ачале показали её, какой она будет - жизнь, которую они должны прожить, то душа или человек отказались бы от воплощения. Что-то в этом духе. За точность не ручаюсь. - Вот я и говорю, читая и сравнивая прочитанное с действительностью, я начинаю что-то понимать. - Например? - Возможно, что все мировые войны начинали Сферы или ещё кто-то свыше, когда им поставляли информацию о том, что всё зашло на Землю, в таком-то веке, в тупик. И ведь шли убивать друг друга! Словно находились под общим психозом. А надо было просто бросить оружие - и всё. И только Сферы принимали такие важные для Земли решения. Ведь сколько войн было с момента рождения биологического Адама и Евы. Миллионы тонн крови! Сколько сразу судеб ломалось, жизней. Только Сферы или кто там... могут такие глобальные вселенские решения воплощать на Земле. И у них есть те, кто это воплощает. Всё это можно оправдать, если верить написанному в этой книге, а именно, что души - бессмертны... Иначе, как всё это оправдать? Это же бойни - и всё... - Камилла, философ ты мой. Целую теорию развила. Это мне нравится, что ты думаешь по-своему. Но где истина? Истину веками ищут. Спи. Поговорим об этом, как-нибудь. Или ты думаешь, когда на Земле всё заходит в тупик, то Сферы или... разруливают всё войнами? Мировыми и локальными?.. - Отвечают же люди людям на их просьбы: «Нет! Только не в этой жизни...» - продолжала Камилла философствовать. - Что-то я стала понимать, читая эту книгу «Жизнь вечная». Пока - душой. - Главное, чтобы ты правильно понимала, о чём она, ибо книга эта для посвящённых. Сферы - это место обитания душ и духов. - А меня больше рассмешило то, что в этом перечне, где перечисляются те, кто связывает Сферы с Землёю: колдуны, жрецы, ведьмы, кликуши, дураки, поэты и сумасшедшие. Особенно поэты. Может и правда, что через вас проходит информация, а вы этого не знаете. Говорят же о вас, что вы не от мира сего. Видишь, через вас идёт информация. Может, ты прав, что написал в одном из своих стихотворений: «За все страданья на Земле поэт в ответе». - Белоцерковская, может, Вы уже на сегодня, как это по-русски, закончите? А может, всё совсем не так? Кто знает? Камилла обняла Эдгара и заснула. Эдгар же думал о том, что она говорила, анализировала, предполагала. Думая о её выводах, он тоже уснул. * * * - ЭДГАР, ПРОСНИСЬ! Голубь ещё сидит на подоконнике и не хочет улетать. Эдгар поцеловал Камиллу. Посмотрел на голубя и сказал: - Знаешь, почему он не улетает? Принеси ножницы. - Ножницы? Что ты хочешь с ним сделать? Я тебе не позволю! - испуганно сказала она, - тебе... - Всё будет хорошо. Мы с братом держали в Узбекистане, в доме у бабушки Тони, голубей. Десять лет. И я знаю, что ему нужно. Камилла принесла Эдгару ножницы и отошла к комоду, прижав ладонями губы. - Тихо, тихо, - подходя к голубю, говорил Эдгар. - Всё хорошо. И приблизившись к нему, тихо взял его в руки. Погладил. - Подойди, любовь моя, - обратился он к Камилле. - Вот видишь, его ноги запутаны нитками. Кровь на ногах, он хотел от них освободиться, но поняв, что не сможет этого сделать сам, прилетел к нам, в наше открытое окно, где горел свет. Для того, чтобы мы обрезали нитки и освободили ему ноги. И прождал, заметь, всю ночь. Голуби так делают: если им нужна помощь, они летят к людям. - Обрезай осторожно нитки. Хорошо. Не порежь ему лапки, - просила Камилла. - Вот и всё. Теперь возьми его в руки, погладь по головке и посади на подоконник. И увидишь, что будет. Камилла проделала всё так, как велел Эдгар, и посадила осторожно голубя на подоконник, где он провёл полночи с Камиллой и Эдгаром, ожидая от них помощи. Голубь походил по подоконнику. Потряс головкой, в знак благодарности, надо полагать, и быстро сорвался влёт. Сделал круг над домом и полетел в сторону леса, где наверняка его ждала любовь и птенцы, которых пора уже было кормить - Эдгар, Эдгар! Ты - молодец! Как ты догадался? - Я тебе объяснил. Мы с братом держали десять лет голубей. У нас было их 40 пар. На Востоке голуби красивее здешних и летают в самую точку. А порой, особенно лётные, остаются летать на ночь. В Средней Азии дорогие голуби, иранской породы. - Как здорово, что мы помогли ему, - обрадовалось Камилла. Они сидели и пили чай в мастерской. - Камилла, некоторые злые языки, а такие встречаются в творческой среде, говорят, мне это сказали хорошие люди, что Эдгар Загорский неплохо устроился. Молодая, талантливая художница имеет свой дом, крутую машину, дочь богатых родителей, и всё такое... - Эдгар, тебя, я вижу, это беспокоит, - усаживаясь на колени своему жениху, сказала Камилла. - Мы уже говорили на эту тему. Не слушай ты никого. Я тебя люблю, ты любишь меня. И даже если, как это бывает в богатых семьях, родители лишат меня наследства и содержания, то мы проживём на моих заказах. Этого достаточно для того, чтобы жить, хоть и скромно, но вместе! Да и ты работаешь на рынке до обеда... - Да, летом торговля послабее, получается всего 6 тысяч рублей в месяц, а в осенне-зимний период - лучше. А это семь месяцев, тогда доход увеличивается. В общем, конечно. Но потом налоги, аренда места, страховые вычеты... - он махнул рукой. - Ты ведь переедешь ко мне? Да, милый. И если родители всё же не разрешат нам соединить наши сердца и увезут меня подальше от тебя, Эдгар, знай: при первой возможности я буду сбегать из дома к тебе. Правда, отец после этого тут же продаст этот дом. Они должны все понять - и мои родители, и злые языки, что мы любим друг друга. И если ты до конца этого не осознал, того, что моя любовь к тебе - настоящая, то, если ты скажешь сейчас... я прекращу с завтрашнего дня предохраняться. Я к этому готова. - Я верю, верю, свет мой. И у меня есть тоже сбережения и дом, где ты сможешь работать, ибо он большой - 300 квадратных метров. Ты же в нём была. И для того, чтобы закончить завтрак на хорошей ноте, он спросил её: - Камилла! А ты знаешь, как Байрон стал лордом? - Нет. Родился в семье лордов и ... - Так вот. Когда из рода Байронов остался последний лорд, носивший этот титул, его сын, довольно необузданных нравов человек, не захотел исполнять волю отца. Тогда отец лишил его большого наследства. Отец запил, стал вести образ жизни, не подобающий лорду. В конце концов он промотал все деньги, проиграл недвижимость и умер. И к тому времени сын тоже то ли пропал, то ли умер. Когда начали искать, кому же из Байронов передать титул лорда, то отыскали, по-моему, в Шотландии молодого Байрона, который жил с матерью и с которой у него всю жизнь были натянутые отношения. Так Байрон стал лордом. Это вкратце, если я чего-то не перепутал. А умер он, сражаясь за освобождение Греции от турков. Здесь недалеко. Только море Чёрное переплыть, в Миссолунги. Так, по-моему, называется этот городок. В конце жизни у лорда Байрона, от природы несдержанного, расшаталась нервная система и врачи говорили ему: " Ваша Светлость, Вы много пьёте зелёного чая и злоупотребляете лекарствами". Я бы хотел, Камилла, чтобы ты прочитала «Корсара» - одно из лучших произведений этого великого поэта, и написала картину. Её финальный аккорд. - Я читала, Эдгар! По-моему, он прыгает с горя из окна высокой башни в пучину моря из-за смерти своей возлюбленной, которую он держал взаперти в этой башне. - Точно. Потрясающая работа получится. Увидишь. Я тебе после выставки привезу книгу. Возьму в библиотеке. - Хорошо. И прошу тебя, Эдгар, мой любимый Эдгар, не начинай больше таких разговоров. Мне и так иногда кажется: будь мои родители простыми людьми, всё у нас складывалось бы намного легче в этом плане. А переехать на юг я и сама мечтала, независимо от того, кто мои родители... - Обещаю, радость моя! Они поцеловались, и Эдгар поехал по делам. * * * - ПЁТР! КАК ТАМ В КРАСНОДАРЕ проходит выставка нашей дочери? И ты поговорил с этим дружком? Всё ему объяснил? - Диана, разве я тебе не звонил по поводу нашего с Эдгаром разговора? - Не помню! Память уже не та! Подводить стала иногда. Да и дел много в выставочном зале. Молодёжь, понимаешь ли, пошла в искусство. Все хотят стать знаменитыми художниками, не имея на это таланта, и сразу... - С Эдгаром я поговорил. И в жёсткой форме поставил ему ультиматум: полгода - и всё. Иначе заберу её в Москву, продам в Горячем Ключе дом, и она забудет о нём, как о коротком, но приятном сне. Насчёт выставки. Друзья сообщают мне, что Камилла - молодец! Хорошо и профессионально выступила на открытии. В тот же день продала то ли шесть, то ли семь картин. Получила заказы. Выглядит вполне счастливой и готова продолжать творить. - Вот и пора её к концу года вытаскивать в Москву. Хватит уже. Да и нам спокойнее, когда она рядом. Ты понимаешь, о чём я?.. - Понимаю, - перебил Пётр бывшую жену. - Но когда я был у неё в последний раз, она такой показалась мне счастливой, радостной. Производящей впечатление человека, у которого всё получается, всё, ради чего она живёт. - Что ты болтаешь? Опомнись! Сколько тебе лет? Наша дочь должна жить в центре искусства. Там она знаменитой не станет. Мы уже повторяемся. - Не кажется ли тебе, моя бессердечная бывшая жена, что мы можем сломать всё то, что она создала для себя в последние годы? А то бишь - жизнь? Её жизнь. - Достаточно! И слышать ничего не хочу, мой друг. Выставка прошла успешно? Это я и хотела услышать. Остальное - твоя работа. Её юбилей мы должны отметить в лучшем ресторане Москвы, куда пригласим самых знаменитых художников, писателей, поэтов, словом, всю московскую богему, которой и представим нашу талантливую и единственную дочь. Я уж