– Что?
Перед Маю на столе остывал омлет, и тут его осенило.
– Если хочешь, доедай мою порцию, – также почти бесшумно ответил он, не зная, что еще сказать.
– Ты снова не голоден?
– Просто не хочется как-то.
Заметив их с братом перешептывание, Селике спросил:
– Как самочувствие? У тебя еще не проснулся аппетит?
Друг навещал его во время болезни, чему Маю был несказанно рад – полностью перекладывать заботу о себе на плечи брата, у которого и так было чем заняться, не хотелось.
– Иногда меня мутит от одного вида куриных яиц, не знаю почему, утром их вообще не перевариваю, – признался Маю.
Селике уставился на тонко нарезанный кусок кабачка с сыром в его порции.
– К сожалению, мои кулинарные способности ограничиваются тостами, блинами и блюдами из яиц. Плохо, что ты меня не предупредил. Знал бы, не жарил бы тогда для тебя яичницу. Ладно… я могу съесть твою порцию.
Маю отодвинул от себя тарелку.
Эваллё выглядел ужасно – это ничего не сказать – казалось, спокойствие разом схлынуло с его лица.
– Прости, совсем забыл, что ты не ешь блюда из яиц.
– Да ладно… – улыбнулся Маю, мыслями которого всецело завладел Эваллё. Отчего-то брат выглядел бледнее обычного. – Подумаешь, ерунда какая. Сам же говорил, что есть вещи поважнее тех, которым мы расстраиваемся.
Их прервала Бернадетта.
– Теперь ясно, почему ты так выглядишь, что хочется тебя накормить, – усмехнулась девушка.
– Как же я выгляжу?
– Как вегетарианец.
– Вот черт! У меня серьезные неприятности! – воскликнул Маю в притворном ужасе.
Ненадолго забылось странное поведение брата. Когда Эваллё пришлось соврать про их родителей, сердце неприятно кольнуло.
Дети, у которых неожиданно отняли обоих родителей, придумали сказку про то, как их мама и папа уехали в круиз, с целью посетить как можно больше иностранных городов и редких стран. И хоть по сути это являлось ложью, поверить в фантастическую гипотезу было куда как легче, слишком неприятной казалась правда.
– Тахоми, мы здесь! – окликнула женщину Янке.
Улыбаясь, японка поспешила к их столику – нечасто доводилось видеть у Тахоми энергичную деловую походку. Тетя расцветала на глазах. Компании пришлось потесниться. Перецеловав всех, женщина передвинула от ближайшего стола лишний стул и, шумно выпустив воздух, уселась за стол.
– Завтра утром можем ехать, – довольно объявила она, потрепав Маю через капюшон по голове. – Просто золотые люди!
– Кто? – тут же поинтересовалась Фрэя.
Тетка лишь махнула рукой, мол, Фрэя не улавливает суть.
– Ну что, я приехала. Смотрю, вы тут еще не ели почти. Выбирайте, что хотите покушать. Сегодня угощаю я. Давайте-давайте, быстренько.
Спустя двадцать минут нескончаемых восторгов по поводу их скорого переселения, из-за стола поднялся Эваллё, и бросил на них с сестрой быстрый взгляд.
– Меня ждут.
– Постой, ты уходишь? – ужаснулся мальчик. Последние сомнения отмело, когда брат прихватил свою повседневную сумку.
– Не забудь проверить почту, я, скорей всего, задержусь.
– Вкладка у меня всегда открыта. Какие проблемы?.. Проверю, конечно.
– Последний наш ужин в «Шатле» как никак, – Фрэя тоже не стала прятать огорчение. – Кто тебя ждет? Останься…
Разговоры за столом мигом стихли, все взгляды оказались прикованы к парню. Эваллё обезоруживающе улыбнулся и, похлопав Маю по плечу, направился на выход из зала.
– Во дает, – Фрэя облокотилась локтями о стол.
Тут Маю заметил, что рядом с тарелкой брата остался лежать его мобильный телефон. Включенный.
– Эваллё забыл телефон, я сейчас.
– Только если будешь выходить во двор – накинь пальто, – с неизменной улыбкой на лице посоветовала Тахоми.
Он поспешил догнать парня, который наверняка не успел далеко уйти. Посматривая на телефон в своей ладони, Маю стремительно пересек зал ресторана и вышел в полупустой коридор. Вдруг какой-то неизвестный налетел справа и порывисто обхватил за плечи. На мгновение всё обмерло внутри – «выскочка» появился до того неожиданно, что в буквальном смысле застал врасплох.
– О! – присмотревшись к Маю, парень отвел руку и примирительно показал ладони. – Простите!.. Похоже, мне не везет сегодня. Я принял вас за другого человека.
Зато мне-то как везет… – подумал мальчик, – выпадают из-за углов психи всякие.
– Да ничего… – выдохнул Маю, крепко сжимая вдруг ставший скользким телефон в руке. Сердце стучало, как после бега. – Ну, удачных поисков, – и попятился обратно в зал, но тут вспомнил, зачем вышел, огляделся по сторонам, среди отдыхающих стремясь отыскать Эваллё – брат, конечно, уже спустился. В нерешительности застыл в коридоре, вопросительно сверля взглядом гладкий черный корпус, будто парень мог позвонить в любой момент и признаться, что забыл кое-что забрать. Маю поджал губы и вновь огляделся. По ногам ощутимо дуло. По коже ног бежали мурашки. Надвинув капюшон по самые глаза, подросток направился в сторону лестницы. В горле слегка першило, и Маю, достав на ходу бумажный платок из кармана толстовки, прокашлялся.
*
Часть комнат пустовала, вымытые полы блестели. Гостиная превратилась в склад, сюда перетащили коробки, обернутые защитным материалом, с техникой и кухонными принадлежностями; диван, на котором прежде спала Янке, а вместе с ним стол – вынесли на веранду; спустили чемоданы, дорожные сумки, рюкзаки, свалив всё в центре просторного зала. В новое жилье предполагалось переезжать постепенно, понемногу перевозя вещи из Финляндии. Джип, было решено, временно оставить здесь, пока следовало решить более насущные вопросы транспортировки мебели и расселения по комнатам.
В ночь, накануне отъезда они всерьез обеспокоились. Эваллё так и не вернулся домой. За исключением «куриных яиц» старший брат Фрэи не отличался рассеянностью мышления, он не забывал, если возникала необходимость, звонить домой либо предупреждать родных, где находится и во сколько вернется, а ввиду форс-мажорных обстоятельств, как этот переезд, парень обязан был поставить их в известность.
За окном разыгралась настоящая метель.
– Как думаете, куда он пошел? – Фрэя в пижамном костюме и меховой шапке сидела на ступеньках и поочередно грела ладони между колен. Девушка развлекалась тем, что прослушивала саундтреки из кинофильмов, скаченные на телефон. – Эваллё разве говорил, что не придет ночевать?
– Он предупредил, что собирается задержаться, – напомнила Тахоми. – Маю, родимый! МАЮ!
Девушка подняла на возникшего рядом брата взгляд. Маю перегнулся через перила со второго уровня.
– Принеси свой ноутбук: у меня идет проверка диска, – скомандовала Тахоми.
– Хорошо, сейчас, только одно письмо открою.
Фрэя возобновила прерванный разговор:
– И что, уже почти три, а завтра в обед у нас рейс. Эваллё даже вещи не успеет собрать. Например, я не видела его чемоданов. Наверняка, он их даже еще не открывал.
– Говорила ему не откладывать на последний момент! – рассердилась Тахоми. Женщина уперла руки в боки и прошла на кухню. – Маю, несешь?!
Подросток аккуратно сошел по ступеням, одной рукой прижимая к себе раскрытый ноутбук, другой – удерживая стакан молока.
Фрэя посторонилась, давая Маю пройти.
– Сейчас, я только… – бубнил младший брат, поднося к губам стакан. – Валя там что-то говорил… сюп… – прихлебывая свое молоко, плюхнулся на сложенный диван перед телевизором и взгромоздил ноги на стол, скрестив лодыжки. – Один момент. Надо было проверить сразу, как пришел… – продолжая разговаривать сам с собой, Маю взял стакан обеими руками. Должно быть, ноутбук, лежавший на коленях, порядком нагрелся и жег сквозь джинсы. В результате чего мальчик решил изменить позу, и так, чтобы тот не свалился, осторожно «переставил» ноги. Как вдруг ноутбук начал соскальзывать с колен. Маю попытался перехватить, не меняя позы. Фрэя вскочила со ступенек, кидаясь к брату. Стакан выскользнул из руки, и молоко выплеснулось на клавиатуру. Экран оказался весь в брызгах. Белая молочная масса запачкала диванную обивку. Опустошенный стакан прикатился к бедру Маю.