На фотографии Бивис казался таким молодым и счастливым и выглядел один в один как Хаэль сейчас. Удивительное сходство! Киана не была похожа ни на кого из своих родителей, так как взяла от каждого по чуть-чуть. Золотой южный загар и темные волосы от матери, светлые глаза и северные черты лица от отца. Но, тем не менее, все знали, что свой характер она унаследовала именно от Марка.
Дома, в Бриаре, на стене тоже висела большая свадебная фотография, на которой запечатлены улыбки молодоженов и гостей. Бивис также есть на этой фотографии, Киана это точно знала. Вот только она не могла вспомнить, один он там или со своей женой? Была ли Хаана на свадьбе родителей Кианы?
Еще больше Киану удивила фотография, что висела рядом со свадебной. На ней все тот же молодой Бивис держал на руках маленького Хаэля. Как же непривычно было видеть вечно мрачного и угрюмого мага в роли заботливого родителя! Киана невольно улыбнулась.
Она долго рассматривала фотографии и, в конце концов, заметила, что последний снимок с семьей Бивиса был сделал как раз тогда, когда Хаэлю исполнилось около шести-семи лет. Иначе говоря, незадолго до гибели Хааны. Фотографий с взрослым Хаэлем нет. На этом снимке все трое сидели в саду и улыбались, не подозревая, какая трагедия ждет их семью впереди. От этой мысли у Кианы мурашки побежали по спине.
Она вновь взглянула на снимок Хааны, перед которым стояла вазочка с благовониями, и, сложив ладони, чуть поклонилась ей. Так делали на Востоке – отец рассказывал.
Помимо благовоний перед фотографией лежали высушенные лепестки цветов, среди которых стояла фигурка лисы с очень большими ушами. Кажется, это фенек. Один из немногочисленных обитателей пустыни. Возможно, здесь, среди песков, его считают священным животным.
Решив, что она уже слишком долго рассматривает чужие фотографии, Киана поспешила уйти, но, обернувшись, заметила рядом с собой Хаэля, который, кажется, уже давно за ней наблюдал. Киана не ожидала его увидеть, поэтому аж подпрыгнула от испуга и невольно схватилась за сердце.
– О, лары! Ты меня напугал!
– Извини, – Хаэль чуть улыбнулся. – Просто заметил, что ты уже давно тут стоишь. Не думал, что северяне знают о наших обычаях, – маг, должно быть, имел в виду поклон в знак уважения.
– А, это?.. Отец рассказывал, – от волнения Киана начала тараторить.
Она отошла в сторону, позволяя Хаэлю подойти к фотографиям и поклониться матери. После этого он выдвинул верхний ящик, достал оттуда две палочки с благовониями и опустил в вазочку, после чего поджег их щелчком пальцев – Бивис таким образом зажигал трубку.
Как же все-таки они похожи! Хаэль являлся точной копией своего отца в молодости. Такой же долговязый и худой. С непослушными вьющимися волосами, темными, как крыло грача. С большим крючковатым носом, который, как у Бивиса, напоминал птичий клюв. Маленькие темные глаза. Тонкие губы. Длинная шея. Ну, вылитый Бивис!
Киана посмотрела на фотографию матери Хаэля и поняла, что от нее он ничего не взял. Разве что золотой загар, как у Кианы. И хоть она совсем его не знала, почему-то Киана была уверена, что характер Хаэлю достался от отца. Не было в его взгляде такой решимости, как у Хааны, но была холодная расчетливость.
Хаэль продолжал стоять возле комода, поправляя палочки с благовониями, а Киана не знала, куда ей деться. И уйти вот так, молча, как-то некрасиво, а стоять за спиной – тем более. Нужно что-то сказать.
– Она очень красивая, – тихо произнесла Киана, надеясь, что не сболтнула лишнего.
– Да, – кивнул Хаэль. – Вот только характер у нее был ужасный. Нарта до сих пор удивляется, как она сошлась с отцом.
– Ну… Бивис тоже со своими тараканами в голове, – Киана очень хотела узнать, что же произошло в их семье, но напрямую спрашивать боялась.
– Мягко сказано, – хмыкнул Хаэль.
Напрасно Киана надеялась, что он тут же изольет ей душу и расскажет, как все есть. Хаэль пришел сюда, чтобы проверить, чем занимается гостья. И раз он не нашел в ее действиях ничего противоречивого, то мог вернуться обратно в сад.
Но Киана не была бы Кианой, если бы так быстро опустила руки. Она должна узнать, что же произошло между Бивисом и Хаэлем и почему между ними выросла стена непонимания. Бивиса ей вовек не разговорить, поэтому Хаэль был ее последней надеждой докопаться до правды.