– Могу я вам помочь? – приветливо спросила она, поднимая красивые тонкие брови.
– Да. Понимаете, поводок порвался, и я не могу оставить собаку на улице. А у вас здесь висит это объявление. Вы не будете столь любезны выбрать мне сами, а я прямо отсюда заплачу?
– Ну, ладно.
Девушка повернулась в сторону зала и громко крикнула:
– Надюша, подойди, пожалуйста!
Вскоре в проходе появилась дородная тётка неопределённого возраста и, приблизившись к кассе, хрипло выкрикнула:
– Ну, чего звала-то?
– Да вот гражданин с собакой, не хочет оставлять её на улице и просит поводок ему выбрать.
Я изобразил на лице улыбку и даже помахал рукой.
– Понятно. Собаку покажите.
Приоткрыв дверь, я пропихнул Норда чуть вперёд.
– Ясно. На какую сумму рассчитываете?
– Что-нибудь получше! – не раздумывая, ответил я, прикидывая, что в кошельке у меня лежит тысяч десять, да ещё карточка с полугодовой зарплатой. Хотя я давно и не интересовался этой темой, но был уверен, что денег мне хватит с лихвой на всё. Так, собственно, и получилось.
– Хорошо. Сейчас!
Надя степенно удалилась, а потом вернулась с симпатичным поводком и широким кожаным ошейником:
– Вот это подойдёт. И даже не спрашивайте, почему поводок нерегулируемый – терпеть не могу эти штуки и вам не советую!
– Конечно, конечно, спасибо, – пробормотал я, вспоминая, что как раз похожий был у меня и в детстве. – Сколько с меня?
Рассчитавшись, я тепло поблагодарил девушек и не без усилий затянул на Норде ошейник, накрутил на руку поводок. Мы быстро поднялись по ступенькам к выходу и, не успев переступить порог, увидели их. Борис и Вера Павловна стояли на противоположной стороне дороги и смотрели на нас, сохраняя странно напряжённые и зловещие лица. При этом я вовсе и не удивился, словно ожидая их увидеть и даже радуясь тому, что нас снова разделяет некоторое расстояние. Итак, значит, как я и предполагал, они шли за нами, только скрытно. Ладно. Попробуем поднажать и скрыться в квартире – посмотрим, насколько хороши железные двери, да и просто я чувствовал, что стоит немного передохнуть от всего, связанного с Трюфельным холмом. Кроме Норда, разумеется. Спина ныла всё сильнее, камни в ботинках, похоже, серьёзно натёрли ноги, но я решил их аккуратно высыпать дома и поместить в стоящую на серванте вазочку. Теперь я и безо всяких консультаций новых знакомых знал, насколько эти кусочки необычные, а главное, связанные с воскрешением Норда и смертью трёх человек. Да, хотя бы из-за этого их стоит оставить, тем более что это не я их взял, а они сами юркнули ко мне в обувь. То есть получалось примерно то же самое, с чего и началась вся эта история. Значит ли это что-то? Возможно. Но в любом случае я хотел поступить именно так.
– Давай-ка пройдёмся побыстрее, а дома тебя ждёт вкусное мясо, – сказал я Норду и, дёрнув поводок, почувствовал привычную пружинистость.
Мы стремительно пошли в сторону дома. Неожиданно я поймал себя на том, что больше не стоит беспокоиться по поводу объяснений Дмитрию про разбитую фару, но, вполне возможно, видел это не один он. Свидетелями произошедшего могли стать его родители и другие жильцы дома, значительная часть которых была пожилого возраста и, как я небезосновательно думал, проводила много времени именно у окон. Несомненно, некоторые из них также видели выбегающего из подъезда Дмитрия, осматривающего джип и бросившегося на мои розыски, в результате которых получается так, что он пропал без вести. Конечно, обвинять здесь в чём-то меня прямых оснований нет. Однако всё как-то так складывается, что в любом случае я окажусь в числе если и не обвиняемых, то свидетелей точно. Как это не вовремя. А видел ли нас кто-то возле парка? Пожалуй, нет. Я даже не припомню, чтобы проезжала хотя бы одна машина, да и дома возле парка расположены торцом к дороге, поэтому обзор из них весьма затруднён. Но ведь граждане у нас такие, что рассмотрят всё, даже невозможное. И что же получается? Разбил человеку фару, потом скрывался от него по городу, а когда он меня нашёл и начал избивать, сделал нечто такое, что Дмитрий непонятным образом пропал. Да, противненькая такая история может выйти. А если ещё кто-то видел меня с Наташей и Женей, которые тоже бесследно исчезли, то, наверное, серьёзных подозрений, пусть и косвенных, не избежать. Конечно, вряд ли возможно найти тела, но это единственное, на что остаётся уповать.
Размышляя об этом, я обогнул дом и увидел Ольгу, сидящую на маленькой скамеечке возле ограды детской площадки. Прямо за ней стоял джип Дмитрия, который теперь, кажется, уставился на меня своей повреждённой фарой с явным укором и заставлял почувствовать себя неудобно. Тем не менее, я радостно приветствовал Олю, взмахнув рукой: