И напряженно размышляла, как избежать клятвы и что задумали мачеха со сводной сестрицей.
Глава 2
Патер Корелли обмакнул печенье в вишневый взвар и откусил половинку.
— Ну, это же просто, дитя мое, — снисходительно сказал он. — Судя по обмолвкам твоих родственниц… Что есть у тебя такого ценного?
— Ничего, патер, вы же знаете. Бабушкина брошка?
Серебряная, с мелким речным жемчугом. Единственное мое украшение, которое я прятала за планкой плинтуса. Цена ей динер в базарный день, но Рута сломала бы просто из желания сделать пакость. Там же я хранила узелок с мелочью. Походы на рынок и по лавкам приносили монетку-другую. Много я утаить не могла, мачеха не хуже меня знала цены, и сдачу пересчитывала внимательно, но я торговалась, как дракон за сокровище, за каждый медный сентеф.
— То, что нельзя купить, — прищурился патер.
— Э-э… честь? — удивилась я. Рута не девица? Мне такое и в голову не могло придти. То-то мачеха была так зла на нее вчера.
— Уверен в этом. Граф вернет ее с позором, если это обнаружится. Свадьба, пьяный мужчина, темнота и вот искомое пятно на простыне. Все довольны и счастливы.
— Кроме меня.
— А твое счастье в их планы и не входит. Надеюсь, ты не настолько наивна?
— Это же подлость! — я вскочила и нервно зашагала по комнатке патера. — Подмена!
— О, подложить одну сестру вместо другой ради громкого титула — это не подлость, а стратегия, — хмыкнул патер. — Ее бы одобрила любая мать, любящая свою дочь.
— И что же мне делать? Мачеха уже сундуки укладывает, свадьба через три дня! Даже мне сшили два новых платья. Я не смогу не поехать в замок графа.
Патер задумчиво погладил бородку.
— И они что-то говорили насчет клятвы на алтаре. Зачем это?
— О как! Да, твоя мачеха не мелочится. Клятва на алтаре предназначена для того, чтоб ты их не выдала, не могла навредить или ослушаться. Есть и другие детали, зависит от слов клятвы. Она ложится удавкой на шею и если ты предаешь, она задушит тебя.
Я машинально обхватила горло ладонью. Как страшно! Стать фактически рабыней злобной дряни! Не сомневаюсь, участь моя будет незавидной! А жизнь — недолгой.
— Как этому противостоять?
— Противостоять… — патер подергал бородку. — Можно противостоять. Если ты уже связана клятвой верности. Последующая просто соскользнет с тебя. Либо изменить кровь зельем. Либо патер, закрепляющий клятву, будет на твоей стороне, и прочтет то, что тебе не навредит.
— Мачеха ходит к патеру Августу. Он суров и непреклонен.
— Наш настоятель сегодня уехал в столицу, у него дядя умер, — подмигнул патер Корелли.
— Патер! — я опустилась на колени и молитвенно сложила руки.
Патер погладил меня по голове.
— Не проси, дитя, пресекать несправедливость мой пастырский долг. Думаю, леди Тессера придет в храм послезавтра. Я приму ваши клятвы.
Я поцеловала морщинистую руку патера и прижалась к ней щекой. Как много он для меня сделал! Трогательный момент нарушило хлопанье дверей и топот многих ног.
Влетел послушник с вытаращенными глазами, в перекрученном подряснике. Видно его кто-то тряс за грудки.
— Патер, там! — крикнул он, указывая на дверь.
Я поспешила встать, патер тоже поднялся из кресла.
— Разбойники? Демоны? Сам король? — спокойно уточнил патер Корелли.
— Не то и не другое! — отозвался звучный голос.
В комнату вступил мужчина в охотничьем костюме. Черный кожаный колет, кожаные штаны, высокие сапоги, высокая шапочка с отворотами и фазаньим пером. На поясе шпага и кинжал. Никакого блеска или показной роскоши, но кожа мягкая, как атлас. Такую даже мой отец не носит, слишком дорого.
— Чем могу служить? — Осведомился патер.
— Простите, что помешал вашей беседе. Кто это милое дитя? — Серые глаза моментально пробежались по мне с головы до ног.
— Мирандолина Тессера, прихожанка нашего храма.
— Дочь барона Тессера? — быстро спросил мужчина.
— Его младшего брата. Дочь лорда Джонатана Тессера.
— Не вижу ни обручального кольца, ни брачного браслета. Ей явно больше шестнадцати. Чудесно! Неслыханная удача! Леди, видит бог, я давно влюблен в вас и мечтаю стать вашим мужем. Немедленно. Патер, обвенчайте нас!
— Но вы меня впервые видите! — Воскликнула я в полном замешательстве.
— Да кого это волнует? — Мужчина схватил меня за руку, не грубо, но крепко. Видно опасался, что я с визгом убегу.
— Лорд, не стоит шутить и смущать покой невинной души, — нахмурился патер.