Свернув с главной улицы налево, мы подъехали к школе. Ворот не было, и автобус въехал прямо во двор к самому крыльцу, на котором стояли три мужчины. Студенты с опаской стали выглядывать на улицу, щедро поливаемую дождем, не торопясь под него выходить.
- Проходите! - громко поздоровался один из встречающих, - проходите скорее внутрь, а то промокнете!
Подгоняемые Ириной Дмитриевной, все вбежали в просторный, но тёмный холл. Последними вошли встречающие мужчины. Первые два были в возрасте, один с лысиной и брюшком, второй высокий и полностью седовласый. Третий был намного моложе, но с густой щетиной и небрежно одетый.
Наша куратор попыталась успокоить своих подопечных, заставив как следует поприветствовать директора школы, завхоза, и преподавателя.
- Меня зовут Ирина Дмитриевна, я сопровождаю студентов, - познакомилась она, после того как директор Аркадий Иванович (тот, что с лысиной), представил завхоза Сергея Николаевича и Михаила Александровича. После того, как представили последнего, среди студенток побежал шепоток, непонятное мне волнение. Что такого в этом бородаче, я не поняла, скорее хотелось поужинать и располагаться к отдыху, размять затекшие в пятичасовой поездке конечности.
- А никого больше не нашлось из научных сотрудников? - спросил Михаил, чем поставил Ирину Дмитриевну в ступор, и тут же оправился, - я имею ввиду, справитесь ли вы одна с такой большой компанией?
Мужчина обвел рукой небольшую нашу разношерстную толпу.
- Семён Алексеевич сказал, что вы будете помогать мне, - подняла бровь женщина, явно не в восторге от тона собеседника, мне лично он тоже не понравился.
- Значит так, - хмыкнул недовольно мужчина и помолчал, осматривая студентов, которыми предыдущий месяц ему предстояло заниматься, - сегодня вы осваиваетесь, завтра я приду, прочту вводную лекцию. Погодные условия пока нам не благоприятствуют. У вас должны быть документы ко мне?
- Да, - женщина немного растерялась от быстрой речи коллеги. Она достала из рюкзака внушительную пластиковую папку.
- Там внутри прикреплена флешка, - сказала Ирина Дмитриевна, передавая документы.
- Хорошо, - Михаил их взвесил в руке, и удовлетворенно щелкнув языком, кивнул присутствующим головой на прощание и ушёл, предоставляя право распоряжаться Аркадию Ивановичу и Сергею Николаевичу.
Нас повели обустраиваться в спортзал. В большом помещении с голубыми стенами и желтым полом, обсыпающейся штукатуркой, деревянными лестницами у стены напротив окна, и голым крюком в углу, на котором когда-то висел канат. Надеюсь, его сняли отсюда не потому что на нём кто-то повесился.
Ради нас тут устроили удобства - повесили серый полог, разделяющий половины на мужскую и женскую (на мой взгляд совершенно бесполезная выдумка), и положили на пол старые маты, обивка на которых давно уже потрескалась. Директор и завхоз разговаривали с Ириной Дмитриевной, раздавая указания и советы пока мы раскладывали спальники и свои вещи, затем увели женщину показывать кухню, где мы сами себе должны были готовить. Здесь все студенты были впервые в такой поездке, а научный руководитель, она же Ирина Дмитриевна раньше часто ездила, и теперь всё встречала с двойным энтузиазмом, наверно за себя и за Василия Ивановича, который не смог с нами поехать из-за здоровья.
Я свернула куртку и подложила под голову спальника, чтобы было мягче спать, когда рядом кто-то громко выругался. Это оказалась соседка, которая заняла место у стены быстрее меня.
- Алиса? - спросила она, когда я удивленно подняла глаза, услышав такую лексику.
- Да, Алиса, - согласилась я, вспоминая её имя, - а ты Юля?
- Да, а спичек нет? Или зажигалки? - и тут я заметила в кармане её бомбера пачку.
- Не курю, - пожала плечами. Та тоже пожала расстроено плечами и улетела куда-то за полог.
Я написала маме, что доехали и позвоню завтра, ссылаясь на низкий заряд батареи. Ответ не пришел, и я поняла что мама ещё на курсах.
Дальше вечер шёл быстро и суматошно - на ужин ели то, что каждый привез из дома, потом ждали пока починят старый и очень ободранный душ в раздевалке мальчиков (в раздевалке девочек всё было намного хуже), болтались по фойе, потому что дождь на улице не переставал, пытались завязать общение. Я знаю тут всех в лицо, но по именам только половину, преимущественно тех, кто с параллельной группы, или тех, кто старше меня. Это два аспиранта, один магистрант, и две пятикурсницы. С моего потока тут только соседка Юля и ещё два парня, остальные со второго курса. Со временем на половине девочек завязалась общая беседа.
- А где тот хваленый профессор, которого нам так расписывал Алексеевич? – через полог заглянул второкурсник Сева.
- Мне кажется это тот с пузиком, - сказала девушка напротив меня.
- Нет! Это директор. Вы чем слушали? – фыркнула Юля.
- Профессор это мужик в парке цвета хаки, - вмешался аспирант Саша, подняв полог и снова исчезнув.
- Этот бородач опухший? - прыснул Сева, - я думал, он тут сторож. Сколько ему лет?
- Я вспомнила! – меня осенило, - около кафедры есть его фото, там он совсем молоденький, такой ухоженный, красавчик!
- Смотри не влюбись, а то останешься в этом Сине-Сранс... Славянске, - заржал парень.
Тут вернулась из душа Ирина Дмитриевна и не дала мне как следует ответить этому Севе.
К десяти наша патронесса добилась того, чтоб все улеглись спать. Лечь – легли, но уснули единицы. По крайней мере, половина девочек еще долго подсвечивалась светом смартфонов. Я лазила на сайте известного самиздата, в поисках чего-то нового, когда Юля решила завести разговор.