— Вы говорите, что он там внутри, значит… — произнёс Джейсон.
— Он больше нигде не может быть, — сказал Рик.
— Если существует, — прибавила Джулия, которой сильно досаждали колючки.
Джейсон присел на корточки и пытался зажечь масляную лампу, щёлкал зажигалкой и крутил фитиль, но ничего не добился.
— Ты что, не мог взять электрический фонарь? — упрекнула его сестра.
Не обращая на неё внимания, Джейсон продолжал возиться с лампой, и в конце концов она засветилась.
— Ну вот, всё в порядке! — обрадовался мальчик.
Он переступил через рельсы и первым шагнул в туннель.
Джулия и Рик последовали за ним, вглядываясь во мрак.
— Ты видишь что-нибудь, Джейсон? — спросила Джулия, когда они прошли немного вперёд.
— Только камни и рельсы.
— Интересно, какой длины этот туннель? — сказала девочка.
— Неизвестно, — ответил Рик. — Знаю только, что рельсы не выходят по ту сторону горы. И поэтому…
Он умолкнул.
Джейсон приподнял лампу.
— Чёрт возьми… — проговорил он. — Видите?
Джулия резко обернулась к Рику:
— В самом деле! Ты был прав!
Рик улыбнулся и взял Джулию за руку. Они посмотрели вперёд. И при слабом свете масляной лампы увидели в полумраке исчезнувший паровоз Блэка Вулкана.
— Надпись на табло объясняла… Чтобы подняться на этот паровоз, нужно, чтобы сердце у тебя было наполнено песком и ветром…
— И чтобы у тебя было по меньшей мере сто друзей, — прибавила Джулия.
— А это как понимать? — спросил Рик, ни к кому не обращаясь.
Ребята посмотрели на паровоз, замерший на рельсах и напоминавший какое-то животное.
— Думаю, тут нет никакой загадки, — ответил ему Джейсон. — Это просто стихотворение.
— Почему ты так думаешь?
— Потому что иначе эти слова не имели бы никакого смысла. Это похоже на то, что нам читала в школе госпожа Стелла. Образные стихи. Слова тут вовсе не передают смысла, который означают.
— А что же они передают?
— Ну, это можно понимать по-разному… — неуверенно произнёс Джейсон. — Например, вроде того, что песок это вовсе не песок, а…
— …твоя память, которая обогащается со временем, то есть нечто прочное и конкретное, — продолжил его мысль Рик.
— Ну вот, молодец!
— А ветер, — продолжал Рик, — это воображение, которое может отправиться путешествовать куда угодно. И ветер этот потом затихает и придаёт песку определённые очертания.
Брат и сестра смотрели на него открыв рот.
— А сто друзей, — с воодушевлением закончил Рик, — это самые разные чувства и эмоции. Память, воображение и чувства — вот чем должно быть наполнено сердце того, кто поднимется на этот паровоз.
— Ну разумеется, а как иначе! — усмехнулся Джейсон. — В таком случае я смело могу подняться.
— Вот уж не думала, что ты поэт, — шепнула Рику Джулия, ласково потрепав его по голове.
— А я и сам не знал этого, — признался рыжеволосый мальчик.
«Это потому, что сердце у меня сегодня бьётся как никогда», — хотелось ему добавить.
По узкой наружной лестнице ребята стали подниматься на паровоз. Рик забирался первым, за ним Джулия и Джейсон. Снаружи паровоз был отшлифован, как алмаз, и словно дымился, казалось, дышал.
Рик открыл дверцу и вошёл в кабину машиниста — небольшое помещение, отделанное красным ковролином. На панели из тёмного металла поблёскивало множество круглых индикаторов, которые, казалось, смотрели на ребят. А с пола поднимались, словно букеты цветов, небольшие рычаги управления, рукоятки которых были помечены какими-то символами.
Стеклянная дверь отделяла кабину машиниста от небольшого помещения, где могли поместиться несколько пассажиров. Здесь ребята увидели на стене небольшую фотографию: три человека, стоящие возле паровоза. Ребята узнали Блэка Вулкана, Питера Дедалуса и Леонардо Минаксо, который выглядел совсем молодым.
— Должно быть, снимок сделан до того случая с акулой, — сказал Джейсон, отметив, что на снимке у Леонардо не было повязки на глазу.
— Сама по себе эта история весьма сомнительна, — заметил Рик, — если учесть, что в этом море нет акул.
— Да-а… — протянул Джейсон, который представления не имел, где на самом деле водятся акулы.
Ребята огляделись и обратили внимание на другую дверь в салоне, которая вела бы в вагоны, будь они прицеплены к паровозу.
— Ребята! — воскликнул вдруг Джейсон. — Сегодня, наверное, мой счастливый день!