Они заказали шесть видов пиццы, и если учесть то, что каждый кусок приносили на отдельной тарелке, скоро на их столе накопилась целая гора одноразовой посуды.
– Я собираюсь заценить все сорта, не отставайте! – объявил Маю, уже устав, что всё внимание уделяется девушкам.
– Мы нечасто бываем в пиццерии все вместе, надо пользоваться случаем, – пояснила свою жадность, с которой она набросилась на еду, Фрэя.
Ближе к вечеру Эваллё отправился провожать Аулис на автобус.
– Куда дальше? – поинтересовался мальчик, когда брат вернулся за ними в пиццерию с набором цветных баллончиков.
В этот момент на выходе Маю надевал длинное пальто из кашемира цвета желтоватой морской пены. Фрэя надавила на его беретку, и та съехала на самые глаза.
– Проедем по заповеднику. Тебе необходимо увидеть здешние водопады.
– И никто нас там не потревожит, – добавил Эваллё. Похоже, брат собирался раскрасить их «Чероки». – Смотри-ка, трехцветный лис, наверное, понадобится розовый, голубой и салатовый, нет, быть может, оранжевый. А розовый можно заменить золотым.
– Почему только трёхцветный? Цветов должно быть больше!
Пока Эваллё с сестрой обсуждали количество расцветок, Маю жевал купленный неподалеку шоколадный батончик.
– Эта лиса напоминает мне спортивный логотип, – капризничала сестра. – Сплошные полоски! Зачем ей так много хвостов? Ох, ну и получишь же по первое число за свои художества!
– А ты чего тогда переживаешь, если достанется только мне? – удивился Эваллё.
– Потому что мне достанется вместе с тобой, – девушка вырвала из руки Эваллё баллончик.
Не успела дотлеть сигарета, а брат с сестрой снова подняли шум. Маю распахнул переднюю дверцу джипа и едва не получил по голове. Смеясь, Фрэя пыталась отнять у брата какой-то диск.
– Отдай, сволочь! Говорю же, это не мой! Если я его поломаю – меня в землю положат!
– А я к тебе присоединюсь, – смеялся парень, отрывая от себя цепкие девичьи пальчики. – Я даже знаю, какие нынче гробы в моде. Во что лучше одеться. Тебе за милую мордашку нагонят приличную скидку.
– Дурацкий пошлый юмор! – Фрэя соединила пальцы на шее старшего брата, делая вид, что собирается придушить.
Эваллё высунул руку с диском из окна машины.
– Ааа-ааа-ааа, – баюкая диск, брат всё еще смеялся.
В салоне автомобиля было тепло, и работал двигатель. Маю пробрался вперед и уселся между Фрэей и братом, девушка начала громко возмущаться, поскольку теперь до Эвалле дотянуться стало труднее. Мальчик выхватил у брата диск.
– Эй, отвали сейчас же! Слышал?! Ты сел мне на пальто!
– Что-то наша гордая фея расшумелась, – пробормотал Маю. Он деловито повертел коробку с диском.
– Между прочим, это наша любительская запись, – назидательно пояснила сестра. – Мы с ребятами с форума, которые были в фанзоне, сами смонтировали эту запись, вот так-то. Каждая копия на вес золота.
У края леса брат поставил машину на ручник, повернул ключ зажигания и заглушил двигатель. Рядом с ним Маю с сестрой играли в какую-то мудреную «игру с пальцами». Парень выключил магнитолу.
Фрэя выбралась из машины первой. Маю, последовав за ней, чуть не свалился в кювет, протянувшийся между дорогой и земляной насыпью с торчащими корнями сосен. Сестра с двумя высокими хвостами на голове, в клетчатой рыже-коричневой юбке до земли, шла впереди. Её хвосты трепыхались за спиной, путаясь от ветра и ударяясь о короткое пальто, глубокий капюшон скрывал затылок.
Втроем они уходили всё глубже в лес, без конца подымаясь вверх под гору, или спускаясь вниз со склона. Они нашли водопад, и не один. Скальная порода у основания водопада вросла в землю, обтесанная ледяной водой и оструганная течением времени, она приняла необычную форму устрицы.
Время замедлило свой бег. Давно Маю не ощущал подобного умиротворения. Они лежали у купели водопада, слушая, как грохочут его воды. Поляна у водопада утопала в темно-зеленом мареве. На Фрэино лицо падала хвойная тень. На лицо попадали ледяные брызги водопада, согреваясь на теплой коже. Чудаки те, кто не ценят своих сестер. Медленно подавшись навстречу, Маю отыскал губами губы сестры. Просунул ладонь ей под спину, привлекая к себе.
Девушка неслабо огрела его по щеке.
– Эй, держи свои животные инстинкты от меня подальше!
Она приподнялась на локтях и надуто фыркнула: «Дурак». Накрученные, медно-каштановые волосы нацепляли с земли всяких веточек и кусочков мха.
– Не шуми. Мне просто было любопытно, – приободрил он сестру, похлопав девушку по руке. Следующий удар пришелся на вторую щеку, похоже, избиение лица было у неё короной техникой. – Перестань меня лупить! Я тебя и поцеловать-то по-человечески не успел!
Эваллё, перебравшись через Фрэю, улегся между ними, разряжая потасовку. Маю ощутил твердость плеча брата, когда тот пошевелился, расчищая себе место.
– Мир, ребята. Ну, что, малышка, покажем этому любопытному «джамбу» высший класс?
Маю пробрал нервный смех.
– Это была только шутка. Вы что, всерьез?
Поначалу была видна лишь спина Эваллё, склонившегося к сестре, потом парень приподнялся на руках, нависнув над Фрэей, и Маю увидел её лицо. Сев, мальчик не сводил глаз с брата с сестрой. Их губы встретились, и у Маю засосало под ложечкой. У обоих были закрыты глаза. Эваллё почти распластался на сестре, упираясь локтями в мягкую почву. Между их губами мелькали скользкие языки. Отведя со лба девушки челку, Эваллё выпустил вздох и широко раскрыл рот, накрывая сестрины губы. Движения их были куда более страстными, чем Маю ожидал.
Шатаясь, мальчик порывисто поднялся на ноги.
– Ты сдурел?! – набросился на брата Маю, сталкивая того с сестры на землю. – Ты точно извращенец, раз делаешь это!
– Это была только шутка, как ты и сказал, – вступилась за парня Фрэя, садясь и отряхивая одежду. – В отличие от парней из школы, Эваллё – джентльмен.
– Чем? Тем, что пристает к родной сестре? – поддел брата Маю. – И не надо в следующий раз втирать про самоуважение и нести прочую ахинею! «Должно же быть у человека самоуважение»… – спародировал он Валькины слова. – Знаешь, да пошел ты!
– О, Будда, Маю, да мы прикольнулись над тобой! Ты еще в полицию на нас иди заяви! Шуток не понимаешь!
– Как будто Эваллё не парень?
– Я не слепая, спасибо.
– Пускай он и твой брат, но он такой же самец как те парни из школы, которые тебя доставали!
– А ты-то сам кто, не самец, что ли?
Маю не ожидал, что последние слова сестры так заденут. Ему что, теперь тоже нужно доказывать, что он – настоящий мачо, для чего придется сосаться с сестрой?
– По крайней мере, не бросаюсь на тебя, как собака на кость, а потом делаю вид, что мне всё пох! Как это по-джентельменски!
– Ты что мелешь, это же Эваллё, да я не знаю человека сердечнее, – произнесла Фрэя высокомерно. – Он… Да это просто смешно!
– И когда он полезет в тебя, тоже будет ласковым и сердечным, я тебя уверяю. А ты думаешь, всё это хаханьки? Гляжу, я много упустил за четыре года, пока изображал на сцене клоуна!
Глядя на мрачные лица ребят, Маю процедил сухо:
– Какие-то вы странные… – подросток всё сильней распалялся, если его сейчас никто за пояс не заткнет, то пострадает в первую очередь физиономия брата, ну а потом Валька его просто изобьет.
Устав слушать, Эваллё, оттолкнувшись от земли ладонью, разогнулся и встал на ноги. Маю ожидал, что брат ему врежет. Фрэя следила за ними, сидя на земле. У Вальки губы еще оставались влажными после лобызания с сестрой.
– Ты понял, что ты меня оскорбил только что?
– Себя ты оскорбил еще больше, когда полез к Фрэе, так что не надо демагогии.
– Всё, что ты видел, было игрой, но оскорбил ты меня по-настоящему. Проблемы только твои, что не умеешь распознать шутку. Сейчас у тебя есть отличная возможность показать, что ты уже большой парень: сознайся, что всё, сказанное тобой здесь обо мне, – результат того, что ты напутал с выводом.
– Не приближайся, – предостерег мальчик, ощущая, как каменеют мышцы, – мне не нужны твои больные флюиды.