— Главное, чтобы это не сказалось на репутации, — заметила пожилая дама, полностью ответив на мои мысли. — Иначе хороший брак может сорваться.
— Мой не сорвется, — он уже заключен по всем правилам! — Миледи, а вы знаете, по каким причинам брак может быть расторгнут?
— При доказанной измене супруга в присутствии трех свидетелей или бесплодия в течение пяти лет. — Моментально ответила леди. — Этот срок продляется, если супруг ушел на войну или пропал без вести, еще на три года, или если он заключен в тюрьму. Он же тогда не может исполнять супружеские обязанности. Впрочем, супругам положены свидания, не реже четырех раз в год, насколько я помню. Отказать в прошении на свидание дворянке имеет право только король. Либо, если супруга осталась невинной в течение года, она может расторгнуть брак по причине неспособности супруга вести нормальные семейные отношения. Достаточно освидетельствования чистоты в храме богини-Матери.
Пожилая леди оказалась просто кладезем знаний. Свидания, значит, мне положены? Гм… звучит многообещающе. Это нужно обдумать. Но после возвращения, разумеется.
— Миледи, примите мое восхищение! Вы не хуже опытного стряпчего разбираетесь в законах!
Леди захихикала.
— Ах, милочка, когда за спиной четыре брака, поневоле начнешь разбираться в таких вещах! Иначе родственники мужа обдерут тебя, как липку! Что там случилось? — Дама вдруг вытянула шею, заметив заминку в королевской процессии.
— О, Пресветлый, королева упала в обморок!
— Говорила же этой дурочке остаться в покоях! — Вспылила миледи, проталкиваясь сквозь толпу придворных, ловко орудуя тростью, как молотильщик цепом. Поскольку моей руки она не выпустила, я бежала следом за ней.
Через пять минут я оказалась возле короля и склонилась в глубоком поклоне. Вот уж не ждала такой чести! Король кивнул, мельком скользнув по мне безразличным взглядом.
— Идите, Тариэль, я разберусь! — миледи достала хрустальный флакон и дала капле упасть на посиневшие губы королевы. Ее поддерживал один из миньонов короля.
— Маркиза, надеюсь на вас! — равнодушно сказала король.
— Живо, Нино, сюда носилки и лакеев, Марли, принесите воды! Гийом, бегом за лекарем! Люка, намочите платок в фонтане! — дама распоряжалась, как опытный полководец. И знала всех миньонов по именам. И короля просто по имени назвала. Хм.
Король же повернулся и продолжил прогулку. Вот сволочь! У него, может, тут жена умирает, а он обсуждает, какими цветами украсить бальную залу? В соответствии с сезоном и фазой луны?
За королем потянулись придворные, огибая нашу группу. Впрочем, кланялись все достаточно низко.
Когда подбежал лекарь с помощником, возле королевы оставались: маркиза, я, отставшая от косяка придворных Марисса, (сделавшая большие глаза при виде меня), тройка миньонов, четыре дамы из свиты королевы, хлопающие крыльями, как наседки над цыпленком, шумно и старательно, но безрезультатно. И четверо лакеев с носилками. Негусто.
Больше всего пользы было от лакеев, они были ловкими и сильными, миньоны — крайне предупредительными, и королева, бережно уложенная на носилки, оказалась в своих покоях очень быстро. Лекарь с помощником и маркиза остались в спальне, а мы в будуаре, с почти умирающими дамами. Невежливо было уйти вот так сразу, не оценив тонкость душевной натуры притворяющихся взволнованными дам. Плевать им было на королеву с ротонды дворца. Место терять не хотелось, вот и старались.
— Мира, какого демона тут творится? — Прошептала Марисса мне на ухо, воспользовавшись флаконом с нюхательной солью четвертый раз.
— Простите, миледи, я только помогла пожилой даме.
— Леди Тессе, ее светлость просит вас зайти, — помощник лекаря выглянул из спальни.
Курятник всполошился, но я быстро прошла в спальню.
— Вы ведь камеристка? Осмотрите внимательно одежду ее величества. Этот припадок неестественен. Фиби утром чувствовала себя неплохо и приглашению супруга обрадовалась. — Маркиза кивнула на горку одежды.
— Ваша светлость, надо пустить кровь! Вы препятствуете лечению! Я диагностирую разлитие черной желчи у ее величества! — Лекарь заломил руки.
— Вы уже кварту крови выпустили и ничем не помогли! — рявкнула маркиза.
Королева открыла мутные глаза и застонала.
— Как ты себя чувствуешь, дорогая?
— Это я виновата, за все нужно платить. — Прошелестела королева. — Дети родятся уродами, а моя душа сгорит без остатка, не получив нового рождения… но я тогда не думала о душе, вымаливая дитя. Эбби не должна была родиться…