Как тебя научить пользоваться силой? Ну вот, смотри. Ты должен увидеть мои линии воды и воздуха. Я не колдунья, а друидка. Я не могу колдовать напрямую, только через дере-во. Или создавать эликсиры. И возможности мои не очень-то велики. Сейчас я наберу силы столько, чтобы хватило на создание простого эликсира. Сложные, вроде малого исцеления - мне не под силу. Скажи, что ты видишь?
- Ничего. Я чувствую, что что-то появилось вокруг тебя. Какое-то словно бы мерца-ние. Наверное, это Сила и есть. Но не вижу больше ничего.
- Но, если ты не видишь ток силы, как же ты тогда творишь заклинания? И как ты тогда освободил нас от ошейников? Я не могла увидеть ничего, будучи под властью ошей-ника, но ведь он раскрылся!
- Да не творил я никаких заклинаний! Я их не знаю ни одного, да и не умею. Ну-ка, подожди, - Дарри вдруг кое-что вспомнил. Он сполз с высоковатого для него стула и начал копаться в своей сбруе и оружии, - а где жезл?
Армирка грациозно соскользнула с лавки, подошла к одному из шкафчиков на стене и, выдвинув из него ящичек, достала из него жезл погибшего колдуна-подпоручика. Или уже жезл Дарри? Он его сразу ощутил, более того, понял, что жезл как-то почувствовал его само-го, словно они были частью единого целого. Но в ящике жезл не ощущался - и иной магии в лавке было предостаточно, и, судя по всему, сам ящик тоже был не так прост. Дарри, глядя на Вараззу, вопрощающе поднял домиком левую бровь. Она поняла его немой вопрос, и объ-яснила, не оправдалась, а именно объяснила:
- Негоже его было на виду оставлять. Могли прийти и другие... с платками. Да и просто не стоит колдовские предметы по полу разбрасывать, - и она протянула жезл гному. Ойкнула, едва Дарри коснулся артефакта, словно бы ее ударило током, а возможно, так оно и было. Потирая ладошку с аккуратными коротко обрезаными ноготками другой рукой, улыб-нулась и смущенно сказала:
- Похоже, он теперь твой. Хотя я и не понимаю, как это возможно...
- Погоди, ты сказала - разбрасывать артефакты. А рабские ошейники? Мы их оста-вили в том доме...
- Эту мерзость вдвойне нельзя разбрасывать. Я принесла их сюда. Потом их нужно будет обязательно уничтожить.
- Это правильно. Ладно, давай вернемся к нашим опытам. Ну-ка, попробуй теперь сделать то же самое - набрать силы.
На этот раз он увидел. Нити, подобные той, что выходила из него, когда он делал бу-лыжник-гранату или боролся с нежитью. Только намного тоньше, и разных цветов. Они вы-ходили из Вараззы примерно в том же месте, что и у него, но не по прямой, а выписывали кренделя, сплетались в узоры, завязывались в узлы. Голубые, зеленые, перламутровые, розо-вые нити. Это было красиво, но очень сложно и не понятно. Он почувствовал, что теперь разглядит их и без жезла, и убрал его за пояс, по-прежнему его ощущая, словно часть себя, но не пользуясь им, чтобы разглядеть узор. Получилось! Он, словно подслеповатый покупа-тель в лавке к штуке ткани, потянулся к этим нитям. Не рукой, и даже не своей нитью, а... Ну он не мог объяснить, чем-то, что могло эти нити потрогать. И потянул их к себе. Варазза болезненно охнула, прижала обе руки к груди и тихо сползла на лавку. Он испугался и от-пустил нити. Армирка выдохнула и задышала, растирая себе грудь. Когда он потянулся к ней, пытаясь помочь, она испуганно, как щенок, который боится, что его ударят, отшатну-лась, но затем, пересилив себе, позволила ему поддержать себя. Жалко улыбаясь, она сказа-ла:
- Ты очень, просто невероятно силен. Мне показалось, что ты сейчес вырвешь из ме-ня всю Силу. Вместе с жизнью и душой. Я понимаю, что ты не хотел. Но пожалуйста, не де-лай так больше никогда. Я даже не поняла, чем и как ты это сотворил. И никогда не слыша-ла, чтобы такое было возможно. Откуда это в тебе?
- Я не знаю. До сегодняшнего дня не было ничего, понимаешь, ничего! Я не пред-ставляю себе, что такое заклинание, как его создать. Я видел разноцветные линии Силы, вы-ходящие из тебя, и просто хотел их рассмотреть поближе, пощупать узелки и плетения. На мгновение мне почудилось, что я что-то понял, и я словно потянулся к ним, потрогать. Ну и потрогал. Но не рукой. Я и сам не смогу объяснить, как и что я сделал. Прости, уж точно меньше всего я хотел навредить тебе или напугать. Бывший хозяин жезла... Он умер на моих руках. И все пытался что-то объяснить, сказать... А когда он отошел, меня как толкнуло, и словно какая-то цепь, сковывавшая меня, вдруг лопнула. И еще я начал чувствовать его жезл.
- Наверное, умирая, он отдал тебе и свою Силу. А она наложилась на что-то в тебе, и произошла твоя инициация. Но, если ты не умеешь волхвовать, как же ты снял ошейник?
- С помощью рун. Иного-то я и не знаю. Помнишь, я сказал тебе, что, кажется, стал Рунопевцем? До этого дня я не мог просто наложить или внедрить руну, мне нужно было ее начертать. И ты ошибаешься насчет Рунопевцев, у них есть магия, просто, наверное, ты не можешь ее почувствовать и увидеть. И, может быть, Владеющий, умирая, пробил заплот к владению этой магией, да еще наградил меня своей, вот они и переплелись. Погоди-ка. Тут у меня мелькнула одна мысль. Ты можешь, например, зажечь волшебный светильник?
- Могу, но зачем?
- Я боюсь просить тебя саму сделать что-либо с помощью Силы саму - вдруг я по неумелости снова причиню тебе боль? Я этого совсем не хочу, совсем. А тут Сила, но не привязанная к тебе. Есть у меня одна мысль, и ее надо проверить, иначе она сожрет меня из-нутри.
Варазза, все еще морщась, встала, прошла к комоду, на котором стоял небольшой шар волшебного светильника, и включила его. Дарри, разглядев слабый всплеск Силы, увидел красные и белые ниточки, едва видные, танцующие вокруг него. Их танец словно складывал-ся в... письмо, что ли... Ну да, как он и подумал, в руну! Только он такой не видел никогда. Камень, стараясь все сделать без жезла и взять силы как можно меньше, представил себе, как эта новая руна вращается, напитываясь нитью его силы, но, помня про бомбу, дал ей сделать едва пару оборотов, после чего оборвал нить и дал руне активироваться. Рядом с шаром све-тильника вспыхнул холодным светом такой же, только не заключенный в стекло и раз в де-сять более яркий шар. Завороженно глядя на него, он убавил, влияя на руну, яркость свече-ния. Потом чуть прибавил. Потом - выпил назад всю силу, вложенную им в руну. Руна, а за ней и шар, исчезли. Задумчиво, обращаясь то ли к Вараззе, то ли к самому себе, он сказал:
- Нет, я ошибся. Я не Рунопевец. Я - Рунотворец.
Он сидел и устало смотрел на отсветы пожаров за окошком. Горело где-то недалеко от "Улар-реки", где они остановились бесконечно давно, утром. Варазза, слава всем богам, не совсем его поняла. Поторопился он ей про Рунознатца языком трепать, то дело только гно-мов. Для неё, впрочем, не было большой разницы между Рунопевцем и Рунознатцем, а про Рунотворцев она, кажется, вовсе не слышала. Друидка успокоилась, поняв главное - он на-чал осваиваться со своей силой и понемногу учится ее контролировать. Дарри и в самом де-ле, сначала оробев, потом, как ребенок на новую игрушку, с жадностью набросился на свое новое умение. Боясь затронуть Силу армирки, он пытался получить знания на артефактах. Жидкость, пахнущую хвоей, всеочищающий и всеуничтожающий огонь друидов, исследо-вать не стали. Во-первых, не хватало еще спалить их убежище, во-вторых, руну "Омм", сим-вол огня, Камень и так знал. Именно ее он вкладывал в булыжник. Правда, для друидского очищения, как он подозревал, ее нужно немного изменить, но это потом. Руну вечной свеже-сти, для хранилищ всякой снеди, он тоже знал. Амулетом портала без умения привязки луч-ше не пользоваться - угодишь в Дурное болото, и поминай, как звали. В общем, не так много оказалось полезного, что можно было бы изучить, но суть он уловил. Нужно будет потом по-глядеть на действия колдунов или артефактов, делающих то, чего не могут известные ему руны, и пытаться представить себе в этот момент новые руны, способные эти действия в себе воплотить. Звучит-то просто, сделать трудно. Почти час он ухлопал на "Печать взломщика" - амулет, отпирающий запоры. Как гнома, его несколько возмущала такая магия - направ-ленная на вскрытие самых хитроумных гномьих замков. Но и задачка не давалась, это его раззадорило и увлекло. Пока он додумался, что в этом, простеньком на первый взгляд и не очень большой колдовской силы предмете скрыто нечто, что описывается не одной руной, а целыми четырьмя... И новой из них была всего лишь одна, соединяющая три остальных в единое целое. Он не очень представлял себе, что делать с умением вскрывать тайные замки - ведь не идти же, в самом деле, во взломщики! Пока не сообразил, что им можно вскрывать и рабские ошейники, да к тому же не только не затрачивая столько сил, как он это сделал сего-дня, а, наоборот, откачивая Силу из ошейника и пополняя свой запас! Причем все это можно сделать в обход управляющего жезла, нужно только добавить к новой руне всего одну черту. Вот уж воистину, лишних знаний не бывает, бывает неумение их использовать. Для провер-ки он потерзал ошейник, закачивая и выкачивая из него силу. Потом, тоже для проверки, разломал этот ошейник на куски. При этом сломался и жезл. Затем у них дошел черед до амулета незначительности. Тут тоже пришлось попотеть. Как только Варазза активировала его, он переставал замечать ее, а, вместе с ней - амулет. Ну и, не видя амулета, не видел и действия магии. Заколдованный круг какой-то! Пока не сообразил, и не попросил друидку запустить амулет так, чтобы его полог покрывал их обоих. Переплетение нитей было не очень сложным, но повторяющимся, из одинаковых элементов и очень густым. К тому мо-менту, когда он решил, что понял достаточно, амулет почти разрядился. Варазза, с помощью своего шара силы, которым она выхаживала Дарри, принялась его заряжать, и это притормо-зило Дарри, уже готового воплотить руну, представленную им в воображении. Он задумался, как бы сделать ее самоподдерживающейся. Иначе в нее нужно было либо закачать очень много силы, либо она быстро слабела бы и рассыпалась. Когда же все было почти готово, он вдруг сообразил, что ведь и сам не сможет найти скрытый предмет, а при самоподдержи-вающейся руне - не найдет его никогда. В итоге родился настоящий, как ему казалось, ше-девр. Руна могла существовать вечно, впитывая Силу из окружающего мира, просто беско-нечно долго. При этом Сила не поглощалась ей в количестве большем, чем это делают камни и деревья, и ее нельзя было найти по этому самому поглощению и магическим поиском. Еще она была избирательна - он мог при формировании сделать так, чтобы действие руны не за-трагивала не только его самого, но вдобавок и тех, кого он пожелает. И хотя она могла дей-ствовать бесконечно долго, при этом он мог ее в любую секунду убрать, а силу забрать себе. Ай да Дарри, ай да молодец! Решив, что такой замечательной придумкой он реабилитирует себя перед предками за руну-взломщика, он понял, что должен немедленно ее создать и ис-пытать. Хорошо, что испытывал не на себе. Решив спрятать стул, на котором недавно сидел, он начал представлять себе новую руну. Она, как и плетение амулета, получалась сложной и повторяющейся. Неожиданно затратилось очень много Силы. Стул исчез. Но так не должно было быть! Он-то сам должен был его видеть! Потянув кончик силы назад, он встретил не-ожиданное сопротивление, но все же преодолел его, и "поглотил" силу обратно. Стул возник там же, где был, но словно обгорел, и от него ощутимо несло паленым, даже Варазза оберну-лась. Охнув, она зашептала: