«И не надо, - вздохнул Клим. – У нас сейчас другие заботы. Кстати, а почему это яйцо судьбы здесь оказалось? Другого места для хранения не нашлось?»
«А что? Вариант вполне безопасный. Поместил Супруга Хранителя в этот отсталый мирок, сковал его рабскими узами – и готово дело. Будет хранить, никуда не денется. Он ведь ещё молодой был, много лет бы прожил… Только вот не учла Небесная Благодать, какое бы материальное воплощение она не имела, тоски Рушана по возлюбленному. Он ведь понимал, что тот мёртв, не мог не понимать… Так что сокровище осталось без присмотра… точнее под присмотром полудиких существ, которые, тем не менее, чувствовали таящуюся в нём угрозу… и которые, почувствовав твой дар, поспешили отдать опасную вещь».
«Складно, - оценил Клим. – Только что теперь с этим подарочком делать? Попробовать открыть?»
«Думаю, что его лучше открыть в непосредственной близости от объекта, - пробубнил Камушек, – открыть и уничтожить содержимое, чтобы уж наверняка. А пока… побереги эту вещь, Клим. Это наш козырь. А теперь я буду думать, а ты с допросом и без меня справишься. Тебе стоит только пожелать, чтобы пленники правду рассказали…»
И Камушек, по своему обыкновению, умолк.
За этим занимательным разговором Клим и не заметил, как добрёл обратно к повозкам. Там его уже ждали. М’Хаши вернулись и, по словам Руши, обнаружили совсем недалеко подходящее место для стоянки – и поляна ровная, и родник рядом, и деревья, дающие тень… В общем, было решено разбить лагерь там, ждали только Клима.
На резонные вопросы – почему он так задержался, Клим продемонстрировал подарочек рыжего вожака и пообещал попозже рассказать, что это за штуковина. А потом спросил, как там себя чувствуют пленники.
Ири бойко отрапортовала, что пленники очнулись, их на какое-то время по очереди развязали и позволили сходить в кустики – естественно, под присмотром, и даже дали немного поесть и размяться. Пленники были шокированы тем, что их занесло в насквозь незнакомый мир, они были дезориентированы и напуганы, угрожать и бежать не пытались. Но их всё равно аккуратно связали и вежливо препроводили под наспех растянутый полог.
- И знаешь, Клим, - задумчиво закончила Ири, - они не нас боятся. Такое чувство, что тот, у кого они были в подчинении, пугает их куда больше, чем наша скромная компания…
- То есть, сотрудничать не намерены? – спокойно уточнил Клим.
- Да нет, думаю петь будут, как бешеные пташки по весне, - ухмыльнулся подошедший Додо. – Они, похоже, без памяти рады, что мы их выдернули с выполнения ихнего* задания. Очень уж не хотят со своим бывшим работодателем видеться… Правда, сказали, что говорить будут только с тобой.. Что скажут, дескать, всё и сразу…
- Прям-таки и со мной? По имени назвали? – отзеркалил Клим ухмылку.
- Да нет, просто сказали, что будут говорить только с тем извращенцем, которым сам выносил и родил дитя, они, типа, знают, что он… ну ты то есть… у нас за главного, - ответил Додо.
- Нас, таких извращенцев, двое, если ты не забыл, - заметил Клим. – И вообще, «еретиком» до сих пор только Палого Листа величали.
- Ой, - фыркнул Унор, до сих пор просто слушавший разговор, - да ты просто не знаешь масштабов своей славы. По приказу правителя ты, Камель, не просто еретик, а враг существующих порядков, ошибочно помилованный по великому милосердию. Ты у нас родил дитя, которое вырастет и уничтожит весь мир, а сам ты будешь в нём властвовать и мучить выживших… Это такая официальная точка зрения, которую усиленно внедряют в народ. Что интересно – внедряют, в основном те, кто подчинён правителю. Жрецы вроде бы и за, но многие из них по этому поводу не высказываются.
- М-да… - проворчал Клим. – И где логика? Если Руши уничтожит мир, то где я буду властвовать? И откуда возьмутся выжившие?
- Те, кто безоговорочно верит власти – не любят думать, - вздохнул Унор. – Так что здесь всё понятно. Мне непонятна позиция жрецов… Уж они-то должны были вопить о твоей вине, опережая всех заинтересованных лиц…
- Да нет, - отозвался Клим, - здесь всё как раз понятно. Среди жрецов много Фаэров-полукровок. Видимо в их сообществе назревает раскол, поэтому они нацелены на решение внутренних проблем.
- Возможно, - кивнул Додо, - но я бы на твоём месте не расслаблялся…
- Да разве тут расслабишься, - пробормотал Клим и мысленно добавил: «То понос, то золотуха…»
А вслух сказал:
- Ладно, пойду, пообщаюсь с этой парочкой. Может, что-то ценное узнаю.
Пленников уже успели вытащить из телеги и культурно усадить под наспех сделанным из перистых ветвей местных «саговников» навесом, чтобы головушки не напекло раньше времени. Но развязывать их никто не собирался. Хотя бежать им, в принципе, было некуда. Более того, поблизости от пленников постоянно маячил кто-нибудь из бывших циркачей мужского пола с деланно зверскими физиономиями и недвусмысленно демонстрируемым оружием. Оттого лица у парочки были самые что ни на есть унылые, а мнение о собственной грядущей судьбе на редкость пессимистичное.
Но Климу было отнюдь не до их тонких душевных движений – перед глазами стояло лицо Азура… Азура, который сейчас находился в Ловушке заблудших, в лапах у какой-то сволочи, которая использовала его… использовала для создания кадавра, у которого только одна цель – преследовать Клима с тупым упорством… и всё-таки настичь.
Клим вошёл под навес, смерил парочку презрительным взглядом и невозмутимо уселся на кем-то прикаченный чурбачок. Ну да, в центре лагеря уже полыхал костёр, значит, друзья-соратники уже разжились дровишками… а древесина здешних псевдосаговников была совсем не рыхлой… и горела прекрасно.
Итак, Клим присел на чурбачок, положил ногу на ногу и спокойным, даже скучным голосом произнёс:
- Слушаю.
- Ты кто такой? – попробовал рыпнуться один из пленников. – Мы же сказали, что с главным в шайке будем говорить, а не с каким-то приблудным Фаэром!
Второй, лицо которого обезображивали некоторые признаки интеллекта, толкнул приятеля локтём в бок и прошипел:
- Ты сдурел? Это он! Еретик Камель Ашрафи! Это он здесь главный!
Клим милостиво кивнул, отметил про себя, что его имя всё-таки этой публике известно, и ещё раз сказал:
- Слушаю. Ещё одна ошибка – и скормлю вас здешним хищникам. Вы мне оба без особой надобности.
Здесь, похоже, крупных хищников не было, но пленники-то этого не знали, отчего синхронно побледнели, а грубиян даже глаза прикрыл от страха. Второй же тихо сказал:
- Если вы пообещаете нас не убивать, то мы всё расскажем.
- Даю слово, - кивнул Клим. Убивать их он и вправду не собирался.
- Хорошо, - кивнул второй и начал рассказывать.
Рассказ, в общем и целом был довольно информативен и сводился к следующему.
Эта сладкая парочка служила в сыскном отделении стражи правителя на не слишком высоких должностях, причём надежды продвинуться не было никакой. Но вот в один прекрасный день их вызвало высокое начальство и заявило, что оба они с их опытом сыска, включены в отдел тайной стражи правителя на время одной наисекретнейшей операции. Парочка насторожилась, чуя неладное, но начальник их быстро успокоил, заявив, что после удачного выполнения операции оба получат неплохое вознаграждение из рук самого правителя и вернутся в сыскное отделение с долгожданными повышениями в должностях.
Потом всё пошло по знакомому Климу сценарию – тайный отдел, находившийся в глухом заброшенном месте, новые коллеги, тщательно скрывавшие лица и представлявшиеся номерами, непонятные эксперименты, которые в этом отделе проводились… и куратор, тщательно скрывавший лицо. Правда, глаз у новоиспечённых тайных сотрудников был намётанный и они поняли, что их таинственный куратор скорее всего – дама. Но спрашивать об этом они по понятным причинам не решились.