– Мамочка, прости… – невнятно шептала Киана, не в силах унять слезы стыда. – Они не виноваты!..
Сначала Марк, теперь Киана – сможет ли мать справиться с этим? Киана не сомневалась, что у ее родительницы сильный характер, но в памяти еще живо воспоминание о том дне, когда к ним на порог заявился Айбл и сообщил, что Марк Вернор погиб. Киана помнила, как страдала мать.
«Нет… – твердила она себе. – Не так…».
– Киана, – осторожно позвал Имо, тихонько приобнимая ее, – мы выберемся отсюда. Обещаю. И ты вернешься домой к маме, к друзьям. Все будет хорошо. Мы справимся, вот увидишь! Ведь у нас вдвоем уже неплохо получается, да?
Киана отняла руки от лица и несмело повернулась к Имо. Выглядела она ужасно: грязная, измученная, замерзшая, голодная и заплаканная. Она была на пределе, бродила по самому лезвию – на грани своих возможностей. Судьба нещадно испытывала ее волю на прочность. И Киана не переставала ее удивлять, вот только последний удар она все же пропустила.
– Когда мы выберемся, пригласишь меня в Бахрит? – продолжая плакать, спросила Киана, выдавливая из себя улыбку.
– Обещаю.
Глава 12
Киана сильно приуныла и брела следом за Имо, опустив голову. Ее глаза блестели, когда свет от руны попадал на лицо. Она скучала по семье, волновалась за друзей. Имо хорошо ее понимал: он сам давно мечтал вернуться домой и увидеть родителей, обнять брата… Но десять лет неволи у Яшара научили его прятать чувства и слезы – иначе будут бить прямо по больному. Вейл всегда так и делал.
Тоска по дому и нависающая угроза в виде злых охотников не способствовали поднятию боевого духа, а холодное и сырое подземелье, которое не хотело заканчиваться, так тем более. Никто не мог точно сказать, как долго уже бредут по коридору. Впереди тьма, да и сзади тоже. Отовсюду доносились звуки собственных шагов, капель и как маленькие камушки падают вниз. Очень странное эхо было в этих коридорах…
– Эй, Ки… – позвал Имо, когда резко остановился. Руна улетела вперед, но неожиданно наткнулась на преграду и начала метаться туда-сюда, словно мотылек возле огонька. – Там тупик.
Киана явно была где-то в своем мире, но слова дракона смогли вернуть ее в реальность. Она подняла голову и увидела, что руна мечется перед каменной плитой, на которой вырезаны узоры и символы. Драконьи руны более не вызывали у Кианы восторг и любопытство. В последнее время их стало чересчур много.
Киана и Имо подошли ближе и заметили трещину, проходящую ровно посередине плиты. Переглянувшись, они пришли к одному и тому же выводу.
– Это не тупик, – Киана провела рукой по трещине и почувствовала сквозняк. – Это дверь!
– И как нам ее открыть? Своими силами мы ее в жизни не сдвинем, – вздохнул дракон. – Если этот проход построили Древние драконы, то они наверняка позаботились о том, чтобы кто попало сюда не прошел. Боюсь, если я воспользуюсь руной, то потолок обвалится скорее, чем откроется дверь.
Киана была с ним согласна. Она не хотела кончить, как отец…
Имо предположил, что тот город, который они видели, и эти коридоры построили Древние драконы. В принципе, кроме них никаких вариантов и не было. Древние драконы жили до Разлома, они же создали Братство и ныне возглавляют его. Их осталось совсем немного, и мало кто видел их воочию. Это неудивительно: когда тебе полторы тысячи лет, устаешь от этого мира. Многие, даже современное поколение драконов, не могли понять, почему они так упрямо не хотят говорить о Разломе и о том, что осталось на Поясе Осколков. Это только подстегивало охотников за наживой и артефактами. В основном Древних драконов расспрашивали о Каменном городе, но те как молчали, так и молчат по сей день.
Вполне возможно, что все это тоже дело рук Древних. В конце концов, до Разлома на Поясе Осколков стоял не один Каменный город, а несколько десятков городов. Скорее всего, один из них они и нашли.
– Пойдем обратно? – спросила Киана. Других вариантов она пока не видела.
– А где гарантия, что мы не наткнемся на такую же дверь? – хмыкнул Имо, привалившись спиной к стене. – Раз уж мы здесь, давай хотя бы немного передохнем. У меня ноги гудят. Авось придумаем что-нибудь.
Киана охотно приняла его предложение устроить небольшой привал. Она тоже устала, к тому же, нога сильно разболелась от непрерывной ходьбы. Ей удалось кое-как осмотреть ее при свете руны. Вроде бы ничего серьезного, но все равно больно. На руке проявился большой синяк, а царапина начала покрываться корочкой. Киане ужасно хотелось спать и есть. Но еще больше она хотела оказаться дома и обнять маму.