***
Северянин обернулся на шуршащие кусты, думая, что это листва и ветер. Но заприметив что кто-то там сидит, сразу догадался, и решил перекрыть весь обзор. Рыжий наёмник натягивал сапоги на ноги, укутанные в тёплые ткани. Поседев так немного на булыжнике, выдохнул пар, и одел рубашку туго застёгивая на пуговицы. Возле речки было прохладно, а с лагеря доносились едва уловимые гулы.
— Любишь ты рано утром в речке по плескаться Ганзел. — Северянин подошёл ближе, когда рыжий уже одевал мундир, а поверх него утеплённую накидку с меховым воротом. — Я не понимаю смысла залезать в ледяную воду в конце октября. — Наёмник поднялся и осмотрел на своего собеседника довольно уравновешенным и спокойным взглядом. — И долго ты собираешься терпеть тех трёх? Которые так неуклюжа прячутся в кустах.
— Пусть смотрят, если им так угодно. Я же пришёл искупаться. Понимаешь ли? Это бодрит и заставляет сразу проснуться. — Поправив накидку, застегнул две верхние пуговицы чтобы не падала с плеч. — Ты сам с севера и такие холода для тебя словно солома щекочущая нос. — Северянин согласился. — А вот муирецу с этим явно туго. Ведь в пустыни ночи холодные, но всё же они не похожи на зиму.
— Черножопой мартышке придётся к этому привыкнуть. Уже прошло три года. Три зимы. А он не как не привыкнет. Дрожит как кролик перед волчицей в зимнею пору охоты.
— Соглашусь. А теперь вернёмся к делам насущным. Что хотел Сириус? — Снега в такую пору ещё не было, но скора должен выпасть на ноябрь месяц. Но в этом году погода аномальна, и холода стукнули раньше положенного, сковав землю морозами. — Говори быстрей. Я после воды промёрзнуть не хочу.
— Ждёт у себя в палатке, хочет обсудить кое-какие моменты. Не смотри на меня так рыжий. Я сам не знаю. — Наёмник, вздохнув недовольно, повернулся к просыпающемуся лагерю. — Он сказал ещё притащить муирца. Ведь он член нашего отряда. — На это Ганзел не как не отреагировал.
— Тогда пойдём, отыщем его, а следом к Сириусу. Думаю, пока найдём, как раз наступит нужна пора времени. — Северянин согласился, но прежде решил зайти к себе в палатку и найти одёжку с длинным рукавом и какой ни будь утеплённый жилет.
Муирец сидел возле своей палатки на пеньке закутавшись в тёплую ткань и подкидывая сухи ветки в костёр. Ганзел подошёл к Кайзеру, встал рядом, смотря как тот дрожит словно лист на ветру, потягивая руки к огню. Муирец не наградил его взглядом. Лишь смотрел на танцующие языки пламени, стараясь поймать больше тепла.
— Нам надо идти к Сириусу, подымайся. — Муирец закутав руки под ткань поднял голову с синими губами. — Нечего дрожать. Погода и правда холодная, но не настолько. Пошли. — Тот сильней нахмурился, взял лежавший на земле двуручный меч. Вставил в ножны под тканью и направился следом за рыжим наёмником. — Ты должен был привыкнуть за три зимы к холодам.
— Мог. Но не хотел. — Проговорил муирец недовольно смотря из-за холода. — Для меня чужда ваша земля и времена года. — Они проходили несколько палаток, где сидел кузнец и его подмастерье. У них был большой объём работы, наверное в трое больше чем обычно.
— Работёнки у вас прям в невпроворот. — Кузнец поднял свои седые брови показывая запачканное лицо сажей.
— Да господин Ганзалис. Господин Сириус сказал начать затачивать и латать доспехи воинов в крупном объёме. — Кузнец пару раз ударил по наковальне тяжёлым молотом, а следом поднял оружие просматривая на неровности. — Кажется. — Шмыгнул он носом. — Намечается что-то крупное.
— Мне кажется он собирается развязать очередную войну. — Проговорил молодой парнишка за спиной мастера. — Очередную, кровопролитную войну. От которой не будет не какого толку. — Кузнец обернулся к нему, с очень недовольной миной.
— Мальчишка. Если бы не было войны, то ты бы сдох в этих лесах. Тебя бы заморил голод, загрызли бы дикие звери или же помер от морозов. — Подмастерье замолк. — Иди делай клинки. Если не господин Сириус, то ты так и продолжил ползать по полю боя собирая с трупов крошки и прячась от людей графов. — Юнец окончательно опустил голову, извинился и вернулся к работе. — Простите, он ещё юн и не понимает, что без этого не как в этом жестоком мире.
— Понимаю. Я на него совсем не серчаю. А сейчас попрошу прощение, но мне нужно откланяться. Меня ждёт господин Сириус. А вы знаете какой он нетерпеливый. — Кузнец кивнул и вернул взгляд к наковальне и молоту.
— Ты для наёмника чересчур добродушен. — Проговорил муирец продолжая идти.
— Тебе кажется. Я не до такой степени добродушен чтобы быть мил со всеми. — Обойдя несколько палаток, они начали подходить к главному шатру. — А вот по поводу погоды. У вас в пустыне как я знаю тоже выпадает снег и достаточно холодно, особенно ночью в зимний период. — Кайзер кивнул, после чего молчал. — Мы на месте.
— Сколько вас можно ждать. — Бьёрн стоял у входа вместе с Грю. Он так же продолжал сторожить шатёр как верный слуга. — Если Сириус будет не в духе, то мы будем висеть как украшение на сосновом суке, засыпанные бархатистым снегом. — Муирца дрожь пробрала ещё сильней, не от угрозы, а от холода.
Не сказав нечего, Ганзел отодвинул ткань, войдя в шатёр заполненный шкурами диких животных, забитых на половину ящиков с добром, отдающим сверкающим золотом и серебром. На опорах палатки стояли факела, а возле деревянного трона обвешенного шкурой зверя стояли чашеобразные лампы с горящим в них свечами. От которых слегка в полумраке сидел человек, изуродованный ожогами по всему телу со слеповатым глазом. В палатке было не лучше, чем на улице, хоть и ветер сюда и не проникал, в шатре было комфортней чем снаружи. Сириус положил голову на кулак уперев ей подлокотник. Его глаза просматривали трёх укутанных в тёплую ткань наёмников, стоявших перед ним на одной из шкур бурого медведя, обитавшего в здешних лесах. Со рта главы шёл пар словно дыхание дракона, а хищное лицо ещё сильней выделяла его как зверя. Ведь дракон не может погибнуть от собственного извергнутого и чужого пламени и кипящего масла. Он тяжело стучал поочерёдно пальцами об подлокотник, молча наблюдал.
— Вы нас искали господин Сириус? — Закалённый хмыкнул и спустя пару мгновений тишины, выровнялся показывая слегка сгорбленную осанку и черную как смоль густую бороду, с ней он выглядел словно сам пришёл с севера, но манера речи и поведение выдавали в нём запад.
— Да. И не только вас. — Спустя пару минут в шатёр вошли ещё двоя. Пройдя мрак, они стали позади тройки. Словно отражение в воде, два одинаковых человека, словно копии друг друга. — Вы пришли. — Грубовато промолвил хозяин шатра.
— Как вы и приказывали господин Сириус. Смертельный дуэт. Братья Колояр и Ведагор прибыли. — Братья были светло русыми коротко подстриженными с выбритыми боками. Различались они только бородой, которую носил один из братьев, а второй на не стриженом боку тонкие косы. Оба были кареглазыми и одинаковы на лик. Доспехи тоже были схожи. Кожаные доспехи, отбитые металлическими пластинами с мехами и утеплённой тканью. Братья коса посмотрели на троицу с высокомерием. Рыжий наёмник ответил им тем же. Высокомерным и холодным как северная пурга взглядом. Один из братьев сплюнул и положил руку на висящий в ножнах меч. Второй к луку за спиной и стрелам.
— Успокоились! — Раздался глухой стук кулака об дерево, который услышал каждый. — Вы у меня в доме, устроите бойню, я всех вас вздёрну! — На крики вошёл Грю хрустя костяшками на пальцах. — А теперь слушаем. Это зима будет холодной, даже чересчур. Так что моё решение таково. Мы захватим одну из северных крепостей у второго прохода хребта. — Следом раздалась тишина. Ведагор брат с бородой сделал шаг вперёд.
— Господин. Так там такая пурга. Да ещё и у гор. — Закалённый кивнул в знак согласия. — Мы быстрей изматаемся чем туда дойдём, но если дойдём, то нам будет нужна хорошая подготовка. Крепость ведь защищают воины «Святого писания».
— А они с радостью готовы распять или колесить наёмником, или бандитов. — Продолжил за братом Колояр. — У вас есть план? — Хозяин шатра опустил взгляд на рыжего наёмника. Братья заскрежетали зубами. — Не хотите ли вы…