Наконец-то товар разгружен, и расчёт получен. Осторожный старейшина на машинах, ну и что же, что это город Пришлых, береженого Прародитель бережет, со всей охраной от-правился в Тверской Торговый банк, поменять увесистые колбаски золотых монет на чеко-вую книжку. И только после этого, выйдя из банка, отослал водителей поставить машины на парковку. Сопя и недовольно хмурясь, Рарри отсчитал им деньги на оплату и передал их Ор-ри под ироничным взглядом охранника банка, бдившего на каменном крыльце. После чего и распустил их всех. Кто хотел - мог походить по городу, по лавкам и торговым рядам. Или попить пива. Или все, что угодно, но! Встретиться договорились через два часа в "Водаре Великом" - Рарри уже успел с кем-то договориться о деловой встрече в этом месте. Впро-чем, это было удобно всем, да и вообще, для гнома дело - это святое. "Водар Великий" был самым популярным трактиром на площади, а то и во всем Пограничном. Назван он был в честь рыцаря Водара, победившего, если верить легенде, дракона и основавшего нынешнюю династию баронов Вирацких. Большой двухэтажный дом с резным крыльцом и длинной ко-новязью был приметен, там просто, но хорошо готовили, и пиво было прекрасным. Орасу Пню, хозяину трактира из аборигенов, Дарри успел уже это разузнать, его завозили аж из са-мой Твери. На втором этаже были "кабинеты", но не для скабрезностей каких, нет, там соби-рались люди и нелюди из серьезных клиентов, обсудить сделки, союзы, планы... Что-то вро-де людской биржи, где к тому же можно закусить и выпить. И от банка, и от рынка, и от сто-янки недалеко, намного ближе, чем "Улар-река", в которой, к тому же, и не поешь толком всей их компанией. Орри, в своем скрипучем и блестящем новеньком реглане похожий на самовар, слегка смущенно предупредил, что ждет всех, чтобы угостить пивом по обычаю предков - все же это была его первая поездка первым в колонне и она прошла без сучка и задоринки. В итоге город решила идти смотреть вся охрана каравана. Торир и Бофур, охран-ники со второй машины, так же, как и Дарри, были в Пограничном впервые, а Гимли брюзг-ливо буркнул, что без него их облапошат все эти жулики-людишки. С ними захотел пойти и Глоин, водитель второй машины, и они дождались, пока водители выйдут со стоянки. Орри, заботливо убирая квитанцию в огромный бумажник, такой же новый, солидный и скрипучий, как его реглан, сказал, что Пограничный ему уже надоел, и он лучше пойдет и проверит, на-сколько свежее пиво сегодня подают в "Водаре". В итоге Рарри и оба Балина, племянники старейшины, отправились на встречу в "Водар", Орри вместе с ними - дегустировать пиво, а все остальные неторопливо пошли по рынку. Дарри все было интересно. Ему хотелось по-смотреть и на маранийские шелковые платки, и на диковинные плоды из Астрахани , и на... Впрочем, как любой уважающий себя гном, он не возражал первым делом пойти в ору-жейный магазин. Ввалившись всей гурьбой, они заполнили немаленький торговый зал - и собой, задевая необьятными плечами стены и полки, и звуками. Сопя, пыхтя, как паровики и громко переговариваясь, они словно шмелиным жужжанием наполнили все вокруг. Каза-лось, даже обитая толстым стальным листом и укрепленная магией добротная дубовая дверь гудит вместе с ними. Холодное оружие их не интересовало, хотя тут, как везде в пограничье, были и интересные образцы. Но интересные не гномам. Новинок тоже не обнаружилось, да и для гномов уж больно своеобразное оружие должно быть, под их широченные, с толстыми, но короткими пальцами лапищи. В итоге, после получаса придирчивого исследования, со-провождаемые обиженным взглядом продавца из Пришлых, они засобирались уходить с пустыми руками. Лишь Глоин, такой же весь кожаный, как и Орри, но только рыжий и в ры-жей же куртке-бушлате, а не реглане, купил патроны Бреннеке под гномий маузер. Гномьи патроны, конечно, были лучше, но людские существенно дешевле. Беспокойство, весь день грызшее Дарри, будто толкало его и самого купить пачку на двадцать совершенно обычных патронов к своему револьверу сорок четвертого калибра, взамен той, что осталась в его вещ-мешке. Но боязнь показаться смешным пересилила, и патроны он все же не взял. Да и денег было жалко - в его вещмешке было целых две пачки, и тратить деньги на третью было для гнома непозволительной роскошью.
На выходе из лавки гномы столкнулись с парочкой, недружелюбно их оглядевшей - нордлингом и аборигеном, в форме какой-то баронской роты. Зло посверкав глазами, пароч-ка все же освободила им дорогу, и они гордо и величественно прошли мимо. Рынок бурлил - народу было очень много. С их ростом было не рассмотреть, везде ли так, зато с их комплек-цией на толкотню можно было не обращать внимания. Они шли сбитой и сплоченной пятер-кой и раздвигали толпу, как монитор речную волну, неторопливо, но неуклонно, не обращая внимания на толчею и недобрые взгляды. Патрулей тоже заметно прибавилось. Потолкав-шись еще с полчаса, так себе ничего и не приглядели - уж больно толкотня мешала! Гимли задумчиво сплюнул на дорогу, рискуя угодить в неосторожного прохожего, и обратился к ним:
- В такой сутолоке только карманникам раздолье. Сдается мне, что Орри не обидит-ся, если мы присоединимся к нему чуток раньше. Потому что, клянусь бородой Прародителя и его волосатой задницей, кроме оттоптаных ног мы тут ничего не найдем, и пить пиво вы-глядит самым разумным выбором.
Гномы одобрительно загудели. Кроме Дарри. Его желание увидеть самолет никуда не пропало. Он настолько хотел узнать поближе это летающее без магии чудо механики, что даже позабыл про свою тревогу. Уже зная, как стоит обратиться к Гимли, он сказал:
- Ур-барак, вы идите, а я все же попробую посмотреть на самолет!
- Воля твоя, Камень, но я бы этого не делал. Если они будут летать, ты и отсюда уг-лядишь. А в форт тебя все одно не пропустят! - говоря так, Гимли, а вслед за ним осталь-ные трое гномов, продолжал свой путь, а Дарри остановился, приотстав на несколько шагов. И в этот момент, перекрывая базарный гул, бабахнули первые выстрелы. Сказать, откуда раздался самый первый, было уже невозможно. Почти сразу пальба пошла со всех сторон. Толпа, словно кто-то один огромный и безмозглый, охнула, ахнула, завопила и заметалась во все стороны. Дарри на секунду оторопел и растерялся. Привел его в чувство рев Гимли:
- Камень! Эй, малец! Ты где? Ах ты... Нннааа!
Родичей не было видно - толпа, мятущееся многоногое чудище с сотней выпученных глаз и раззявленых ртов, закрывала их, но Дарри с силой снаряда из пушки метнулся на го-лос. Там явно творилось что-то нехорошее, и там были свои. Взгляд выхватывал отдельные лица, ноги, руки, не давая уловить картинку целиком. Он даже не заметил, что в него целится из "Чекана" нордлинг с тощим лицом, врезался в него и сбил с ног так, что тот с горшечным звуком стукнулся головой о булыжник на земле и затих. Визжащая тетка с залитым кровью лицом оглушила его. Впереди, примерно там, где он слышал родовичей, часто забахали вы-стрелы - и он устремился на этот звук, как на спасительный колокол в тумане, даже не сооб-разив достать оружие - ни топор, ни револьвер. Толпа же, как испуганный зверек, от выстре-лов шарахнулась во все стороны, и он неожиданно, словно из мутной реки на воздух, вы-нырнул из смятения и сутолоки на расчистившийся пятачок. Прямо перед ним, уже подни-мая револьвер, на тот же островок выскочил человек, какой-то баронский солдат из абориге-нов с желтой повязкой на руке. Где-то недалеко, в стороне кордегардии, мощно бухнул взрыв, и баронец инстинктивно чуть присел, так и не выстрелив в спину кому-то из гномов. Не раздумывая, Дарри со всей силы вбил ему кулак куда-то в район печени и, схватив его за руку с револьвером, бросил солдата через спину. Желтоповязочник в полете то ли случайно, то ли специально выстрелил и кто-то в толпе завыл от боли. Дарри рухнул на солдата, не от-пуская оружной руки противника, и стал молотить его кистью об землю.