Через несколько мгновений рукопись была у Сказочника на столе.
– Я погляжу, что вы решили бросить все силы на этот роман, – нахмурился тот, небрежно листая страницы. Он поднял глаза от текста и сощурился. – Останется ли у вас время на возврат долга?
– Я успею, – гордо ответил Принц. В его голосе звенел вызов.
– Что ж, – покривился Сказочник. – Посмотрим!
Его лицо помрачнело. Он стал листать медленнее, а потом и вовсе остановился и внимательно вчитался в один из абзацев.
– Откуда вам известно это имя? – потребовал он.
– Я не могу видеть место, где вы читаете, – холодно заметил Принц.
– Не ерничайте. Вы прекрасно себе представляете, кого я имею в виду.
– Нет.
– Довольно! – Сказочник хлопнул рукой по столу. Принц от неожиданности подскочил на месте. – Откуда вы знаете это имя?
– Мы знакомы, – оскалился Принц.
– Вы знали его под другим именем, – настаивал Сказочник.
– Я не обязан оправдываться. Допустим, что имя я придумал. Довольствуйтесь таким объяснением.
Сказочник хмыкнул и продолжил листать.
– А вы не жалели чернил.
– К чему это?
– К тому, что ваша книжка пока длиннее всех.
– О чем вы?
– О том, – спокойно повторил Сказочник, отрываясь от рукописи, – что ваша рукопись длиннее других.
– Каких? – Принца сковал холодный страх. Время замедлилось. Он стал видеть все в пугающей четкости – от сверкающих пылинок на безупречной поверхности стола до складок на корешках зачитанных книг.
– Длиннее рукописей ваших предшественников, – терпеливо пояснил Сказочник. – Неужели вы не слышите их голоса? Их дух силен в этой комнате.
– Я ничего не слышу, – отрекся Принц.
– Как занимательно. Вы знаете, меня забавляют его тщедушные попытки вернуться к жизни. Я даже перестаю их пресекать – за ними так увлекательно наблюдать. Я даже грешным делом подумал как-то, что до вас он больше не доберется. Но нет – он снова незримо со мною, и я снова читаю его потрясающую биографию. Как всегда, с обилием новых деталей и душещипательных подробностей, все в минорных красках. Неужели вы и правда ничего не слышите сейчас?
– Не слышу.
– Да что вы говорите, – Сказочник закрыл глаза и сделал медленный вдох. – Они уже шепчут хором. Давайте, я вам покажу.
Сказочник снял с полки невзрачную книжку и положил ее на стол перед Принцем. Он пролистал несколько первых страниц и остановился на портрете автора – умудренного годами синьора в старомодном парике. Принц посмотрел на литографию.
Он был готов поклясться, что грузное лицо на картинке поморщилось, как будто бы силясь что-то вспомнить, и немного отвело взгляд.
– Ну, а теперь вы слышите? – с искренним интересом уточнил Сказочник.
– Что я должен услышать? – отчаялся Принц.
Сказочник тут же поднес палец ко рту, призывая его замолчать.
– Тсс, начинается.
Сначала не было ничего, лишь абсолютное беззвучие. Потом – шорох страниц, скрежет пера, шелест. И бормотание – со всех сторон сразу, и снизу, и сверху, везде. И главное – в его голове.
Господин на странице начал шевелить губами, и его голос слился с бормочущим хором.
– Что это? Что происходит? – в ужасе вскричал Принц.
– Не изволите ли пролистать книжку? – вкрадчиво предложил Сказочник.
Принц нахмурился, отгоняя от себя все нарастающий шум. Он взял томик в руки.
Заглавие книги гласило: «Туман и чернила». Принц спешно пролистал страницы до начала романа.
Первые несколько строк заставили его побледнеть. Первая глава оставила его в диком смятении. Бегло пробежавшись глазами до середины, он отложил книжку.
– Знакомо, правда? – уточнил Сказочник с наигранной учтивостью.
– Этого не может быть, – просто сказал Принц.
– И, тем не менее, оно есть.
– Это подделка.
– В каком-то роде, да, – не стал спорить Сказочник. – С той точки зрения, что вы не найдете этой книжицы ни в одном частном собрании, даже у самого заядлого коллекционера. Она существует в единственном экземпляре. Она очень уязвима, она не может призвать легионы библиотекарей на свою защиту. Ее существование практически нельзя доказать. И тем не менее, она существует. И как же так вышло, что ее сюжет практически идентичен тому, что сочиняете вы?
– Я не знаю, – прошептал Принц.
– Ах, и я тоже в неведении! – ядовито вторил ему Сказочник. – Однако же я могу предположить. Я могу догадаться. Я могу вычислить. Возможно, – и он сделал драматическую паузу. – Возможно, вы с этим автором оба базировали свое повествование на одном источнике. И возникает вопрос. Откуда он? Кто вам его подсказал? Где вы его взяли? Кто вас, в конце концов, надоумил? А?