Сквозь звон в оглохших ушах Камень услышал, наконец и что-то другое. В машине кто-то часто и тонко постанывал. Чисто по вдолбленной привычке он на ходу, подобрав пор-тупею и кое-как накинув ее на себя (явно на гномьи размеры не рассчитано), сменил магазин в винтовке, подошел к машине и заглянул в нее. Пулемет смотрел в небо потому, что на нем повис убитый пулеметчик. И тут Камня словно толкнули. Он уперся в расширенные зрачки того человека, который стонал в машине, и даже узнал его. Это был молодой колдун с поста. В черной уставной форме, с серебряными погонами подпоручика. Правая рука судорожно сжимала уставной жезл. Колдун, словно жалуясь, простонал-прошептал, пузыря красным изо рта:
- Не удержал...щит... У них винтовки...
И умер. Дарри сразу понял - умер, а не потерял сознание, словно увидел, как отлетела душа. И еще его словно несильно толкнуло - прямо из жезла, словно из последних сил кол-дун пытался не то защитить, не то сказать еще что-то с помощью магии. У Камня словно лопнула какая-то пута, мешавшая ему, и он вдруг почувствовал странное облегчение или да-же освобождение от чего-то. Поэт бы сказал "словно тяжкий груз упал с души". Но Дарри не был поэтом, он был гномом, и подумал по-гномьи грубо и приземленно "будто пил-пил пи-во. Пил-пил, и вот, наконец, помочился".
- Этот живой! - удивленно-обрадованно пророкотал Гимли, забравшийся в кабину к водителю. Воронов запустил руку в бардачок, вытащил аптечку и, бесцеремонно отодвинув гнома, осмотрел раненого. Лицо того посекло стеклом, но это не беспокоило Пришлого, хотя кровь из порезов текла обильно, и петлицы, пропитанные ей, уже казались не зелеными, а черными. Серьезной выглядела рана в правой верхней части груди, легкое явно было задето. Стянув с раненого камуфляжную куртку, Сергей решительно рванул его форменку, стреляя пуговицами во все стороны, и буркнул при этом:
- Сквозное. Ур-барак, на пулемет кого-нибудь! И организуй оборону. Перевяжу его, а дальше поедем...
Дальше Дарри уже не видел - Гимли отправил его сторожить подход с той улицы, от-куда они пришли, и он устроился возле углового столба забора - массивной дубовой колоды с выбранными пазами, куда заходили горизонтальные некрашенные доски. Пару раз кто-то мелькнул - но кто это был, осталось тайной. Могли ведь и местные жители, струясь вдоль заборов, пробираться домой от греха подальше. Правда, с учетом соотношения пришлых и местных, вопрос с симпатиями местных был открытым, могли и в спину выстрелить, чего уж тут. А могли и не стрелять - в воздухе пахло дымом, местами поднимались языки пламени. Мятежники, или кто они там были на самом деле, судя по всему, начали грабить и ни в чем себе не отказывали, так что от местных, даже не Пришлых, могло прилететь и им. Но в лю-бом случае, для их группы угрозы пока не было, хотя Дарри и не расслаблялся. Он лег по-удобней, подложил под ствол винтовки кстати оказавшийся рядом со столбом валун и про-должал наблюдать. Впрочем, это длилось недолго. Гимли коротким, но пронзительным сви-стом созвал всех к машине. Трое убитых, укрытые прожженным и дырявым куском брезента, лежали у заднего борта. Гимли уселся в кабине на пассажирском месте, примостив поверх откинутого простреленного ветрового стекла самозарядку. Не такую, как у Дарри, а с длин-ным тяжелым стволом на сошках, да еще под рукой у него была сумка с гранатами из бое-комплекта машины, и дробовик, помповый пятизарядный "Таран" - откуда тот взялся, Дар-ри не знал, возможно, затрофеили с баронцев, пока он сторожил переулок. С тех вообще сня-ли все стреляющее и либо довооружились, либо сложили аккуратно в кузове. Пришлый Во-ронов встал к пулемету - судя по всему, тот не пострадал. Молчаливый Бофур пристроился вторым номером и переставлял короба с лентами так, чтобы ему было удобно помогать Во-ронову, если что. Он единственный из гномов, кроме Дарри, был в кольчуге, и встал на самое опасное место. За рулем был Глоин, его, как и раненого водителя, перевязали. Сам же ране-ный теперь лежал в кузове, поближе к турели, чтобы меньше трясло, но так, чтобы не ме-шать пулеметчику и пулемету. Его уложили на каком-то тряпье. Заметив, что водитель ле-жит на боку, как раз на раненой стороне, Дарри хотел его перевернуть, но был остановлен предупреждающим цыканьем Гимли и свирепым взглядом его голубых глаз, затененных дебрями бровей:
- Цыть, молодой! Ты что творишь?
- Так у него рана с той стороны ведь...
- Ну и правильно! Он сейчас одним легким дышит. А ты ему это легкое хочешь за-давить, да еще кровью залить из пробитого, коль то сверху окажется! Все верно его уложили, так и надо!
Торир и Дарри кое-как пристроились в кузове - места оставалось немного. Дарри на-ткнулся рукой на что-то. Его словно обрадовало это нечаянное прикосновение, будто щенка погладил. Он глянул - это был жезл подпоручика-колдуна, и он словно просился в ладонь. И Дарри его взял. Подержав немного, он его пристроил за поясом.
- Как же они так неосторожно ехали? Ребята опытные, ну, кроме колдуна... И вот на тебе, - печально сказал Воронов. В это время Глоин завел заглохший мотор, и Дарри при-шлось почти кричать в ответ:
- Колдун, умирая, сказал, что щит не удержал. Мол, у них винтовки были.
- Так может быть. Сам-то он не особо сильный колдун...был, с бронзовым медальо-ном. Но от пистолетов щит удержал бы наверняка. А оно вишь как - кордегардию раздолби-ли, да и кое-кто из местных подключился, вот винтовочки и выплыли...
А Дарри вспомнил убогие стволы у охранников машины, стоявшей в очереди на пе-реправу перед ними, и напомнил это Гимли.
- Тоже вариант, - не стал спорить веснушчатый пограничник, - старье сдали, а в тайничке новые лежали. В машине много можно напрятать... Никто не думал о таком, ни-кто! Тьфу! Проспали все, контрразведка, ити её тудой!
Тяжело рвануло со стороны пристаней - так, что в доме поблизости задребезжали и местами полопались стекла. И еще раз, и снова звон битого стекла. Что там могло так гро-мыхнуть? Может, на какой-нибудь из барж была взрывчатка? Но, судя по скривившемуся, как от зубной боли, Пришлому, все было еще гаже, и Дарри сообразил - вероятно, стороже-вики подорвали. Воронов тем временем, сердито сплюнув, начал отдавать команды:
- Глоин, сдаешь назад, и в первый переулок налево. Затем второй поворот направо. Нам нужно поспешить, пока управу не обложили плотно. Чем меньше стволов в нас будет целиться, тем больше шансов. Пока не выскочим на площадь перед банком и управой, мы с Гимли держим передний сектор, остальные - задний. Про крыши не забываем! На площади, Бофур, внимание - перекидываемся назад по часовой стрелке, остальные - направо и налево. Поехали!
"Копейка" сдала назад ровно на столько, насколько нужно, ювелирно, в сантиметре от стены лабаза, повернула налево и поехала. Глоин не гнал, но ехал максимально быстро. Се-кунды напряженного ожидания - и ничего. Ничего и никого. Еще одна площадь, скорее, площадочка, чуть меньше той, с которой они начали свой автопробег, и поворот направо. И сразу - захлопала, впрочем, безуспешно, винтовка Гимли. Какие-то фигуры в черных бала-хонах и черных же тюрбанах на головах, с закрытыми до глаз лицами, метрах в двадцати пя-ти-тридцати от перекрестка. Дудукнул очередью на три-четыре патрона "Утес" - конопатый пришлый выступил с главным калибром, но машина уже почти вьехала в толпу черных. Именно толпу - их было около десятка, они перекрывали всю довольно широкую улицу, стоя у распахнутых ворот дома. Пулемет оглоблей снес не меньше четверых, настолько куч-но они стояли, но теперь был бесполезен.
- Туги! Вали их! - зло заорал Воронов. Гимли, отставив самозарядку, стрелял в черно-воронью толпу из помпы, и на этот раз успешно. Забыв о нарезанных секторах, Торир и Дарри азартно лупили по врагу из винтовок, жутко неудобных сейчас для стрельбы. Бофур поступил умнее, схватив два револьвера из кучи трофеев на полу кузова "Копейки" и, едва просунув толстые сардельки своих пальцев в скобы вокруг спусковых крючков, стрелял с обеих рук практически в упор и сверху. Машина перевалилась через что-то раз, другой, тре-тий - и вот черные уже позади. Свалили, кажется, не всех, уж больно скоротечно все случи-лось, но вслед им никто не стрелял, и то слава богу. Улица, не виляя, выходила на площадь перед управой, и ту уже было видно, метрах в двухстах впереди. Торир честно и добросове-стно выцеливал возможных врагов со своей стороны, на крышах и чердаках. Дарри привстал, чтобы добыть из подсумка очередной магазин, и в этот момент неожиданно для него машину сильно подбросило - еще один труп оказался сильно впереди группы тугов, а скорость была уже довольно изрядной. Неустойчиво стоявшего и не успевшего ни за что схватиться Камня, словно другой камень, из катапульты, вышвырнуло из машины. Неизящной жабой прило-жившись об стену дома, он шмякнулся вниз. Пока он исполнял свой акробатический этюд, "Копейка" выскочила на площадь и привлекла общее внимание, как защитников управы, так и нападавших. Ожесточенный обстрел начался почти сразу, Воронов, не скупясь, бил в ответ из пулемета, все остальные, пытаясь стать как можно меньше и ниже, не отставали от него. По машине попадали - словно палками стучало по железу, правда, по счастью, пока никого не зацепило. Но каждый словно вел свою маленькую войну. Глоин заложил вираж, уходя с линии огня большинства неприятелей, и ловил машину, которую из-за спущеных шин води-ло во все стороны. Воронов и Бофур, стараясь не подставиться, пытались заткнуть самых ак-тивных противников, так что исчезновение Дарри заметили только тогда, когда избитая ма-шина завернула за угол, там, где было меньше стрельбы, и пассажиры начали перебежками просачиваться в управу.