из уст Виша, а затем нить потянулась дальше. При воспоминании о казначее у Невеньен снова потемнело в глазах от гнева. Теперь становилось ясно, почему в столице у мятежников не осталось союзников, откуда Гередьес брал деньги на дорогое арджасское вино и куча, целая куча других вещей, над которыми прежде она ломала голову. Только жалеть обо всем этом было уже поздно.
Полог шевельнулся. Невеньен встрепенулась. Кто там — не гонец ли?..
В шатер заглянул Ламан.
— Загрызи меня волки, да у вас тут воняет безысходностью, — пробормотал северянин в любимой грубоватой манере. — Иньит, а ты какого х… Экхм… — подавился он, наконец вспомнив, что в палатке присутствует и Невеньен. — Простите, моя королева. Устал.
Она простила его. Они со Стьидом не смыкали глаз, проверяя войска и организовывая бестолковых союзников с их отрядами. Еще вчера ночью возле лагеря были замечены лазутчики Таннеса, поэтому полководцы готовились к внезапному нападению. Генерал должен был сегодня подойти к столице, и его северным волкам ничто не мешало оказаться здесь раньше и совершить неожиданный рейд на мятежников.
— Короче, Иньит, хватит тут без дела торчать, — буркнул Ламан. — Идем со мной.
Лорд-разбойник тоскливо вздохнул.