А ещё Гуам-Ди рассказал, что поганка Азиль успела послать какое-то зловредное проклятие вдогонку Палому Листу и что юноша находился в каком-то подобии комы почти год, и всё это время Лесные Сестры ухаживали за ним, кормили, убирали, мыли и разминали тело, чтобы не атрофировались мышцы, и надеялись, что он очнётся. Что же касается М’Хаши, то он сделал выбор, когда Палый Лист ещё пребывал без сознания, и с тех пор с юношей редко расставался, порой только исчезал по каким-то загадочным делам.
Клим, кстати, припомнил, куда его притащил этот чересчур умный для зверя М’Хаши и чем это закончилось, и у него возникло стойкое убеждение, что М’Хаши – не просто звери. Но проверить это убеждение пока не было никакой возможности.
Клим не решился расспрашивать, что стало с братом Иммаиром и малышом Палого Листа, он прекрасно понимал, что Сёстры не могли вести поиски вне леса, но, кое-какие вести до них всё-таки дошли. И это были недобрые вести. Брат Иммаир был тайно казнён за измену и ересь, а вот о ребёнке… О ребёнке не удалось узнать ничего. Во всяком случае – ничего достоверного. И теперь Климу было понятно, почему Палый Лист так плохо выглядел и медленно поправлялся – оторванный от своего дитяти и от своей пары Дахэ мог и не выжить, во всяком случае, большую часть своей силы он терял. А сейчас Палый Лист был практически здоров потому, что его подпитывал силой Камушек, но… Для полного исцеления было желательно всё-таки воссоединить семью. Или хотя бы отыскать кого-то из семьи… И на этом фоне странная тяга Палого Листа именно к Ловушке Заблудших позволяла предположить, что его малыш там и находится… и что с ним сталось за эти два года, не знает даже Неназываемый…
Клим так распереживался за Палого Листа, что не сразу осознал, что Камель… то есть теперь он сам… тоже этот самый Дахэ и что ребёнок у него появился совсем не так, как у Палого Листа – то есть никакого шрама на Климовом животе не наблюдалось.
Гуам-Ди ухохотался, когда Клим задал ему этот вопрос, но всё-таки сжалился и ответить соизволил. Как выяснилось, в присутствии своей пары Дахэ рожают примерно так же, как женщины, то есть, когда приходит срок, у них оперативно формируется родовой канал, через который дитя и появляется на свет. А потом родовой канал пропадает без следа, и непосвящённый ни за что не отличит Дахэ от обычного парня. Так что брат Никело действительно спас жизнь и Палому Листу и его малышу, поскольку возможно этакое чудо только в том случае, если оба Дахэ объединяют свои дары и зачавший помогает выносившему.
Однако это варварское спасение стоило Палому Листу немалой доли здоровья, да и то, что он практически сразу был разлучён с сыном, тоже выносливости не добавило…
Клим же… то есть, тогда ещё Камель… сумел родить естественным, ну, для Дахэ, конечно, способом, так как с ним был Азур. Отсюда и разница.
Клим вздохнул, чмокнул в висок спящего Руши и снова подумал, что Палый Лист явно не просто так запросился с ним в Ловушку Заблудших. Может быть, его малыш там, только вот как с ним обходились жрецы? В любом случае Клим поклялся себе, что сделает всё возможное, чтобы найти малыша Палого Листа, которому сейчас должно было быть примерно два года… Такой кроха в этом, судя по рассказам, ужасном месте…
Но тут Руши распахнул глаза и сразу же полез обнимать татта, попутно вертя головой и успевая заметить всё – и мелькающие в веерообразной листве здешних деревьев птичьи гнёзда, похожие на большие серые рукавички, и бабочек, и цветы, и…
И вдруг Капелька резко встал, а Рушан вскрикнул:
- Стойте! Стойте все! Туда нельзя!
А сам мальчишка выглядел серьёзным донельзя и показывал рукой вперёд. Клим присмотрелся и увидел, как послушно бегущая вперёд дорога всего метрах в десяти перед ними подёргивается странным серым маревом, по которому пробегают голубоватые огоньки – крохотные, но вызывавшие внутри острое чувство опасности.
К счастью, после крика Руши маленький караван остановился сразу же. Но циркачи смотрели на Руши с недоумением – явно не видя впереди ничего необычного. А вот М’Хаши эту точку зрения не разделяли. Капелька попятился задом, стремясь отойти от марева на как можно более безопасное расстояние, да и М’Хаши Палого Листа повторил его манёвр.
Обеспокоенный Нур-Тур подъехал к Климу и спросил:
- Ты что-нибудь видишь? И сын твой, и М’Хаши зря беспокоиться не будут.
- А ты ничего не видишь? – недоумённо спросил Клим.
Нур-Тур только головой покачал, и Клим попытался описать увиденное. Нур-Тур был очень удивлён – похоже, что годы странствий не подготовили его к чему-то настолько странному. Зато оказавшийся поблизости Палый Лист неожиданно сказал:
- Я тоже кое-что вижу. Думаю, это то самое, что дедушка Гуам-Ди называл Серой Тропой.
«Камушек?» - быстро спросил Клим.
«Здесь я, - ответил Камушек. – Прости, задумался. Пацан прав, это Серая Тропа. Точнее, Серый тупик. И там явно кто-то есть…»
«Враждебный?» - спросил Клим.
«Необязательно. Возможно, что твой печальный друг обретёт то, на что не надеялся…», - отозвался Камушек.
«Что?» - удивился Клим.
«Я ж не всеведущий, - отрезал Камушек. - Серые Тропы непредсказуемы», - отозвался его обожающий шифроваться собеседник, и Клим мысленно сплюнул – Камушек, как обычно, чего-то не договаривал.
«А что такое Серая Тропа?» - удивился Клим.
«Парнишку послушай, - отозвался Камушек. – Складно излагает…»
И более не отзывался. А Клим прислушался к рассказу Палого Листа.
- … чудотворцы Фаэров умели ходить Серыми Тропами, - говорил юноша. – Гуам-Ди говорит, что это такие невидимые пути, которые опутывают весь Фаэ, и что по ним за считанные секунды можно перейти с одного края мира на другой. Но только самые сильные и отчаянные рисковали пользоваться ими в одиночку, потому что вместо Фаэ можно было оказаться совсем в другом мире и очень долго искать дорогу назад. Но хуже всего был Серый Тупик…
- Стоп, - быстро сказал Клим, - а вот об этом поподробнее, пожалуйста. Камушек обмолвился, что это именно что Серый Тупик.
- Серый Тупик, - пояснил Палый Лист, - не имеет выхода, только вход. Как я понял из рассказа Гуам-Ди, это небольшая территория – горы, лес или озеро, пределы которого покинуть невозможно без помощи опытного чудотворца. К тому же время там течёт не так, как в нашем мире, и пробыв в Сером тупике несколько часов можно потерять несколько лет.
- То есть за год там можно состариться и умереть, к примеру? – удивлённо спросил Клим.
- Грубовато, но по сути верно, - отозвался Палый Лист.
- Разрази меня гром небесный, – высказался Унор. – Лично меня к этой пакости и щипцами не подтащишь!
- Нам нужно как-то обойти Серую Тропу? – спросил Клим. – Или нужно возвращаться назад?
Палый Лист покачал головой:
- Не стоит. Если никто не войдет в Тупик, этот проход сам развеется через несколько часов… а может, и раньше. Так что проще сделать привал и подождать.
- А нас туда это… не засосёт? – с некоторым опасением в голосе спросил Унор.
Палый Лист покачал головой, а Камушек неожиданно высказался:
«Не засосёт. Парнишка правду говорит. В эту аномалию нужно войти добровольно. И она действительно через пару часов развеется. Без следа, главное к ней близко не подходить».
- А если бы Руши ничего не заметил, и мы прошли бы прямёхонько туда? – мрачно поинтересовался Нур-Тур.
- Не знаю, - растерялся Палый Лист. – Дедушка Гуам-Ди на этот счёт ничего не говорил…
«Камушек?» - вопросил Клим.
«А кто его знает… - безмятежно отозвался Камушек. – Может быть, проехали бы и не заметили, а может – и исчезли бы все бесследно… Я же говорю – аномалия…»