над этой картиной работала? Которую прячешь от меня? Что ты там пишешь? Не «убивает» ли она тебя? Помнишь, как Моцарта, когда он работал над «Реквием», который ему заказал весь в чёрном, словно из преисподни, человек. Моцарт боялся его. Говорил жене, чтобы она не открывала ему дверь... - Помню. Из фильма «Амадей», - уточнила Камилла. - Так что ты там?.. - Эдгар, - перебила его Камилла. - Ты всё в своё время увидишь. Камилла лежала в постели. Эдгар подробно рассказывал ей о неожиданно прерванной поездке в Майкоп. Говорил, что их хорошо приняли. О том, как был в гостях у Мадина. Как его довёз со спецмигалкой депутат. Что ребята останутся там ещё на два дня. Мадин им всё объяснит, и они всё поймут. Камилла спала. Меры, принятые Эдгаром и её подругой, подействовали положительным образом, что и вызвало такой глубокий и спокойный сон. * * * КАМИЛЛА ПРОСПАЛА ДО часу дня. И это радовало Эдгара, ибо сон - лучшее лекарство. Он приготовил завтрак. Позавтракал в одиннадцать часов и смотрел на картину, накрытую простыней. Но думал он не о ней, не о картине. Не о том, почему Камилла ему её не показывает. Думал он о другом - ехать ли на юбилей к Геннадию Андреевичу Дементьеву в Волгоград после того, что произошло с Камиллой? Дементьев и его супруга тётя Люба уже не в первый раз приглашают его к себе в гости. И тогда, когда сами приезжали в Горячий Ключ три раза приглашали Эдгара в гости. Говорили, что оплатят дорогу. Но у Эдгара никак не получалось. Но 80-летний юбилей, на который соберутся поэты Волгограда, писатели, словом, все творческие люди, знающие Геннадия Андреевича, - это другое дело. Он вздохнул и хотел пойти посмотреть, как там его любовь, его солнце, его душа, его невеста... Но Камилла уже проснулась и спустилась в жёлтом халате в мастерскую. - Ты сегодня другая! По твоему виду можно сказать, что ты в порядке, - и Эдгар сплюнул три раза через левое плечо и постучал по дереву. - Ты же деист. Вы - несуеверные! - засмеялась Камилла, присаживаясь к столу. - С тобой, душа моя, станешь и суеверным. Они обнялись. Эдгар покружил её и поставил резко на ноги... - Голова не кружится? - Нет. - Хорошо. Позавтракай. Я уже... Камилла завтракала, кажется, у неё появился аппетит, а Эдгар смотрел на неё. - Тебе не говорили, что нехорошо смотреть на девушку, когда она ест как... - «Осень в Нью-Йорке», - это я уже слышал. - И по возрасту мы подходим к героям фильма, - уточнила Камилла. - А что это ты вспомнила о фильме? - А он мне приснился. Ты не поверишь, но иногда мне снятся фильмы. Целиком. Сама удивляюсь. - Фильм хороший, но финал... - Что будем делать? - Камилла, теперь я буду с тобой. И никуда, кроме как на неотложные дела, не отлучусь. А тебе необходимо больше проводить времени на свежем воздухе. Сегодня ты выглядишь, как всегда, - как звезда, которую я полюбил и с которой помолвлен. - Продолжай, - намазывая на хлеб клубничное варенье, сказала невеста. - Поэтому после завтрака ты работай, допиши заказ, а я на втором этаже, в зале, буду работать над стихами. - Это мне нравится... - А вечером поедем в ресторан, или, как его там,.. кафе «Восточный дворик». Мне показалось в прошлый раз, что тебе там понравилось. - Да, хорошая кухня, профессиональные повара. - После ужина погуляем по набережной и,- домой. Отдыхать. Организуем неделю отпуска. Мало работы, больше отдыха и свежего воздуха. - Принимается. Тем более заказов осталось всего шесть. И два, которые заказал друг Адама Листа, я уже написала. - Да! Вот они тебя и «посадили». Больше в таком режиме и темпе работать не будешь! Ещё целая жизнь впереди... - Слушаюсь и повинуюсь, милый, - перебила она «доктора». * * * КАМИЛЛА РАБОТАЛА НАД ЗАКАЗОМ, а Эдгар - над стихами. Был тёплый, по-летнему осенний день. Ни ветерка, ни облачка. - Милый, я дописала картину! Иди посмотри, как тебе? - Ещё минут десять и я в твоём распоряжении,- отозвался Эдгар. Всё, ты готова? И не забудь про курточку, к вечеру от реки потянет прохладой. Сейчас пять часов дня. Едем. А картина мне понравилась. Особенно краски. * * * ОНИ ЗАКАЗАЛИ ТЕ ЖЕ БЛЮДА, которые им понравились в прошлый раз. Сидели и рассуждали о философии, о душе человека. Камилла рассказывала Эдгару о творчестве Пикассо, Гогена, Ван Гога, Эль Греко, Моне, Кипренского, Айвазовского (Гайвазяна - авт.), Шишкина... Она рассказывала о художниках с большим знанием дела, словно читала лекцию Эдгару о великих творцах. Эдгар молча слушал. Но думал о том, с чего ему начать разговор о поездке в Волгоград. О последнем мероприятии этого года, где он просто обязан быть,- обязательно. - Эдгар! Ты со мной? Где ты? Так вот, я прочитала первый том «Жизнь вечная», который написала твоя тётя и твой учитель в соавторстве с Натальей Лобуновой. Когда ты говорил об этих музах, духах, феноменальных элитах, духах из свиты Плутона и других, я не придавала этому значение. Но когда ты был в Ейске, на торжествах, я прочитала книгу - их, кажется, три тома. Но ты мне дал только первый том - там, где написано о тебе, о твоих стихах. И прочитав эти «Неожиданные сюжеты»: «Земная жизнь души, или как формировалась душа поэта Э. Загорского», много нашла схожего с тобой. То есть то, что им про тебя ответили духи, которые работают с тобой. И зная уже тебя достаточно, скажу, что я была потрясена точностью, с которой духи отвечали на вопросы авторов книги о тебе. Что ты жил в предыдущем воплощении в Центральной России, на границе 18-19 веков. Мужчина. Василий. Работал поваром. Хозяин был молодым и принадлежал к тем кругам, которые увлекались просвещением. Что ты прочитал большую книгу в одиннадцать лет. Может, это совпадение, но ты говорил мне, что начал понимать поэзию, скажем, в этом воплощении, в одиннадцать лет! Совпадение?.. Так о тебе говорит большой дух Сатурн. Далее дух рассказывает, что одному помещику в шутку сказали соседи, что есть интересный повар, который занимается искусством и пишет романы. Помещик поехал и выкупил тебя. Как странно это сейчас слышать - «и выкупил тебя»... Вечерами ты читал семье хозяина свои романы. Это о твоём предыдущем воплощении. После того, как ты умер в 47 лет, твоя душа, попав в Сферы, пожелала заниматься творчеством... О сегодняшней твоей жизни, где почти всё время занимает только творчество, большой дух говорит, что с тобой в начале пути работали профессиональные поэты. Они помогли тебе увидеть себя, и ты начал работать с собственной душой. Музы тебе помогали. И была помощь души поэта Николаса Гильена. А беседа с музой заканчивается такими словами, если мне не изменяет память: «Ему нельзя лишь разочаровываться в своём назначении, иначе не получится положительного опыта. Он работает для того, чтобы Земля стала светлой, чтобы люди научились понимать души других людей, - продолжала цитировать отдельные отрывки Камилла. - Что ещё можно сказать? Пожелать ему успехов и страданий... А поэзия - это опыт души». Как это точно. Они в Сферах всё про нас знают. Успехи у тебя есть. А страдания твои - это я! - завершила свои выводы Камилла. - Я тоже в начале не верил тому, что написано в этой книге. Но в последнее время, страдание моё, я всё больше и больше стал понимать то, о чём написано в этой книге. - И ещё я знаю по себе - когда я ленюсь, не хочется работать, даже подходить к мольберту, никто меня не заставит писать. Но стоит лень пересилить - и всё получается. И думаешь: как здорово получилось, а ведь если бы я не пересилила свою лень, то на полотне ничего бы и не появилось. Ещё в книге написано: если душа ленится, никто помогать ей не станет. Но как только человек пересилит себя и начнёт работать, то и духи, и музы начинают помогать. Я всегда чувствую это. Нужно перечитать её заново. С первого раза трудно всё понять. Но читая эту книгу, понимаешь её не разумом, а душой, чувствами, через них идёт общение... - Вот и суть! Вот и Камилла! Именно - так. - Ты был в предыдущем воплощении творческим человеком, писал романы. И твоя душа в этом воплощении продолжает этот путь. А я, страдание твоё, подтверждаю это! - А я этому рад, что ты это подтверждаешь. Раздался звонок. Камилла ответила: - Папочка, где ты? Как ты?... В Магадане? Ты уладил свои очень важные дела, которые не дали нам пообщаться ещё два дня?.. Я? С Эдгаром. Мы сидим в кафе «Восточный дворик»... Папа хочет что-то тебе сказать, любимый, - передавая трубку, она намекнула Эдгару, чтобы он был поприветливее. - Эдгар! Ты помнишь о нашем уговоре? Скоро уже зима. И в конце декабря я приеду за дочерью. Помни об этом... Эдгар закрыл трубку рукой, чтобы отец Камиллы не услышал, и спросил Камиллу: - Радость моя, может, следует сказать отцу о твоих обмороках? - Нет, нет, Эдгар! - Хорошо. Но всё-таки полтора года, как... - Я всё помню, Пётр, - передавая трубку Камилле, пояснил Эдгар. - Я тоже тебя люблю, пап! - Камилла, может, всё же стоило сказать отцу про твои... - Нет, нет, милый. Уже всё прошло. Они гуляли по набережной. Наслаждались осенью, тёплым вечером. Эдгар то и дело здоровался со знакомыми. Когда стало прохладно, они поехали домой к Камилле. * * * - ТЫ КТО? - ТВОЯ СУДЬБА! - Так почему смеёшься таким ехидным голосом? - Смешно. Как посмотрю я на тебя, так смехом распирает. Такого вот, как ты,- лентяя, во всей Вселенной не сыскать! Ты послан небом, чтоб вершить дела... А ты что на Земле творишь? Лежишь, мечтаешь, унываешь, меня и жизнь - всех проклинаешь: «Не удалася жизнь, судьба тому виною, что жизнь прожил, словно зря...» - Не ври! Я много силы