(кому нужен ты?.. кому нужна твоя революция?.. кому мы вообще нужны?.. нужны ли мы хоть кому-нибудь в этом мире?)
Пробираясь к выходу, Даниил с жалостью глядел в спину этого большого и в общем-то симпатичного ему парня.
За девять месяцев до этого. Конец зимы
"...В октябре 1974 года председатель Верховного суда ФРГ Гюнтер фон Дренкман праздновал свое 64-летие. Шампанское лилось рекой, гремела музыка, гости веселились как могли.
В разгар праздника в дверь позвонили. Счастливый новорожденный открыл дверь.
На пороге стояла красивая золотоволосая девушка с громадным букетом алых роз. Немного растерявшись, Дренкман взял цветы у нее из рук.
Тогда на пороге появилась вторая девушка - на этот раз брюнетка - и в упор расстреляла судью из автомата.
Эту акцию провели террористы из легендарной организации "РАФ" "Ячейка Красной Армии".
"Красноармейцы" много лет безнаказанно терроризировали Германию. Дотла сжигали супермаркеты, из гранатометов обстреливали правительственные здания, в гриме и париках врывались в тюрьмы и освобождали товарищей.
В рядах РАФа состояли не только бывшие "Ангелы ада", но и правнучка Гегеля, несколько высокооплачиваемых юристов и модных журналистов. О том, что свои акции вся эта публика планирует и проводит как авангардные хэппенинги, писали все газеты Европы...
Когда гости фон Дренкмана высыпали в прихожую, именинник был уже мертв. А в поздравительной открытке, воткнутой в букет, было написано: "С днем рождения тебя, Гюнтер. И помни - РАФ никогда не прощает своих врагов..."".
Той весной, когда Даниил дописывал книгу, эти немецкие радикалы казались ему героями комиксов. Он был уверен, что никогда в жизни
(в СВОЕЙ жизни)
не встретит таких.
Несколько месяцев спустя он прошел предварительные проверки и стал полноправным членом Боевой группы "Прямого действия". Подвиги "рафовцев" перестали быть для него чем-то сверхъестественным.
Один раз после беседы Майор попросил Даниила задержаться еще немного и положил на стол папку с надписью "Прямое действие".
- Прочтите, Даниил Владимирович. Здесь почти все, что нам известно о ваших новых товарищах. Вам будет полезно с этим ознакомиться. Может быть, вы добавите что-то, что мы упустили. А я, если не возражаете, схожу выпью кофе.
Он вышел за дверь. Даниил открыл папку. Внутри лежало сорок страниц справок и докладных. Сухим канцелярским языком они сообщали следующее.
История "Действия" начиналась безобидно. Всего-навсего с кружка студентов, вузовских аспирантов и молодых журналистов, в свободное время читавших модных европейских леваков и запрещенных после революции классиков марксизма.
На собраниях кружка они обсуждали прочитанное и мечтали, как перевешают тех, кто мешает им жить. Мало ли в те годы было таких кружков?
Под скрежет "Exploited" в магнитофоне парни болтали о легализации наркотиков, устраивали вечеринки в поддержку колумбийских герильерос и почти каждый раз после собрания отправлялись выпить пивка.
Шуткой это перестало быть в тот момент, когда они решили поделиться прочитанным с массами и взялись за издание газеты.
На редакционном компьютере одного из знакомых за пару вечеров они разработали макет газеты. Кто-то, решив, что съездить с семьей на юг ему менее интересно, чем напечатать всамделишную газету, дал денег на тираж нескольких первых номеров. Все вместе они придумали энергичное название "Прямое действие" - и написали передовицу.
Время шло. Отцы-основатели уходили делать карьеру или окунались в семейный быт... на их место приходили другие. Теперь газета выходила регулярно и печаталась в настоящей типографии.
Тираж рассылался по адресам региональных ячеек. В ответ ячейки присылали на адрес Бюро взносы и денежные пожертвования. Денег все равно не хватало. Когда под угрозой оказался выход газеты, была проведена первая в истории "Действия" экспроприация.
Ночью несколько активистов вломились в 24-часовой магазинчик на окраине. Они приставили кассирше к горлу нож и забрали всю выручку. После этого на заседании Бюро была единогласно принята резолюция о переходе к активной террористической деятельности.
"Настал момент, когда мы должны бросить открытый вызов Системе!.. Люди должны видеть - мы не смирились!.. Мы готовы врываться в сознание масс с помощью "Калашникова" и динамитных шашек!.."
Ну и так далее.
Хорошо сказать - "переход к террору"! А против кого направить первый удар? Следует ли избегать человеческих жертв или, наоборот, чем кровавее будет дебют, тем лучше? Где взять оружие?
В то время, четыре года назад, движение возглавлял персонаж, упоминавшийся в папке под псевдонимом "Борода". Именно он взялся устроить первый в истории "Действия" теракт.
Несколько месяцев Борода объезжал региональные ячейки движения. Он искал двух-трех
(лучше больше, но хотя бы двух-трех)
решительных парней, способных не только болтать за кружкой пива.
В Москве двое студентов заявили, что согласны заложить взрывное устройство под ближайший к столице газопровод. На то, чтобы по армейскому учебнику выпарить полкило нитроглицерина и соорудить из него способную взорваться мину, ушло две недели.
После этого один из студентов на пригородной электричке съездил к газопроводу. Второй обзвонил несколько газет и телекомпаний и сообщил, что ответственность за взрыв "Прямое действие" берет на себя.
Устройство обнаружили за двадцать минут до того, как оно должно было сработать. Ни одной публикации в прессе так и не появилось. Но начало было положено.
Бюро торжествовало.
Следующую неделю все в "Действии" только и говорили о том, как славно они начали... какую динамитную войну устроят в ближайшее время... а затем Борода был арестован.
Оперативники ФСБ вломились в его петербургскую квартиру. Тем же вечером в Москве были арестованы оба боевика. Без руководства Боевая группа все равно не осталась. Еще месяц спустя ее возглавил Густав.
Кто он... откуда взялся... почему решил сотрудничать с движением... этого до сих пор не знает никто.
Ходили слухи, что раньше Густав был как-то связан с армией... может быть, даже с армейской разведкой (вспоминая его черные до плеч волосы, Даниил в этом сомневался). Поговаривали, что в свое время Густав сидел (но никаких уголовных прихватов заметно в нем не было).