Его ждали.
— Иди за мной. — Низкорослый, коренастый, молодой парень с белыми, как снег, коротко стриженными под «горшок» волосами, появился неожиданно, словно выпрыгнул из-под земли. — Царица ждет тебя.
— Кто ты. — Вздрогнул Ярослав.
— Чудь. — Гордо приподнял подбородок тот.
— Но этого не может быть! Вас не существует, вы сказка! — Округлил глаза будущий ученик ювелира.
— Так и ты идешь за сказкой. Вот и не болтай так много. — Усмехнулся тот и развернувшись, больше не произнося ни слова, пошел вперед.
Долгий путь в темноте. Впереди молчаливая, покачивающаяся спина парня над головой которого, кружат семь мерцающих огней. Звезды как-то внезапно пропали, луна потухла, а до слуха донеслось эхо собственных шагов.
— Мы под землей? — Воскликнул страхом в миг осознавший, где находится Ярослав.
— Мы дома. — Ответила угрюмая спина. — Иди и мочи, пещеры не любят крика.
Ну что же, сам ввязался в историю, назад хода теперь нет, да и не найдет он путь назад. Дорога петляла в темноте, оттеняя тусклостью блуждающих огней еще более черные ответвления гулких проходов, их было много... Очень много. Сплошной лабиринт.
Свет вспыхнул неожиданно ярко, словно в глаза направили, и включили прожекторы. Зрение вернулось, совместив одновременно страх и восхищение.
Огромный хрустальный зал, с колоннадами сросшихся сталактитов и сталагмитов, искусной рукой резчика, оформленных в держащие высокий свод руками, обнаженных мужчин и женщин. Это завораживало, это было великолепно.
Посередине стоят, на полированном мраморе пола, восемь прозрачных, словно ледяных трона. Семь пустых, а на одном, с сидящей на нем, величественной девушкой из того самого сна.
Приведший сюда Ярослава парень подошел к ней, и упал на колени:
— Я выполнил твое поручение царица. Нужный человек перед тобой.
— Хорошо. — Кивнула она. — Ты свободен, я довольна службой. — Она перевела взгляд на гостя. — Подойди... Смелее, тут нет опасности. Хочу рассмотреть твое лицо. Там, в мире грез, оно слишком расплывчато.
Она долго, задумчиво вглядывалась в окаменевшего от страха гостя, улыбалась и хмурилась своим мыслям.
— Хорошо. — Вновь заговорила царица. — Я рада, что не ошиблась. Ты именно тот, кто нужен. Мы похожи, у нас, у обоих, каменные сердца, которым чужды эмоции, только желание добиться цели. Я отдам тебе золотые пластины умений, я дам тебе инструмент, оставшийся от великого мастера, я дам любые каменья и благородные металлы, для освоения мастерства, но в конце пути, потребую плату. — Она протянула руку, в которой светился изнутри голубым сиянием алмаз, такого размера, который мир еще не видел. — Из этого, цельного камня, ты сделаешь мне бриллиантовое кольцо. У тебя будет всего одна попытка, второй не будет, камень этот единственный другого такого не найти. Не ошибись, ведь цена неудачи, твоя смерть, и моя боль, и это печальное для нас обоих окончание долгого пути. Теперь иди, тебя проводят, накормят, покажут жилище и мастерскую. Мои слуги в твоем распоряжении. — Она величественно махнула рукой, и две, появившиеся словно ниоткуда девушки, склонившись в глубоком поклоне, подхватили ошарашенного происходящим Ярослава под руки, и увели в темноту пещер.
Долгая жизнь под землей началась. Золотые пластины были испещрены замысловатыми, незнакомыми рунами, но он почему-то их понимал. Читал, и тут же воплощал прочитанное в жизнь, сам удивляясь тому, что получалось. За каждую поделку, сделанную по записям незнакомого мастера, древними инструментами, там на земле, он завоевал бы мировую славу великого ювелира, а здесь, приходившая изредка царица, только хмурила брови, и морщила лоб.
— Плохо, у него получалось лучше. Ты не стараешься, прояви наконец усердие. Удели больше внимания деталям. — Она разворачивалась, и молча уходила, а он вновь, и вновь, повторял одни и те же действия, шлифуя новый камень, и плавя золото.
Дни шли за днями, если можно так исчислять время под землей, где не видно ни луны, ни солнца. Сутки быстро соединялись в вереницу прожитых лет, и обучение подходило к концу.
В один из таких дней, она пришла особо задумчивая, остановилась, постояла, молча наблюдая за работой Ярослава и села на резной стул рядом.
— Ты чем-то похож на него. — тихий голос, полный боли, заставил плечи парня вздрогнуть. Он положил инструмент и повернулся. — Я скучаю, по моему Мань. Только изготовленное тобой кольцо, поможет нашим душам соединится. Вот ведь как бывает... — Она вздохнула. — Оказывается, даже каменное сердце способно любить. — Слеза блеснула, но тут же пропала, оставив после себя тусклую боль в потухших, изумрудных глазах.