В замке Левенгро бинт сниму. Я леди, имею право носить драгоценные камни, вот и буду носить. Крестьянам медь и бронза, купцам серебро и золото, а дворянам золото и драгоценные камни. Скажу, что бабушкино. Колечко совсем простое, тонкий золотой ободок и овальный камушек в лапках. У Руты таких полная шкатулка, еще и получше есть, позариться не должна.
Ближе к полуночи, когда я смогла вытянуться на своей кровати, я снова вспомнила серые глаза и доставшийся мне поцелуй. Хихикнула в одеяло. У меня очень красивый муж. Рута бы умерла от зависти. Жалко, что преступник.
Но я теперь буду за него молиться. Жена. Супруга. Как странно!
— Леди Мира, вы слышали? У нас прямо в храме арестовали королевского советника! — встретила меня кухарка утром на кухне.
Сердце екнуло, но я сохранила лицо, тут же сунув нос в кастрюлю, где мариновались утки.
— Брешут, Нора, откуда у нас такие гости? Я и сама вчера была в храме, патеру помогала утварь чистить, и ничего особенного не видела.
— А конских яблок у храма тамошний послушник две тачки набрал!
— Розы обожают навоз, — согласилась я, запуская ложку в суп. — Нора, суп пересолен!
Кухарка с причитаниями кинулась к кастрюле и разговор был тотчас забыт. Надо было решить, как спасать суп. Решили отварить в нем крахмалистый желтый картофель и добавить жирных сливок.
Суп был благополучно спасен, до свадьбы оставалось всего два дня, и это время граф Левенгро гостил у бургомистра.
Рута сидела безвылазно в своей комнате. Хотя, насколько я знаю ее пакостный характер, она обязательно бы начала хвастаться и донимать меня придирками. Заболела, наверное.
Я собрала ей завтрак, но мачеха меня завернула буквально у двери Рутиной спальни.
— Унеси. Приготовь воды с имбирем и лимоном, — распорядилась мачеха.
— Как скажете, матушка, — послушно развернулась и понесла поднос на кухню. И звуки из спальни доносятся какие-то странные… То ли Рута рыдает, то ли кашляет.
Зато золотистая творожная запеканка с изюмом досталась мне! И не крошечный кусочек, а нормальная порция. Мы поделились с Норой по-братски. А со сметанкой, да чуток посыпать толчеными орехами, за уши не оттащишь!
— Неужто леди Рута заболела? — удивилась Нора, глядя, как я завариваю лимон с имбирем.
— Матушка приказала. Она все утро у нее в спальне. У сестрицы кашель от нервов открылся.
Кухарка понимающе кивнула.
— Что? — Не поняла я.
— Так ить инбир с цитроном запаривают, когда забрюхатят, — прошептала кухарка, оглянувшись на дверь. — Самое верное средство от тошноты!
Я прихлопнула рот ладошкой. Ну, Рута! Мало того, что не девица, так еще и затяжелеть успела! Это ее так в пансионе выучили? Да… образование страшная сила!
— Нора, ты про это молчи! Не наше с тобой дело! Отвар от кашля, и все тут!
— Да что же я, совсем без понятия? — Обиделась кухарка. — Будущую графиню позорить ни к чему! А граф еще и обрадуется, говорят, сильно ослаб мужской мощью после столицы… Первая жена у него родами умерла, а со второй и третьей так и не смог зачать ребеночка.
— Нора!
Кухарка тут же понятливо изобразила пантомимой, что закрыла рот на замок и ключ выбросила.
Вот значит, какая Руте помощь нужна! Да-а, задачка. Кровь не та, ребенок не тот… граф что, такой олень, что не разберет, где его дитя, а где не его?
Есть же маги воды в столице, им такое определить раз плюнуть. Правда, где столица, а где наш Лорингейн… Лично я ни разу настоящего мага не видела, чтоб вот ахнуть от восторга. Наш аптекарь — зельевар с дипломом, но со слабым даром. Ну, так говорят. Сравнить-то не с кем. Зато берет по два керата за маленькую склянку настойки! Вот бы мне хоть какой! Хоть капельку магии!
Ладно, мой личный дар — умение чистоту и порядок наводить, тем и займись, страдалица, сразу страдать некогда будет!
Глава 3
Рута в свадебном наряде напоминала пирожное со взбитыми сливками, с розочками из крема. Держалась на ногах она вполне уверенно, а волнение невесте только к лицу.
С утра орала на всех, как здоровая, во всяком случае. Берте дала пощечину за то, что та уронила щипцы для завивки, забраковала чулки, хрустальный флакон с цветочной эссенцией швырнула в стену, а щетку для волос закинула под кровать. Теперь в будуаре крепко пахло сиренью, мы все пропитались этим запахом. Удалось все же вывести ее из дома и усадить в карету вовремя, при мачехе Рута не посмела буйствовать.