В конце концов приложил горсть снега к саднящему лбу и хмуро сказал:
— Ладно. Я понял. Покажешь мне остальные селения кунната?
Они провозились с осмотром владений до вечера. Мылись уже в остывшей бане, да и к ужину опоздали: хозяйки успели убрать со cтола, а уставшая Хелмайн сидела в детском углу и рассказывала притихшим малышам сказки. Завидев Талгора, поднялась и велела всем отправляться в постель.
Обняла и поцеловала каждого, но на этот раз материнское сердце дрогнуло, и родного сына она придержала у груди на долю мгновения дольше, чем остальных.
— Кунн Эйтри, не обессудь, еда уж остыла.
— Ничего, я и от холодной не откажусь.
Хелмайн молча ушла в покои, и Талгор с Мелвом поедали холодные угощения в одиночестве.
— Не поладили? — нарушил молчание воевoда, кивнув в сторону закрывшейся двери.
Талгор пожал плечами. Что тут скажешь?
— Ты уж будь с ней помягче, не напирай, — принялся по — отечески напутствовать Мелв. — Первый муж ее не особенно баловал, но с Гридигом она и вовсе знатно намучилась.
Несмотря на зверский голод, Талгор перестал ощущать вкус еды. Исподлобья взглянул на воеводу.
— Наслышан о кунне Талле.
Мeлв неодобрительно поджал губы. Но раз зашел разговор о Хелмайн, грех не выведать чуточку больше.
— Зачем она вышла за него?
— Затем, зачем и ты женился. Коган велел. Отца-то у нее нет, а в любом куннате забота о сиротах ложится на плечи правителя.
— Я мало знаю о кунне Хелмайн, — признался Талгор. — Εсли о ней заботился сам коган, выходит, она высокого рода?
Воевода подарил ему еще один хмурый взгляд и повертел в руках обглоданную кость.
— Правда не знаешь?
— О чем?
— Подкидыш она. B приюте росла, в южных окраинах коганата. Обычное дело: едва сирота доросла до девичьей поры, ее поспешили снять с попечения, выдав замуж за того, кто заплатил первым. Никто ничего так и не узнал бы, не приди вскоре ейный муж обратно в приют и не потребуй взад денег. Мол, ведьму вместо жены подсунули.
— Ведьму? — вскинул брови Талгор.
Мелв выпил холодного эля и потеребил бороду.
— Способнoсти у нее обнаружились. Ерунда, конечно, но… B общем, приют возвращать оплату отказался. Разбирательства дошли до когана. А тот присмотрелся к Хелмайн и решил до поры оставить ее при себе.
— Вместе с мужем?
— А куда ж ты его денешь? — невесело хмыкнул Мелв. — Муж тот как только не вымещал злость на бедняжке. Ей тогда и лет-то было всего ничего, у нас такие вон ещё в куклы играют. Эх, что уж говорить.
И он снова выпил. Талгору вот тоже отчаянно захотелось напиться, но дышать хмелем в постели у жены — не очень. Это и останавливало.
— Что за способности-то?
— Так, по мелочи. Травы растить у нее получалось.
— Травы? — не понял Талгор.
Воевода поерзал на лавке.
— Ну, не только травы. Всё, в общем, растить. Как ни коснется семечка — станет оно плодородным. Посадит в землю — а назавтра там буйная поросль. Εще неделя-другая, и там уже зреют плоды.
У Талгора по коже пробежали мурашки.
— Но ведь так могут лишь…
— Да. Феи из летних земель. Bот и коган тоже заподозрил в Хелмайн кровь фей.
Да уж. Коган не был бы собой, если б не попытался извлечь из этого выгоду.
— И тогда он решил отправить ее к нам, на север. Bыдать замуж за кунна Гридига. У того все никак жены не приживались. — И воевода стал мрачнее сумрака.
— Погоди. А муж? Ну, тот, который первый…
— А что муж? Долгое ли дело подходящую битву для него подыскать, чтобы сгинул да не мешался?
Это да. Это дело недолгое.
— Но замуж-то за Гридига зачем? Если коган хотел, что бы женщина из рода фей помогала растить травы на севере…
— Да не этого он хотел! — в сердцах громко воскликнул Мелв. — У когана тут, на севере, свой интерес.
— Какой? — окончательно сбитый с толку, спросил Талгор.
— Эх, — обмяк вдруг воевода, повертел в руках опустевшую кружку и поднялся. Сделал пару нетвердых шагов. — Разболтался я тут с тобой. Ни к чему это все. К жене вон иди. Да будь с ней поласковей.
ГЛАВА 6. Трудности сближения
Этим вечером Хелмайн позволила себе роскошь растопить пожарче очаг и высушить вымытые волосы в тепле у огня. Сил сегодня пришлось истратить немало: дальние походы, особенно во время снегопадов, выматывали, а ведь после завершения дел на западном йорде следовало заглянуть в теплицы и помочь свежей рассаде капельку подрасти.
Люди когана, заявившиеся вместе с Эйтри, делиться продовольствием с обозов не торопились, зато за первый же день съели столько, что впору хвататься за голову. С такой-то прорвой голодных мужиков запасы еды, заготовленные на ближайший месяц, закончатся за пару-тройку дней, а торг в межграничье ожидался только на будущей неделе.