Орро продолжал смотреть в пол, а вот Глэс быстро сообразил, что что-то дружок от него скрывает, и не преминул разразиться гневной тирадой:
- Орро, болван, ты что, с ума сошёл? Жить надоело? Ты что скрываешь, орясина? Не та сейчас ситуация, чтобы молчать!
Орро поднял глаза. На лице его была написана боль. Он горько вздохнул и сказал:
- Да, был один случай. Но это… это очень гадко. Господин еретик, можно Глэса отсюда увести? Я вам всё расскажу… Только с глазу на глаз, без свидетелей…
- Орро, - прошипел Глэс, на лице которого отразилась нешуточная тревога за приятеля, - ты во что умудрился вляпаться, дубина?
- Я об этом расскажу только господину еретику, - выдавил Орро, и лицо его приобрело глиняную, упрямую неподвижность.
- Хорошо, - сказал Клим и позвал:
- Додо! Унор! Отведите Глэса в шалаш. Нам нужно поговорить наедине.
Додо и Унор только плечами пожали, но просьбу Клима выполнили. И отошли подальше от навеса, чтобы не подслушивать.
- Я слушаю, - спокойно сказал Клим.
Орро помялся ещё и выдавил:
- Стыдно это…
- Я никому не скажу, - утешил бедолагу Клим и подумал, что картина вполне себе напоминает бред. Он утешает взрослого мужика с плечами косая сажень и крепкими кулаками, но Орро, похоже, его слова утешили. И он начал говорить – тихо, едва слышно.
Оказалось, что пока оба пребывали в тайном убежище, у них обоих, кроме общего промывания мозгов были, так сказать, и индивидуальные занятия. Глэс шёпотом рассказывал, что его раздевали донага, ставили в какой-то белый, окружённый начертанными прямо на полу непонятными символами круг и светили в глаза белым фонарём на длинной палке. Иногда Глэс испытывал боль, но не сильную. Но больше никаких последствий не было. Орро отвечал, что с ним проделывают то же самое, но на самом деле с ним всё было далеко не так.
Глэс первым побывал в комнате с белым кругом и рассказал всё Орро, поэтому, когда его привели туда, он особо не удивился, хоть находившиеся в странной комнате и скрывали тщательно свои лица. Но с ним сразу всё пошло не так. Во-первых, в круге он провёл не более трёх минут. Во-вторых, свет фонаря отразился от его тела и приобрёл синий оттенок. В-третьих, – боли вообще не было.
Куратор – а он тоже был там, и, в отличие от остальных, лица не скрывал, увидев, как изменился цвет луча, прошипел:
- Отлично. Наконец-то нашёлся хоть кто-то пригодный для того, чтобы стабилизировать Ищейку. А то тот проклятый мальчишка слишком сопротивлялся… Даже кровь не помогла стабилизировать…
Орро понял, хорошо, если одно слово из трёх, но ему стало страшно. И, как выяснилось, не без оснований. Поверх круга безликие помощники куратора установили что-то вроде рамы в рост человека с закрепленными на ней путами. Ошалевшего от ужаса Орро подтащили к раме и тщательнейшим образом привязали к ней. А потом, по мановению руки одного из безликих, рама изменила положение. И Орро оказался в странной позе – словно бы на четвереньках стоял с оттопыренной задницей. Он стал рваться, но другой безликий поднёс к его лицу пузырёк с резким запахом, после этого желание сопротивляться отпало, и Орро овладело странное безразличие.
- Приведите Ищейку! – коротко приказал куратор.
Двери распахнулись… и ещё один безликий ввёл на поводке… того самого странного Фаэра. Но на сей раз Фаэр был обнажён… и Орро с ужасом увидел, что тело его словно сшито из кусков других тел. Ровные, чётко выделяющиеся швы соединяли шею с туловищем, а туловище с руками и ногами. Причём было понятно, что тело досталось ужасному созданию от одного несчастного, а голова, руки и ноги – от других. Оттенок кожи всякий раз был разный – то светлее, то темнее. Но более всего ужаснул Орро тот орган, который обычно являлся предметом мужской гордости. Непропорционально большой, возбуждённый… и странного фиолетового цвета.
Чудовище оскалилось, но тут куратор скомандовал:
- Он твой! Взять!
Чудовище шагнуло куда-то вбок, и всё тело Орро пронзила жуткая боль. Было такое чувство, что между ягодиц ему воткнули раскалённый кол. Он закричал и отключился.
Очнулся он от боли и с некоторым облегчением понял, что больше никакого кола в заднице нет. Но Орро не спешил открывать глаза… и услышал ещё кое-что. Разговаривали его куратор и госпожа Азиль.
- Очень хорошо, - раздался голос куратора. – Теперь Ищейка приведёт нас к Ашрафи. Наконец-то он будет в наших руках…
- Если бы не ваша ошибка в самом начале, - отрезала Азиль, - он бы не ускользнул из них.
- Я не мог раскрывать своё инкогнито, - отрезал куратор, - как и ты своё. Отсюда возникла вся эта путаница с Домом бастардов, в который угодило отродье Ашрафи и его помилованием. А потом… Ну кто ж знал, что этот изнеженный Фаэрский выскочка окажется таким шустрым… У меня такое чувство, что он просто притягивает к себе всех противников существующего порядка… что крайне невыгодно ни мне, ни тебе. Да ещё проклятый мальчишка, его любовник. Если бы не его сопротивление – не пришлось бы проводить этот ритуал. Кстати, Азиль, почему так кроваво? Неужели нельзя было как-то другим способом?
- Ничего, - отрезала Азиль. – Это самый мягкий вариант. Задница у этого тупицы заживёт, память я ему подправлю – ничего не вспомнит. Или ты предпочитаешь, чтобы Ищейка ему горло перегрыз? Так где найдём второго такого – с латентным даром и подходящими данными, а? А в случае необходимости повторной стабилизации и искать никого не придётся.
- Надеюсь, - отрезал куратор, - что мы схватим Ашрафи с его отродьем раньше, чем понадобится ещё одна стабилизация.
- Надо быть готовым ко всему, - мурлыкнула Азиль.
- Кстати, почему ты непременно хочешь схватить его раньше, чем он доберётся до Ловушки Заблудших? Не проще ли было бы сделать это там? Ведь сам придёт, как миленький…
- Не проще! – отрезала Азиль. – Ашрафи силён и непредсказуем! Защита Ловушки не… Впрочем, об этом позже! Лучше пошли приказ – пусть любовника Ашрафи стерегут, как зеницу ока… и не причиняют особого вреда… Пока. Нам нужен ещё один рычаг давления. Понял?
- … а потом я потерял сознание, - закончил Орро. – А когда очнулся – не помнил ничего из этого. Только когда мы оказались в этом мире, воспоминания стали возвращаться. Словно вода плотину размывала. Но это было так стыдно… Я не мог сказать при Глэсе…
Клим вздохнул. Орро было жаль, но вот то, что он рассказал… Это было важно, очень важно. И поэтому Клим коротко заметил:
- Ты молодец, Орро. И ты ни в чём не виноват. Я чувствую, что ты не солгал и рассказал всё. Спасибо тебе. Сейчас вас накормят… И… завтра с утра нам нужно отправляться в путь. А вы подумайте, что будете делать дальше. Я не могу заставить вас следовать за нами – просто подумайте.
========== Глава 54. Мозговой штурм ==========
Внимание, пока не бечено!
Клим коротко заметил:
- Ты молодец, Орро. И ты ни в чём не виноват. Я чувствую, что ты не солгал и рассказал всё. Спасибо тебе. Сейчас вас накормят… И… завтра с утра нам нужно отправляться в путь. А вы подумайте, что будете делать дальше. Я не могу заставить вас следовать за нами – просто подумайте.
- Пусть придёт Глэс… - пробормотал Орро. - У него соображения поболее будет, чем у меня…
Ох, по-моему Орро явно себя недооценивает, но почему бы и нет? И по моей просьбе Глэса вновь привели и я повторил своё предложение насчёт того, чтобы они к нам присоединились.
Горе-сыщики переглянулись, и Глэс, тихо вздохнув, сказал:
- Мы бы, конечно, рады вам помочь со всей душой… Но есть у меня кое-какие соображения.
- Да? – спросил Клим. – И какие же?
- Первое, - обстоятельно ответил Глэс, - вот эта самая штука, которая никуда не делась.
Он с отвращением повертел на руке тяжёлый браслет и продолжил: