Только тронулся от остановки, увидел – бежит. Блестит чёрным лаком потной кожи. Подождал специально, понял, что тот опаздывает. На актёра американского похож. Уши оттопырены. Даже в Дублине местами его реклама висит, в каком-то фильме, сразу не вспомнить. Хорошо так бежит, спортивно вполне. Добежал, запыхался, спросил:
– Вы всегда немного опаздываете?
– Нет, вас ждал.
– А ещё какие автобусы по расписанию?
Водитель книгу вытащил, несколько маршрутов быстро выписал на бумажку. Пассажир взял листок. Раскрыл портмоне и достал детскую проездную карточку. Без фотографии.
– Сколько вам лет? – Вежливо.
– Двадцать один.
– Надо платить деньгами, этой карточкой не имеете права. Она действует до девятнадцати лет, и должна быть фотография.
Пассажир долго ковырялся в портмоне, деньги искал. Не нашёл, собрался выходить. Наркоманы решили ему помочь проезд оплатить. Девка карточку показала, проездной у неё постоянный.
Он наотрез отказался: «Ноу, ноу». Руками замахал.
– «Ван персон»! – ты только за себя можешь платить – объяснил ей водитель.
– Сколько надо платить? – спросила деваха, и давай всю мелочь из своего тощего кошелька в ладонь ссыпать.
Хахаль её по карманам принялся мелочь искать.
Хорошие люди, жаль что наркотой балуются.
Стал по ступенькам спускаться незадачливый пассажир, а водитель вслед: «Будь здоров, брат».
Пассажир повернулся и с удивлением, радостно так:
– Вы говорите по-русски?!
– Говорю, а что?
А он не уходит, задумался. Потом:
– Я в Иваново, в университете учился пять лет, знаю матом. Даже хорошо могу сказать.
Извинился внятно. Вышел. Смеётся, рукой машет вслед.
Тронулись. Едут.
Мужчина тот, давешний, явно нервничал, сигаретку крутил пальцами.
Собрался выходить.
Перед этим по телефону по-польски поговорил. Трубку ладонью прикрыл, но водитель понял несколько слов.
Много их стало в этом районе. Цены упали за аренду – кризис, и сразу польское поселение образовалось.
Он один выходить надумал.
– В Х. элл заезжаете? – спросил.
– Да, конечно!
– Почему не сказали другим пассажирам, что едете через Х. элл? Надо объявлять! Это нарушение! Вы здесь не будете работать!
Возмутился громко, даже покраснел.
И вышел. Быстро.
Это был предпоследний рейс.
День позади – отработал, считай, без происшествий. Всё замечательно. И тут этот… вспомнился.
«Неприятности могут быть», – подумал водитель, и настроение испортилось.
Вот позвонит пассажир в офис, и, даже если водитель прав пять тысяч раз, а он не прав ни одного раза, ничего не значит, придётся оправдываться. Не самое весёлое занятие. Отношение в автобусной компании к пассажиру и водителю диаметрально противоположное.
Месяц пролетел быстро. Позабылось немного. Осадок остался.
Входит в автобус этот мужик. Водитель его сразу определил, беглым взглядом.
А он в это время мышкой шмыг. Сел, в окно впёрся. Там кусты, крыши коттеджей за высокими заборами, солнечные батареи – жильё в основном социальное. Что ещё? Ничего интересного. И что там смотреть?
Молча улыбался водитель, едва-едва, через зеркало в салон. А тот пассажир ещё сильнее злился…
Из двадцати человек отобрали на этот маршрут четверых. Независимый эксперт из транспортной компании «Ка…ге» проверял. Водитель восемьдесят три пойнта из ста набрал тогда на тестировании, и приняли его на работу.
И потерять в один момент? Из-за какого-то залётного засранца!
Вспомнил друга, Володю. Очень хороший человек. И водитель классный. Всегда можно позвонить, уточнить, что-то по автобусу разузнать, новости, да и по технической части грамотный. Никогда не откажет.
Так вот он рассказывал.
Какой-то афроевропеец в салон заплывает, музыка в наушниках, на весь салон слышно, пританцовывает. Володя ему объяснил про билет. Раз, второй, тот не понимает, горячится. На другой день всё повторилось. И в офис сразу же звонит всякий раз, жалуется, хотя и неправ.
Доставал его долго.
Четыре раза звонил! И денег бросал меньше. Володя злился, а пойди, докажи. В один миг железо громыхнёт, и проваливается в бокс мелочь.
Больше месяца длилась эта музыка. Хоть и прав был Володя, а уволили.
Поэтому мимо ушей лучше всего пропускать подставы эти, как будто тебя не касается. Какую-то хитрость «копеечную» и вовсе не заметить.
Пока вспоминал водитель, трое зашли, приготовили деньги. Явно не ирландцы. Мужчина и две женщины. Клапан в боксе для денег до конца не закрывался. Они это заметили. Первая женщина бросила три евро. Успел засечь – и она увидела, что деньги провалились. Вторая вошла. Она ей говорит – я за тебя заплатила.