— А как? — спросил Рик.
— На табло с расписанием ведь есть какие-то числа или особые знаки…
— Есть номер тысяча девятьсот семьдесят четыре и затем… Кажется, что-то ещё. Да, но зачёркнуто. Я различаю только одну букву — «К», вернее, какое-то слово, которое начинается на «К».
Джулия села перед клавиатурой и вздохнула:
— Попробуем. Начну с номера поезда, как в расписании.
Она нашла клавишу с цифрой «один» и нажала её. Та звонко щёлкнула и запала. Джулия взглянула на Рика и продолжала:
— Тысяча девятьсот семьдесят четыре.
И нажала последовательно клавиши девять, семь и четыре. И они тоже запали.
— Это похоже не столько на номер поезда, сколько на дату, — заметил Джейсон.
— А теперь поищи букву «К», — посоветовал Рик.
Джулия осмотрела клавиатуру:
— Нет.
— Как нет?! — удивился Рик.
— Есть только «КЛ».
Рик снова стал изучать расписание.
— Не знаю, не знаю… Попробуй нажать «КЛ», тут всё равно ничего не понять.
Джулия нажала клавишу, и она тоже запала, как и остальные.
— Подозреваю, что машина испорчена, — с огорчением сказала девочка. — И что ещё, по-вашему, нужно нажать?
— Тысяча девятьсот семьдесят четыре, КЛ, — громко произнёс Джейсон. И стал повторять: — Тысяча девятьсот семьдесят четыре, КЛ, тысяча девятьсот семьдесят четыре, КЛ…
Рик без всякой надежды продолжал рассматривать расписание.
— ВБ? ТР? ОЕ? АА? — прочитала Джулия буквы на клавишах, которые ещё не нажимала.
— А нет ли тут клавиши «ИО»? — с нетерпением произнёс Джейсон, словно его осенила какая-то мысль.
Джулия поискала и нашла.
— Да, есть. Ну и что?
— КЛИО, — сказал Джейсон. — Рик, разве не так звали сестру госпожи Бигглз?
— Клитемнестра Бигглз, — ответил Рик. — Её звали Клио. Да, именно так и звали её!
— Попробую? — спросила Джулия.
— Давай! — кивнул Джейсон.
Джулия нажала клавишу с буквами «ИО». Машинка звякнула, и тотчас поднялись все запавшие клавиши, которые нажимала Джулия.
В ту же минуту раздался негромкий звук, аппарат втянул в себя листок бумаги, очевидно, для того, чтобы что-то напечатать на нём.
— Не получается, — заключила Джулия, подождав немного.
— Чего ещё не хватает? — с недовольством спросил Джейсон.
— Мы ввели номер поезда, код… откуда мне знать, что ещё нужно… — растерялась Джулия.
— Три, — произнёс Рик.
— Что «три»? — не поняла Джулия.
— Нажми цифру «три», — предложил Рик. — Может быть, нужно указать количество пассажиров.
Джулия нажала клавишу с цифрой «три».
Некоторое время она не двигалась, а потом резко отскочила, и машина стала громко тикать.
Всё это длилось ровно столько времени, сколько понадобилось, чтобы выдать украшенный рамочкой с цветочным орнаментом прямоугольный листок, на котором ребята прочитали:
ГОРОД КИЛМОРСКАЯ БУХТА. Вокзал «Кларк Бимиш».
Билет на специальный поезд — КЛИО 1974 — Поезд вечной молодости.
Срок действия: только сегодня.
Количество пассажиров: три.
С правилами посадки можно ознакомиться в справочном бюро или на табло.
— Чудеса… — прошептала Джулия, придя в восторг при виде этого только что отпечатанного билета. — А что теперь?
И в это время они услышали громкий крик Фреда Засони в соседней комнате.
— Бежим, посмотрим, что там случилось! — воскликнул Джейсон.
Глава 18
И всё из-за той двери…
Обливия Ньютон затормозила на своих роликовых коньках возле вывесок салона Гвендалин Мейноф.
Опустилась прямо на землю, сняла коньки, с презрением отшвырнула их в сторону и достала из рюкзака пару кроссовок, которые отлично подходили к её приталенной спортивной куртке.
Поднялась и позвонила в дверь.
После второго звонка Гвендалин выглянула в окно второго этажа, держа возле уха телефонную трубку. Хотела было спросить «Кто там?», но, узнав Обливию, быстро заговорила в трубку:
— Извини, мама. Фантастика! Пришла госпожа Ньютон. Позвоню позже…
Обливия нахмурилась, ожидая, пока Гвендалин спустится вниз и откроет дверь под вывеской с надписью «Бритьё и стрижка только для мужчин».
Парикмахерша вышла на порог в мягких домашних тапочках, изображавших кроликов.
— Госпожа Ньютон! — воскликнула она. — Проходите, пожалуйста.
Обливия заставила себя улыбнуться.
— Здравствуйте, Гвендалин.
— Мне очень жаль, что вам пришлось прийти сюда, но я просто не знала, как быть.