- Дяденька! Вы почему плачете? Вы что-то потеряли? – спросила невесть откуда взявшаяся девочка лет семи.
- Света, ты где? Вот я тебе покажу! – кричала взволнованная мамаша.
- Нет, Света! Это во мне что-то рождается или что-то возрождается скорее. Когда вырастешь – поймёшь.
Эдгар взял девочку за руку, чтобы она не юркнула между перегородок и не упала со скалы.
- Света! Вот ты где! Почему ты не слушаешь маму?
- Вот она! Держите крепче. Здесь высоко.
- Спасибо Вам! – поблагодарила Эдгара мать девочки. – Вы плачете? Что-то случилось? Вам чем-то помочь?
- Нет. Не беспокойтесь, - ответил Эдгар, - спасибо за внимание. Это слёзы... Это плачет моя душа. Она виновата перед другой душой - более чистой и светлой.
- Вы странный какой-то. Ну, всё равно спасибо, что Свету поймали.
- До свидания! – кивнул головой Эдгар.
* * *
ЭДГАР СПУСКАЛСЯ СО СКАЛЫ ПЕТУШОК по тропинке, ведущей к часовне.
«Пойду, - думал он, - поставлю свечу. И хоть я деист,а мы церквей не признаём, обращаемся к Богу без посредников, зайду и поставлю свечку. Зажгу… Многие люди на земле так делают. Может, легче станет. И Камилла позвонит. Даст о себе знать. Ведь и наша любовь, как яркое пламя свечи, зародилось, словно наши фитиля судьбы подожгла какая-то неведомая сила, которая соединила нас. Интересно, как долго будет гореть наша любовь? Надо выбрать свечу подлиннее. Вот так и приходят к Богу! – подумал Эдгар, - через пламя. Попросят – и вдруг просьба выполнится. И люди уже без капельки сомнения начинают приходить и разговаривать с Создателем в церкви, которую раньше обходили стороной. Покрестятся. Наденут на шею крестик и становятся христианами. Да каких только совпадений не бывает в жизни! А может, это не совпадение?» – шёл и рассуждал он.
* * *
ОН ПОДОШЁЛ К ЧАСОВНЕ. Постоял. Помялся, словно герой своего стихотворения «Поэт и Божий храм», который стоял и раздумывал – зайти ему в церковь или нет, но, в конечном счёте, так и не вошёл. Эдгар посмотрел внутрь часовни, которая находилась у подножья Дантова ущелья, увидел, что там немного людно, и всё же вошёл, заметив одобрительную улыбку служительницы часовни, которая, видимо, заметила его нерешительность. Купил длинную свечу. Подошёл к тому месту, куда их ставят, запалил свечу от другой свечи и, найдя свободное для свечи место, поставил в лунку со словами: «Камилла, дай о себе знать. Где ты? И прости меня, эгоиста и слепца».
После этих слов он вышел из часовни и направился в сторону набережной, где обычно по вечерам прогуливаются среди многочисленных деревьев отдыхающие, приезжающие в город-курорт со всех уголков России поправить своё здоровье.
Он выбрал свободную скамейку поближе к воде и сел на неё. Рядом никого не было. Он сидел и думал о Камилле. Вспоминал, как всё начиналось. Как ему было легко с ней. Её картины – картины профессионала без сомнения. В живописи, за три года их знакомства, она преуспела. Картины раскупались. Хорошие рецензии в газетах после каждой выставки говорили о новом направлении в её живописи. Писали о её индивидуальности и сюжетах, темах. Большинство её картин написано с моих стихов. Особенно мне нравились «Два ангела» и «Поэт и Призрак»… Другие тоже. И как она догадалась, кто ей подсказал, что надо писать картины со стихов? Стихов, где есть сюжеты, образы, характеры. «Ведь за много веков, - как говорила Камилла, - художники сильных эпох посвятили свои полотна библейским героям и притчам, греческой мифологии и римской, а вот современных поэтов, вернее образы, которые они создают в своих стихах, современные художники то ли не видят, что из них может получиться хорошая картина, то ли кроме пейзажей и натюрмортов писать ничего не могут», - вспомнил Эдгар слова любимой.
Эдгар улыбнулся и подумал: "Возможно, Камилла прочитала в биографической повести об Эдгаре Алане По, что на его классическое произведение «Ворон» французский художник Клод Моне написал картину. И некоторые художники в других странах тоже писали «Ворона». Возможно, мимо Камиллы это не прошло. Мы говорили с ней об этом. И она почувствовала свою тему. Как это правильно и редко в наши дни – почувствовать свою тему, которая позволит проявиться твоей индивидуальности. Что может быть главнее в искусстве, чем индивидуальность? Браво, Камилла! Это новое искусство. Всегда писали на стихи только музыку, и получались песни. Теперь вот пишут на стихи и картины. И это только начало".
Так он и просидел у речки ещё два часа. Он посмотрел на часы, было 12 часов дня. Полдень.