Лилиан подняла глаза с мученическим выражением.
— Если падшие счастливы, а порядочные избегают и страшатся близости, значит, что-то тут не так.
Надо же, ночь еще не кончилась. Мне казалось, что должен наступить рассвет. Жизнь промелькнула! А на самом деле миновало не больше двух-трех часов.
В карете молчала, вспоминала и жарко вспыхивала.
— Лили, зачем ты это сделала? — Тихо спросила. — Я стала другой. Это больше не я. Были такие моменты, что мне казалось, что я люблю этого мужчину. Но я ведь его совсем не люблю!
— Еще не хватало! — Фыркнула бессердечная Лилиан. — Любить того, кто продает тело за золото! Выбей пух из своей пушистой головы, любовь — божественное чувство, неземное, а реакция тела — совсем другое! Не смешивай землю и небо, божий дар с яичницей. И не стесняйся. Позволь себе быть счастливой. А зачем сделала? — голос Лилиан стал мурлыкающим, вкрадчивым. — Чтоб ты лишилась покоя, думая о герцоге. Разве ты не станешь его представлять на месте Мориса? Мечтать, предвкушать, дрожать от нетерпения? Разве не вообразишь его обнаженным рядом с тобой? Разве тебя не разберет любопытство попробовать его кожу на вкус? Ощутить его запах? Увидеть его мужское достоинство? Герцог слывет прекрасным любовником.
Последние слова меня добили. Я закрыла лицо руками. Какое изощренное коварство!
Лилиан удовлетворенно улыбнулась. Плотская любовь проста, девочка не будет бояться. Эбби торопила, им давно пора вернуться, а наивная фалезийская девственница все не могла сделать решительный шаг, заставить герцога затащить ее в альков, чтоб сорвать хотя бы пару поцелуев со свежих уст. Им бы и этого хватило!
Ни одно движение Рафаэля не проходит без внимания, все его передвижения ложатся на стол принцессе, Крокс не жалел золота. Узнать больше о женихе вполне нормальное дело, слуги старались для будущей герцогини.
— Эрих, ты должен ее отослать! Из нас не выйдет пары. Мы с невестушкой поговорить не можем три минуты, чтоб не поссориться! Она просто испытывает мое терпение!
— Как же ты мне надоел! — Эрмерих отшвырнул очередной свиток. — Договорной брак! Вы не обязаны обожать друг друга!
— Эрих! Я женат!
— Что? — Прищурился король. Кинул об стену золотое перо. — Что ты еще выдумал!? Пойдешь под венец, как миленький, с Эбби Манкойской!
Рафаэль плюхнулся в кресло, развалился, закинул ноги на пуфик. Герцог торжествующе показал язык королю.
— Не пойду! Не хотел расстраивать, но я действительно женат, — с удовольствием повторил он. Право же, не каждый день увидишь, как король топает ногами и яростно громит собственный кабинет.
— Кто она!? — Взревел Эрмерих. — Что за идиотские шутки?
Рафаэль закрылся подушкой, пресс-папье пролетело мимо. За ним последовали часы, бювар, песочница.
— Прости! Не хотел волновать тебя, братик! Но любой храмовник подтвердит, я женат!
— Ее имя? Титул? Где она живет? — Утомленно спросил Эрмерих, обмахиваясь донесением. — Когда вы поженились? Полагаю, определенная сумма денег и поместье в умеренной близости от столицы станет достаточном выкупом твоей свободы. Могу найти ей нового мужа. Итак?
— Да не скажу я тебе ее имя! Девушка меня обожает! Она умрет без меня! Ее любовь огромна, как небосвод! Горяча, как домна!
Рафаэль не мог сказать имя по той простой причине, что не помнил его. Дворянка, в этом он мог поручиться. Фамилия кажется на «Р». Рессила? Или Фрессола? Ай, да какая разница! Из многочисленных сельских дворяночек, воспитанных среди полей и садов. И пахло от нее яблоками. А не изысканными притираниями на амбре и мускусе.
Не умеет ни шагнуть, ни поклониться по-придворному, как она тогда смотрела на него! Совсем юная, глупенькая, как все провинциальные девицы, зато она надежно его спасет от навязанного брака до конца года. Потом он прикажет найти ее, отправит что-нибудь из побрякушек. Не подтвержденный брак расторгается через год по заявлению любой из сторон. Лично он не станет заявлять в храм. Ему это невыгодно, приятнее жить, не опасаясь, что тебя внезапно женят.
Право, странно, что жена до сих пор не написала ему еще ни одного письма, не попросила денег. Неграмотная? Попросила бы патера! Письмо дошло бы из любой глуши, герцога вся страна знает. Значит, не нуждается и ее все устраивает. Да ее семья наверняка на руках носит, пылинки сдувает, еще бы, такой почетный брак! Наверняка ее родственнички рассчитывают на его помощь. Хорошо бы явились в особняк, а не во дворец. Денег он даст и поможет в разумных пределах. Когда явятся, тогда и будет думать.