У меня за спиной, улыбаясь самыми лучезарными улыбками стояли попутчики. За их спинами, с не менее недовольными лицами, стояли двое молодцов такого телосложения, что Степка рядом с ними выглядел невинным младенцем.
Из аккуратного свежевыбеленного домика вышла румяная черноволосая молодая женщина. Настороженно оглядев нашу компанию и увидев две массивные фигуры у нас за спинами, она облегченно вздохнула:
- И вам здоровья крепкого, путники.
- По всему видно, радость большая в вашем доме, - вдохновенно подхватил Степан. - Пусть никогда не покинет она это благословенное место.
- Не нужна ли помощь, какая, хозяюшка? - Я решила немного разбавить эту сладость деловым подходом, мы все же не попрошайки какие.
- Возможно, тогда, найдется и для нас немного душистого хлеба? - не унимался Степка. - Сладко смотреть на столь радушно стоящие яства.
- А то так пить хочется, - себе под нос пробормотал опешивший от напора старшего брата Глеб. Но видимо его женщина не расслышала. Уже смелее он добавил, - У нас и немного звонкой монеты есть, если помощь наша в тягость!
- Ну-ну, заговорили совсем, - махнула на нас хозяйка. - Сами то кто будете? Вон тот уж больно на ведьмака смахивает!
Селий в приветственном поклоне склонил голову:
- Ох, и острый у тебя глаз, добрая женщина. Сегодня с утра в родник смотрелся, да на челе своем никаких рун не обнаружил.
- Да, хоть бы и были какие, я грамоте не обучена, - хозяйка строго посмотрела на него, а глаза опоясали мягкие лучили. - Ты и говори, кто будете да куда идете.
- Я, Селий - маг бродячий, это Бор - ученик мой, а они - сироты, злом людским обиженные. Степан, Глеб да сестра их младшая Марика. А ищем мы справедливости, чтоб обиду черную с них снять.
- Ага, сироты, значит. Обиженные, говоришь. Вон тот, у которого живот песнь поет, сам кого хочет, обидит. - Она с укором покачала головой. - Ну, ладно, заходите уж. - И махнула здоровякам, все еще нервно топчущимся за нашими спинами. - Идите уж отсюда, только мешаете.
- Что за праздник то у вас, Ласка? - Я перетирала чистые тарелки и ложки, в то время как братья и Селий с Бором помогали Ондру, хозяину гостеприимного дома, перетаскивать столы и скамейки на улицу.
- Внук родился, - гостеприимная хозяйка счастливо улыбнулась.
- Внук? У Вас? Вы же еще совсем молодая? - Я с удивлением еще раз внимательно ее оглядела. - А что, у вас тут принято рождение детей всей деревней праздновать? Ведь это обычное дело.
- Обычное, да не у нас. Яран - первый ребенок, рожденный в деревне за последние пять лет. Мы уже и не надеялись, да прошлой осенью сноха вдруг отяжелела. - Ласка хитро глянула в мою сторону. - А то, что молодая, так я уже свою сороковую весну пережила.
- Как же так, болезнь, какая у вас тут свирепствовала? - Я опасливо оглянулась. Нам только заразу, какую подцепить.
- Не болезнь, а глупость людская, - Ласка сердито наминала бока и без того крутому куску теста. - Пять лет назад проходили через нашу деревню ведьмачка. Только за настоящую ее никто не принял, уж больно на нищенку она похожа была. Вот и гнали ее со всех дворов, только Соечка, сноха наша, ей черствый ломоть хлеба украдкой и сунула. Не успела она до леса дойти, как две молодые женки своих деток то и потеряли. Кинулись, было за ней, да она как в воду канула.
У меня по спине, будто змея холодная проползла. Я не заметила, как из рук моих выпала тарелка, только осколки на полу и разглядела. Присела осколки собрать, а туман перед глазами мешает, только каленая глина острыми краями
руки колет, в чувство приводит. Ласка, бросив тесто, кинулась ко мне:
- Вот я глупая, страсти молодой красавице рассказываю! Да ты не волнуйся так, тебя эта участь не коснется! Ну-ка, садись у окошка, тут прохладнее.
Но я, пятясь к двери, выскочила во двор. Не коснется, как же! Уже коснулась!
Что это? Тот самый «след», о котором Селий рассказывал?
Через забор на меня смотрели Селий и Глеб. На другой стороне улице сидел, обхватив руками голову, Степан.
Знают уже!
Глебушка, сокол наш, как на крыльях подлетел ко мне:
- Малышка….
Но меня мучал вопрос другой. Я смотрела на мага:
- Детей за что?
- Уведи ее Глеб, - Селий молча развернулся и пошел к старшему брату.
- За что! Детей за что! Ведь не родились еще! - Я колотила кулаками в молчаливую спину упрямого мага. - Ведь сам учил, дети за грехи родителей ответ не держат! Что за магия это, если смерь после нее?! Убийца! Ненавижу!