— Ну как мне успокоиться? Как? — я шептала, боясь разбудить соседа.
«Есть, конечно один лёгкий, для меня, способ... Река Безумия. Она просто сотрет часть твоих эмоций, страхи в том числе... Могу провести тебя, но не просто так. Один раз — и я пью столько крови, сколько мне хочеться.»
— В разумных пределах. Я должна остаться живой и даже дееспособной. И из безумия ты меня выведешь.
«Хорошо. А теперь расслабься и закрой глаза.»
Змей сплёл кольца вокруг меня, но это не мешало. А потом показалось, будто нырнула в омут с головой. Хотелось кричать, выть, кидаться... И вместе с тем я была спокойна. Наслаждение граничило с болью, а страх с желанием смеяться. Хотелось нырнуть глубже, шагнуть дальше...
Неожиданно всё закончилось. Вот как я лежала, так я и очнулась. Голова змея приклеялась к запястью. В сон я провалилась, как в огромную яму.
Меня разбудили перед рассветом. Королева и Арадон быстро отвели в подземелье, где всё уже было готово. Ифертиалия кинулась к розбуженому дитю.
Достав из коробки кусок мела, я начала чертить круги и символы, демон проверял, иногда подсказывал мелкие хитрости... Пентограмму я проверила трижды. Разложила в нужных местах свечи, разложила в звезде пока живую жертву. Наконец взяла на руки эльфёныша и стала в центр рисунка. На ладони я написала его имя — Эллидиариэл. Такое с первого раза не запомнить... Приготовления заняли около часа. Взгляд под руки мешал, нервировал... И вообще! Я сама это должна делать!
Для правильности открыла гримуар и начала читать исковерканые слова. Чувства знакомо отключилось, тело обрело лёгкость, а в голове стало пусто. Змей на плечах потяжелел и уже всю мою фигуру обволокло длинное тело. Чёрные нити медленно отлипали от мальчика, формируясь в цельную фигуру. И вот перед лицом завис козлоногий, чёрный с белыми, как молоко, рогами, демон. Низший противился, шипел кричал выл... Он пытался сопротивляться, но демон, у которого я брала силу — сильней. Низший это, без сомнений, видел и пытался сбежать, разыскивая щели в моей пентограмме, но довольно быстро успокоился. Кинулся к жертве и мужчину обвили чёрные нити, он встал
— Давай заключим сделку, полуангел...
— Она моя.
Мужчина закричал... И его разорвало. Мелкие ошмётки разлетелись во все стороны, но Эллида не коснулись. Змей стал обычным, лёг на шею. Вроде бы всё... Но на теле малыша остались тонкие белые полосочки-шрамики. Одно несложное заклинание и полосы исчезли, а на моём теле пробежали мурашки. Сейчас эти нити на мне.
Я передала малыша королеве, та сразу улыбнулась, заигралась с малышом. Тот засмеялся, потянулся мелкими рученками к матери.
— Ифертиалия, пойдём.
Охотник довел королеву до её покоев, а я как раз закончила уборку. Нужно было стереть пентограмму, убрать свечи и просто убрать куски человечины с комнаты, хоть от усталости я едва не теряла сознание. Он уверенно отвёл меня в мои комнаты, но не ушёл.
Я же зевнула, и, прыгнув в душ, упала на кровать, крепко обматываясь одеялом.
Проснулась от довольно вкусного запаха завтрака. Потянулась, смакуя тепло солнечных лучей на коже. Мне было хорошо.
— Какое представление... Если бы такое утро было каждый день, я бы полюбил колдуний.
Я всё же упала с кровати. Срощеная кость на бедре отозвалась тупой болью.
— Что ты тут забыл? — получилось удивительно враждебно, хоть я почти и не боялась.
— Королева слишком занята ребёнком, не на шаг не отойдёт... Просила узнать что ты хочешь в награду.
— То, что я хочу не получится.
— Скажи. Невозможного нет.
— Спокойной жизни и убрать шрамы.
— Первое довольно таки простое, а второе... Нужно просто найти толкового лекаря. Кстати, я видел, ты использовала ещё одно заклинание. Что то?
— Козлоногий не хотел покидать ребёнка и оставил ему шрамы на память. Я их переняла. Мне уже всё равно — шрамом больше, шрамом меньше...
— А, эти мелкие белые линии? Ну да, их у тебя не было. Я постараюсь что-то найти. Долг всё растёт и растёт... — Он хохотнул, из портала достал бутылку красного вина. — Будешь?
— Нет. Сам пей.
— Зря, вино вкусное. Всё ещё боишся? На ритуале не боялась...